ПОЭЗИЯ И ПРОЗА

ДЕНИС ДАТЕШИДЗЕ

* * *

И снова день — и снова надо есть.

Навряд ли это делает нам честь,

Зато никак не может надоесть,

А если б даже вдруг и надоело,

Потребность все равно такая есть,

Чтобы затраты восполняло тело.

И вот мы ходим, дышим и едим,

Сподобившись проплешин и седин,

Уж много лет. Но эталон един

Заученного будничного чуда:

Не явится на кухню серафим,

Но на столе расставлена посуда.

«Какая радость, милость, благодать!» —

Бог позволяет пищу нам глотать

И продолжать желать существовать,

Хотя бы кое-как и еле-еле.

Ну а потом настанет миг — и хвать

И нету. А зачем же ели-ели?

Поди спроси!.. Странны Его дела.

Когда бы меньше было рядом зла

Или когда б душа была смела, —

Не столь ей прозябанье стало б стыдно...

Она бы искренне, сполна смогла

Воздать хвалу. За то, что вкусно, сытно.

* * *

На свете счастье есть,

Нетрудно отыскать.

И это счастье — есть,

А также счастье — спать,

А также счастье — пить

Или, к примеру, петь.

И с кем-то говорить

Или кино смотреть.

А также — что-то знать

Или о чем-нибудь

Порой порассуждать

Скептически чуть-чуть.

А также счастье — секс.

Жена ли, не жена,

Каким бы ни был ценз,

Чужая плоть нежна.

Что ж, значит, россыпь нам

Дана несметных благ?

Взгляни по сторонам:

Всё так — но и не так.

На свете счастье есть,

Но и несчастье — есть.

Чего же больше здесь?

Пойми-ка эту смесь.

Хотя, само собой, —

В зависимости от...

Смотря какой настрой,

Смотря какой подход.

* * *

Полуоттепель. Минус два.

На дорогах растаял снег.

В лужах мягко блестит вода,

Отражая неяркий свет

Фонарей и квартир, и фар,

Проплывающих тут и там.

Общим фоном — зависший пар

Под названьем «густой туман».

Я, хромая, с трудом бреду,

Хмуро морщась: болит сустав.

Прижимаю ладонь к бедру.

Впрочем, всё на своих местах.

Макарон загрузить в рюкзак

Помешает ли мне печаль?

А когда доберусь назад,

Заварю почернее чай...

* * *

Звезды очень вдали горячи,

Но тепла не доносят лучи.

А поэтому мы и вольны

Говорить, что они «холодны».

А точней, с их лучами тепло

Чуть сочится — но нам не тепло:

Слишком дальнего, мало тепла,

Чья бы кожа его поняла?..

Лишь одна в мирозданье звезда —

Желто-белый сияющий шар, —

Облаками не скрыта когда,

Дарит нам осязаемый жар.

Хорошо, что она не вдали!

Вместе с тем и не слишком близка, —

Чтоб деревья и травы росли,

Чтобы влага стекала с песка

И опять заливала потом

С пышным шорохом пляжный песок...

Чтобы каждый слетевший фотон

Воплотиться во что-нибудь смог.

* * *

Животные, растения,

Бактерии, грибы

Без перспектив спасения

Верны стезе судьбы

И выполняют функции

Природные свои —

Не говори, что куцые! —

Есть радость в бытии.

Находят корм, питаются

(друг другом иногда),

Усердно размножаются

Без лишнего стыда.

И, не плутая в разуме,

Сознанием вины

Живые формы разные

Не обременены.

Мерцанье рая бледного

Им чуждо искони...

Но, впрочем, стоп! — Неведомо,

Что чувствуют они.

А вдруг дары им явлены

Невидимые нам?..

И в гости ходят ангелы

К микробам и грибам.

* * * 

Трава торчит. Висит листва.

Улитки ползают и слизни,

Вбирая нужные для жизни

Химические вещества.

Блестит вода, журчит струя

В усладу зрению и слуху.

А воробей глотает муху.

А кошка ловит воробья.

Пропеть ли: «Смысл сего — высок!» —

Рефрен в заигранном романсе?..

Но здесь же лучше, чем на Марсе,

Где камни только и песок?

Ну так пускай из года в год

Природа, нежная и злая,

Себя сжирая и рожая,

Цветет и гаснет, и гниет.

И ты, покуда не разъят

Воздействием круговорота,

Хвали, как тот кулик — болото,

Весь этот райско-адский сад.