ЭССЕИСТИКА И КРИТИКА

Евгений Сошкин

Опера глазами Наташи Ростовой
и императора Августа

К выявлению литературных источников
толстовского остранения

 

Концепция остранения как универсального приема искусства, впервые выдвинутая Шкловским в статье «Искусство как прием» (1917), не только опиралась по преимуществу на примеры из творчества Льва Толстого[1], но и, судя по всему, во многом сформировалась благодаря этим выразительным примерам. Литературную генеалогию специфического толстовского остранения постарался реконструировать Карло Гинзбург в статье 1998 года, возведя ее к сочинениям Марка Аврелия и ряда французских писателей — Монтеня, Лабрюйера, Вольтера.[2] В «Формах времени и хронотопа в романе» (1975) Бахтин описал, по сути дела, тот же толстовский прием, обозначив его как форму непонимания и соотнеся с прецедентными приемами у того же Вольтера, а также Свифта, Монтескье и Стендаля.[3]

В используемых Шкловским примерах из Толстого уничижительное по своей риторической задаче остранение непонимающим взглядом аутсайдера направлено против различных человеческих институтов и ритуалов. К наиболее знаменитым из числа таких примеров относятся повесть «Холстомер», эпизоды суда и богослужения в «Воскресении» и, конечно, зрелище оперы в восприятии Наташи Ростовой во втором томе «Войны и мира». Приведу, вслед за Шкловским, описание первых двух действий оперы:

 

На сцене были ровные доски по середине, с боков стояли крашеные картины, изображавшие деревья, позади было протянуто полотно на досках. В середине сцены сидели девицы в красных корсажах и белых юбках. Одна, очень толстая, в шелковом белом платье, сидела особо на низкой скамеечке, к которой был приклеен сзади зеленый картон. Все они пели что-то. Когда они кончили свою песню, девица в белом подошла к будочке суфлера, и к ней подошел мужчина в шелковых, в обтяжку, панталонах на толстых ногах, с пером и кинжалом и стал петь и разводить руками.

Мужчина в обтянутых панталонах пропел один, потом пропела она. Потом оба замолкли, заиграла музыка, и мужчина стал перебирать пальцами руку девицы в белом платье, очевидно выжидая опять такта, чтобы начать свою партию вместе с нею. Они пропели вдвоем, и все в театре стали хлопать и кричать, а мужчина и женщина на сцене, которые изображали влюбленных, стали, улыбаясь и разводя руками, кланяться. <...>

Во втором акте были картины, изображающие монументы, и была дыра в полотне, изображающая луну, и абажуры на рампе подняли, и стали играть в басу трубы и контрабасы, и справа и слева вышло много людей в черных мантиях. Люди стали махать руками, и в руках у них было что-то в роде кинжалов; потом прибежали еще какие-то люди и стали тащить прочь ту девицу, которая была прежде в белом, а теперь в голубом платье. Они не утащили ее сразу, а долго с ней пели, а потом уже ее утащили, и за кулисами ударили три раза во что-то металлическое, и все стали на колени и запели молитву. Несколько раз все эти действия прерывались восторженными криками зрителей.[4]

 

Эти описания, несомненно, принадлежат к вышеупомянутой литературной традиции, идущей по крайней мере от Марка Аврелия и получившей в особенности усердную разработку у писателей XVIII века.[5] Свежий, не замутненный привычкой взгляд Наташи на условность оперного представления имеет некоторое — впрочем, весьма отдаленное — сходство с суждениями Простодушного о французских и греческих пьесах.[6] Непосредственный же импульс к появлению этого сравнительно раннего образчика толстовского развернутого остранения с высокой вероятностью исходил от совсем свежего сочинения — «Бесед об архитектуре» прославленного историка и реставратора Эжена Виолле-ле-Дюка, первый том которых увидел свет в том же 1863 году, в котором началась работа над «Войной и миром». Правда, умозрительным субъектом непонимания в «Беседах об архитектуре» — почти в самом их начале — выступает еще более древний римский император, чем Марк Аврелий:

 

…Si Auguste visitait Paris, il admirerait fort, certainement, notre police, l’ordre qui rѐgne à toute heure du jour et de la nuit dans cette ville populeuse, les rouages compliqués mais invisibles de notre voirie municipale; mais s’il allait à l’Opéra, il nous prendrait pour un people de marionettes, et se demanderait comment des gens, ayant toutes leurs aises chez eux, peuvent se decider, sans y être contraints, à venir s’empiler pendant quatre heures dans une petite baroque de bois et de carton mal doré, pour entendre cent ou deux cents instrumentistes et chanteurs faisant un tapage infernal, et voir des danseuses tourner sur un espace de quelques mѐtres carrés au milieu de toiles peintes; il se demanderait comment on a pu se decider à éclairer ces choses et ces gens de bas en haut, à leur mettre un soleil factice sous leurs pieds, contrairement à l’usage immemorial de la nature.[7]

 

В русском издании:

 

…Если бы Август посетил Париж, он, конечно, сильно подивился бы нашей полиции, порядку, царящему в любой час дня и ночи в этом густо населенном городе, сложной, но невидимой сети нашего городского управления. Но если бы он пошел в Оперу, он счел бы нас за народ марионеток и стал бы спрашивать себя: как могут люди, имеющие дома все удобства, решиться, без чьего-либо принуждения, забиться на целых четыре часа в плохо позолоченный маленький балаган из дерева и картона, чтобы слушать сотню или две музыкантов и певцов, производящих адский шум, и любоваться танцовщицами, вертящимися на площади в несколько квадратных метров, посреди раскрашенных холстов? Он спросил бы себя также, как могли решиться осветить всех этих людей и все эти предметы снизу, поместив поддельное солнце у их ног, наперекор извечному закону природы?[8]

 

Посыл здесь принципиально иной, чем у Толстого: остраняющее описание оперы понадобилось Виолле-ле-Дюку для того чтобы продемонстрировать отсутствие прямой зависимости между уровнем цивилизованности нации и уровнем ее искусства. Тем не менее сходство между текстами французского и русского авторов разительно. Оно не ограничивается самой коллизией (опера глазами непонимающего зрителя), но и охватывает целый ряд деталей, преподносимых как заведомо нелепые: ср. балаган из дерева и картона (Виолле-ле-Дюк) и ровные доски и зеленый картон (Толстой), поддельное солнце (Виолле-ле-Дюк) и дыру в полотне, изображающую луну (Толстой), раскрашенные холсты (Виолле-ле-Дюк) и крашеные картины (Толстой); ср. также нагнетение уничижительных характеристик, подчеркивающих механистичность, суетливость и карикатурность происходящего по обе стороны рампы, у обоих авторов.

По-видимому, характеристика оперы как плохо позолоченного маленького балагана из дерева и картона, данная Виолле-ле-Дюком, позднее была универсализирована Толстым, перенесшим ее в четвертом томе «Войны и мира» на французский лагерь для военнопленных и, далее, вообще на людские учреждения, посягающие на естественную свободу личности:

 

…Пьер взглянул в небо, в глубь уходящих, играющих звезд. «И всё это мое, и всё это во мне, и всё это я!» думал Пьер. «И всё это они поймали и посадили в балаган, загороженный досками!» Он улыбнулся и пошел укладываться спать к своим товарищам.[9]

 

 


1. См.: Шкловский В. О теории прозы. М., 1929. С. 14—17.

2. См.: Гинзбург К. Остранение: Предыстория одного литературного приема / Пер. С. Козлова // Новое литературное обозрение. № 80. 2006.

3. См.: Бахтин М. М. Вопросы литературы и эстетики. М., 1975. С. 313—314.

4. Толстой Л. Н. Полное собрание сочинений. В 90 т. Т. 10. М., 1938. С. 326; 329. Ср. раннюю редакцию: «Она отвернулась на сцену. Там с двух сторон из-за зеленых картонов вышла с левой — женщина с короткой юбкой, а справа — мужчина, и стали друг против друга и стали что-то петь — не слышно было что. Один из них, ровно подымая и опуская руку, — это был старичок в желтых в обтяжку панталонах. „Долго он это будет“, — подумала Наташа…»; «Во втором акте были всё картоны, изображающие какие-то монументы, и дыра в полотне, изображающая луну, и абажуры ламп подняли и стали играть в басу трубы и контрабасы, и в черных мантиях стали ходить люди, и пришло много справа и слева, и стали опять махать руками, а в руках у них было что-то вроде кинжалов [под предлогом пения], потом прибежали еще какие-то и стали тащить ее прочь, но не утащили сразу, а она долго с ними пела, а потом уже ее утащили, и за кулисами ударили 3 раза в кастрюльку, и все очень этого испугались и стали на колени и опять пели очень хорошую молитву» (Литературное наследство. Т. 94. Первая завершенная редакция романа «Война и мир» / Подг. к печати и вступ. ст. Э. Е. Зайденшнур. М., 1983. С. 750; 752. Квадратные скобки источника) .

5. Подробней об этой традиции см.: Сошкин Е. Приемы остранения: Опыт унификации // Новое литературное обозрение. № 114. 2012; Сошкин Е. Великий писатель воды русской: Искусство быть наивным как прием у Толстого // Лев Толстой в Иерусалиме: Материалы междунар. науч. конф. «Лев Толстой: После юбилея» / Сост. Е. Толстой. Предисл. В. Паперного. М., 2013. См. также специальную компаративную работу: Венцлова Т. К вопросу о текстовой омонимии: «Путешествие в страну гуингнгнмов» и Холстомер // Он же. Собеседники на пиру: Статьи о русской литературе. Vilnius, 1997.

6. На противоположном полюсе непонимания театральной условности оказывается коллизия вмешательства наивного зрителя в сценическое действие. Так, например, первобытный герой повести А. Беляева «Белый дикарь» (1926) нападает на исполнителя роли Отелло во время сцены удушения. Такие нападения, но только с расистской мотивировкой, с давних пор случались в США, о чем писал еще Стендаль: Стендаль. Расин и Шекспир // Он же. Собрание сочинений. В 12 т. Т. 7. М., 1978. С. 224.

7. Viollet-le-Duc [E. E.]. Entretiens sur l’architecture. T. 1. Paris, 1863. P. 15.

8. Виолле-ле-Дюк [Э. Э.]. Беседы об архитектуре. Т. 1 / Пер. с фр. А. А. Сапожниковой под ред. А. Г. Габричевского. М., 1937. С. 13.

9. Толстой Л. Н. Полное собрание сочинений. В 90 т. Т. 12. М., 1940. С. 106.

Презентация новой книги Елены Дунаевской "Входной билет" переносится.
30 января
В редакции «Звезды» вручение премий журнала за 2019 год.
Начало в 18-30.
2 декабря
Джу и Еж в "Звезде".
Юля Беломлинская и Саня Ежов (баян) с программой "Интельские песни".
Вход свободный.
Начало в 19 часов.
Смотреть все новости

Подписку на журнал "Звезда" на территории РФ осуществляют:

Агентство РОСПЕЧАТЬ
по каталогу ОАО "Роспечать".
Подписной индекс
на полугодие - 70327
на год - 71767
Группа компаний «Урал-пресс»
ural-press.ru
Подписное агентство "Прессинформ"
ООО "Прессинформ"

В Москве свежие номера "Звезды" можно приобрести в книжном магазине "Фаланстер" по адресу Малый Гнездниковский переулок, 12/27


Калле Каспер - Ночь - мой божественный анклав


Калле Каспер (род. в 1952 г.) — эстонский поэт, прозаик, драматург, автор пяти стихотворных книг и нескольких романов, в том числе эпопеи «Буриданы» в восьми томах и романа «Чудо», написанного на русском. В переводе на русский язык вышла книга стихов «Песни Орфея» (СПб., 2017).
Алексей Пурин (род. в 1955 г.) — русский поэт, эссеист, переводчик, автор семи стихотворных книг, трех книг эссеистики и шести книг переводов.
Цена: 130 руб.
Евгений Каинский - Порядок вещей


Евгений Каминский — автор почти двадцати прозаических произведений, в том числе рассказов «Гитара и Саксофон», «Тихий», повестей «Нюшина тыща», «Простая вещь», «Неподъемная тяжесть жизни», «Чужая игра», романов «Раба огня», «Князь Долгоруков» (премия им. Н. В. Гоголя), «Легче крыла мухи», «Свобода». В каждом своем очередном произведении Каминский открывает читателю новую грань своего таланта, подчас поражая его неожиданной силой слова и глубиной образа.
Цена: 200 руб.
Алексей Пурин - Незначащие речи


Алексей Арнольдович Пурин (1955, Ленинград) — поэт, эссеист, переводчик. С 1989 г. заведует отделом поэзии, а с 2002 г. также и отделом критики петербургского журнала «Звезда». В 1995–2009 гг. соредактор литературного альманаха «Urbi» (Нижний Новгород — Прага — С.-Петербург; вышли в свет шестьдесят два выпуска). Автор двух десятков стихотворных сборников (включая переиздания) и трех книг эссеистики. Переводит голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой) и немецких поэтов, вышли в свет шесть книг переводов. Лауреат премий «Северная Пальмира» (1996, 2002), «Честь и свобода» (1999), журналов «Новый мир» (2014) и «Нева» (2014). Участник 32-го ежегодного Международного поэтического фестиваля в Роттердаме (2001) и др. форумов. Произведения печатались в переводах на английский, голландский, итальянский, литовский, немецкий, польский, румынский, украинский, французский и чешский, в т. ч. в представительных антологиях.
В книге впервые публикуются ранние стихотворения автора.
Цена: 130 руб.
Моя жизнь - театр. Воспоминания о Николае Евреинове


Эта книга посвящена одному из творцов «серебряного века», авангардному преобразователю отечественной сцены, режиссеру, драматургу, теоретику и историку театра Николаю Николаевичу Евреинову (1879-1953). Она написана его братом, доктором технических наук, профессором Владимиром Николаевичем Евреиновым (1880-1962), известным ученым в области гидравлики и гидротехники. После смерти брата в Париже он принялся за его жизнеописание, над которым работал практически до своей кончины. Воспоминания посвящены доэмигрантскому периоду жизни Николая Евреинова, навсегда покинувшего Россию в 1925 году. До этого времени общение братьев было постоянным и часто происходило именно у Владимира, так как он из всех четверых братьев и сестер Евреиновых оставался жить с матерью, и его дом являлся притягательным центром близким к семье людей, в том числе друзей Николая Николаевича - Ю. Анненкова, Д. Бурлюка, В.Каменского, Н. Кульбина, В. Корчагиной-Алексан-дровской, Л. Андреева, М. Бабенчикова и многих других. В семье Евреиновых бережно сохранились документы, фотографии, письма того времени. Они нашли органичное место в качестве иллюстраций, украшающих настоящую книгу. Все они взяты из домашнего архива Евреиновых-Никитиных в С.-Петербурге. Большая их часть публикуется впервые.
Цена: 2000 руб.


Калле Каспер - Песни Орфея


Калле Каспер (род. в 1952 г.) – эстонский поэт, прозаик, драматург, автор шести стихотворных книг и нескольких романов, в том числе эпопеи «Буриданы» в восьми томах и романа «Чудо», написанного на русском. «Песни Орфея» (2017) посвящены памяти жены поэта, писательницы Гоар Маркосян-Каспер.
Алексей Пурин (род. в 1955 г.) – русский поэт, эссеист, переводчик, автор семи стихотворных книг, трех книг эссеистики и шести книг переводов.
Цена: 130 руб.


Пасынки поздней империи


Книга Леонида Штакельберга «Пасынки поздней империи» состоит из одной большой повести под таким же названием и нескольких документальных в основе рассказов-очерков «Призывный гул стадиона», «Камчатка», «Че», «Отец». Проза Штакельберга столь же своеобразна, сколь своеобразным и незабываемым был сам автор, замечательный рассказчик. Повесть «пасынки поздней империи» рассказывает о трудной работе ленинградских шоферов такси, о их пассажирах, о городе, увиденном из окна машины.
«Призывный гул стадиона» - рассказ-очерк-воспоминание о ленинградских спортсменах, с которыми Штакельбергу довелось встречаться. Очерк «Отец» - подробный и любовный рассказ об отце, научном сотруднике Института имени Лесгафта, получившем смертельное ранение на Ленинградском фронте.
Цена: 350 руб.

Власть слова и слово власти


Круглый стол «Власть слова и слово власти» посвящен одному из самых драматических социокультурных событий послевоенного времени – Постановлению Оргбюро ЦК ВКП(б) о журналах «Звезда» и «Ленинград» 1946 г.
Цена: 100 руб.



Елена Кумпан «Ближний подступ к легенде»


Книга Елены Андреевны Кумпан (1938-2013) рассказывает об уходящей культуре 1950 – 1960-х годов. Автор – геолог, поэт, экскурсовод – была дружна со многими выдающимися людьми той бурной эпохи. Герои ее воспоминаний – поэты и писатели Андрей Битов, Иосиф Бродский, Александр Городницкий, Рид Грачев, Александр Кушнер, Глеб Семенов, замечательные ученые, литераторы, переводчики: Л.Я. Гтнзбург, Э.Л. Линецкая, Т.Ю. Хмельницкая, О.Г. Савич, Е.Г. Эткинд, Н.Я. Берковский, Д.Е. Максимов, Ю.М. Лотман и многие другие
Книга написана увлекательно и содержит большой документальный материал, воссоздающий многообразную и сложную картину столь важной, но во многом забытой эпохи. Издание дополнено стихами из единственного поэтического сборника Елены Кумпан «Горсти» (1968).
Цена: 350 руб.


Елена Шевалдышева «Мы давно поменялись ролями»


Книга тематически разнообразна: истории из пионервожатской жизни автора, повесть об отце, расследование жизни и судьбы лейтенанта Шмидта, события финской войны, история поисков и открытий времен Великой Отечественной войны.
Цена: 250 руб.


Нелла Камышинская «Кто вас любил»


В сборнике представлены рассказы, написанные в 1970-1990-ж годах. То чему они посвящены, не утратило своей актуальности, хотя в чем-то они, безусловно, являются замечательным свидетельством настроений того времени.
Нелла Камышинская родилась в Одессе, жила в Киеве и Ленинграде, в настоящее время живет в Германии.
Цена: 250 руб.


Александр Кушнер «Избранные стихи»


В 1962 году, более полувека назад, вышла в свет первая книга стихов Александра Кушнера. С тех пор им написано еще восемнадцать книг - и составить «избранное» из них – непростая задача, приходится жертвовать многим ради того, что автору кажется сегодня лучшим. Читатель найдет в этом избранном немало знакомых ему стихов 1960-1990-х годов, сможет прочесть и оценить то, что было написано уже в новом XXI веке.
Александра Кушнера привлекает не поверхностная, формальная, а скрытая в глубине текста новизна. В одном из стихотворений он пишет, что надеется получить поэтическую премию из рук самого Аполлона: «За то, что ракурс свой я в этот мир принес / И непохожие ни на кого мотивы…»
И действительно, читая Кушнера, поражаешься разнообразию тем, мотивов, лирических сюжетов – и в то же время в каждом стихотворении безошибочно узнается его голос, который не спутать ни с чьим другим. Наверное, это свойство, присущее лишь подлинному поэту, и привлекает к его стихам широкое читательское внимание и любовь знатоков.
Цена: 400 руб.


Л. С. Разумовский - Нас время учило...


Аннотация - "Нас время учило..." - сборник документальной автобиографической прозы петербургского скульптора и фронтовика Льва Самсоновича Разумовского. В сборник вошли две документальные повести "Дети блокады" (воспоминания автора о семье и первой блокадной зиме и рассказы о блокаде и эвакуации педагогов и воспитанников детского дома 55/61) и "Нас время учило..." (фронтовые воспоминания автора 1943-1944 гг.), а также избранные письма из семейного архива и иллюстрации.
Цена: 400 руб.


Алексей Пурин. Почтовый голубь


Алексей Арнольдович Пурин (род. в 1955 г. в Ленинграде) — поэт, эссеист, переводчик. Автор пятнадцати (включая переиздания) стихотворных сборников и трех книг эссеистики. Переводит немецких и голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой ) поэтов, опубликовал пять книг переводов. Лауреат Санкт-Петербургской литературной премии «Северная Пальмира» (1996, 2002) и др.
В настоящем издании представлены лучшие стихи автора за четыре десятилетия литературной работы, включая новую, седьмую, книгу «Почтовый голубь» и полный перевод «Сонетов к Орфею» Р.-М. Рильке.
Цена: 350 руб.


Национальный книжный дистрибьютор
"Книжный Клуб 36.6"

Офис: Москва, Бакунинская ул., дом 71, строение 10
Проезд: метро "Бауманская", "Электрозаводская"
Почтовый адрес: 107078, Москва, а/я 245
Многоканальный телефон: +7 (495) 926- 45- 44
e-mail: club366@club366.ru
сайт: www.club366.ru