ЭССЕИСТИКА И КРИТИКА

Валерия Кузьмина

Александр Володин — человек и художник

 

В этом году в издательстве «Симпозиум» вышла книга «Александр Володин. Стихотворения», составленная И. С. Кузьмичёвым и Е. М. Гушанской. Это самое полное на сегодняшний день собрание стихотворений драматурга Володина. В этом году ему исполнилось 100 лет, и, казалось бы, естественно эту дату отметить сборником пьес, а не стихов. Но составители вышедшей книги не случайно решили иначе. Несмотря на парадоксальность и нетрадиционность, а иногда нарочитую ломкость и эпатажность стихов Володина, они для памятного литературного сборника выбрали именно стихотворения, не только потому, что сам Володин выше всех форм в искусстве, разве что исключая музыку, ставил поэзию.

Вслед за авторским определением своих стихов как «полустих» Кузьмичёв в предисловии помогает читателю почувствовать своеобразие и оригинальность этого жанра у Володина, но, главное, роль этого странного, на первый взгляд, художественного явления во всем творчестве писателя. Для Володина стихи, вот именно такие «полустихи» — ключ ко всему, в чем он себя выразил: и к прозе, и к драматургии, и к киноискусству. Поэтому составители книги, подчинив ее структуру законам издания большой поэзии, по сути дела, традициям издания Большой серии «Библиотеки поэта», в академическую форму вложили произведения отнюдь не академические, в которых автор со всей страстью и яростью, иронией и самоиронией обрушивается не только на плоды своего творчества за их несовершенство, но и на жизнь свою за многочисленные «вины», которые неизбывны.

Строгий, точный и профессиональный комментарий Кузьмичёва к определению «полустихи», да и сам анализ стихов, казалось бы, должны были несколько скомпрометировать саму форму. Читаешь стихотворение, ну, например, «Надо следить за своим лицом…», и чувствуешь, что все время спотыкаешься на ломком ритме, на смене рифмованной структуры. И вместо высокопоэтической интонации в конце гневно-издевательская, оборванная на получувстве самоирония:

 

Я бы другое взял напрокат,

Я, не снимая, его б носил,

Я никогда не смотрел бы вниз,

Скинул бы переживаний груз.

Вы оптимисты? И я оптимист.

Вы веселитесь? И я веселюсь.

 

Кажется, что сейчас автор внезапно разорвет стройную аналитическую систему комментатора и внезапно с издевательской интонацией скажет о себе: «Графоман», — и для исследователя этот голос не будет неожиданным, потому что такое самоопределение уже звучало в названии рассказа о рождении одного из главных стихотворений Володина «Стыдно быть несчастливым…».

Так, из столкновения несовместимых, казалось бы, тенденций рождается оригинальный общий замысел книги, который реализуется в совсем нестандартной композиции.

Стихотворения с двух сторон окружены прозой составителей: предисловием Кузьмичёва, непосредственно со стихами связанным и их комментирующим, и повествованием Гушанской, комментирующим уже не только стихи и творчество, но и жизнь, и не только жизнь самого Александра Володина, но и «тех, с которыми он…». Среди «тех» — знаменитые и совсем незнаменитые, известные в узком кругу и отмеченные вниманием мировой культуры, современники Володина, его друзья и его учителя. Те, с кем он был хорошо знаком и с кем никогда не встречался. Рядом — Светлана Пономаренко и Георгий Товстоногов, Инна Соловьёва и Сэлинджер, Анатолий Гребнев и Дина Шварц, Назым Хикмет и Сергей Юрский… И никаких иерархий, временны`х рамок, строгой хронологической последовательности.

О Володине писали много, и, если исключить критику тенденциозную, разрушительную, всегда с любовью. Но часто за этой любовью скрывалась легкая снисходительность к его слабости, к чудачествам и юродству, а иногда и недоверие к искренности его мучительных недовольств собой. Повествование же Гушанской лишено частой для суждений о Володине сентиментальной восторженности, но и не позволяет себе снисходительного недоверия, бытовой иронии. Она создает вокруг своего героя не мир прошлого, уже далекий современному человеку, мир, где все понятно и уже отстоялось и определилось с истиной, а живую и трепетную атмосферу недавней истории, мучимую вопросами, которые занимают и нас сегодня. Притом каждая деталь времени проверена, прокомментирована, лично прочувствована.

Люди, заполняющие пространство вокруг героя, могут быть не знакомы друг с другом, даже могут не быть единомышленниками, но есть в них нечто соединяющее. Например, суждение о своеобразии володинского душевного соприкосновения с жизнью, прозвучавшее в размышлениях Инны Соловьёвой: «Можно ли благодарить, что жив? Можно ли стыдиться, что жив? Стыд и благодарность сливались в чувстве жизни: не жизни в себе, а жизни, которую подарено видеть, трогать, понимать, жалеть в ее слабости и нежной смертности». Цитируют его оба составителя и наверняка готовы разделить и все те многочисленные близкие и дальние прозаика, драматурга и поэта. Ни пафоса, никакой пропагандистской и идеологической заостренности в повествовании Гушанской нет. И сам герой, и «те, которые с ним…», не любят толпы, чуждаются элиты, но именно они — больное чувствилище времени, не положительный его образ или пример для подражания, а те, кому стыдно, лично стыдно за общие грехи. И в стихах Володина эта интонация одна из главных.

 

Всё еще, хотя и реже

снятся сны, где минный скрежет…

Это — было, я там был…

Но откуда — про глухие

стены, где допросы, страх,

сапогом по морде, в пах?

Я там не был! Но — другие.

 

В повествовательном строе Гушанской временные рамки сознательно разрушены, но в описании «интриги судьбы А. Володина», если воспользоваться словами Кузьмичёва, они чрезвычайно важны, конкретны и сущностны. У самого Володина свои, особые, очень трудные и даже трагические отношения со временем, историей и течением жизни.

Время и жизнь для Володина текут и проходят навсегда, не обольщает он себя и не хочет обманывать никакой исторической памятью и никаким наследием прошлого. Но время, история и жизнь для него также и непреходящи.

Это амбивалентное чувство жизни определяет художественную систему, в которой живут прошлое и будущее в его стихах. Автор не воспроизводит прошлое в его реалиях и подробностях. Оно растворено в настоящем и слито с ним. Это воспоминание о давно исчезнувшем, но скрытно и незаметно навсегда оставшемся в теле, в природе самой жизни. Об этом удивительное стихотворение «Необозримый залив полыхает снегами…».

Казалось бы, обыденный эпизод, автор подчеркивает свою мысль повторением слов «не боле»: девушки в свои выходные приезжают на залив покататься на лыжах. И вдруг в них как бы раскрепощается и выходит наружу то, чего не знали ни они сами о себе и никто другой. Только небо глядится в них, чтобы удостовериться, «будто и жизнь началась, чтоб навеки продлиться».

Таков же художественный принцип взаимодействия прошлого и настоящего в стихах «Я — в Москве. Угнетен и рассеян…», «Звезды тех, еще тридцатых лет…», «Массовка в кино». Последнее из них особенно характерно для мироощущения Володина. Он уверен, что мир пронизан насквозь, до самого дна, до самых простых своих проявлений, до самых обыденных человеческих судеб и характеров тем, без чего жизнь не могла бы состояться, даже если сами люди потом «забудут об этом навек».

И еще одна важная черта поэтического мира Володина, которую именно этот сборник позволяет почувствовать, — это отношение между будничным миром, сегодняшней реальностью и той нормой жизни, какая живет в душе автора. Мир каждодневных будней у Володина сер, покрыт «слоями печали», «завешен пылью». И кажется, на первый взгляд, что норма жизни для автора — реализованная мечта, романтический идеал. Критика часто находит в его поэзии традиционные мотивы романтизма.

Однако непредвзятое и свободное восприятие стихов составителями позволяет увидеть другое.

И герои, и сюжеты, и сама атмосфера не только стихов, но и прозы, и драматургии Володина говорят о том, что автору до`рог не мир воображаемый, высоко поэтизированный, а именно земной, простой, ежедневный. И «Фабричная девчонка», и «Пять вечеров», и «Моя старшая сестра», и вся последующая драматургия, да и рассказы, так же как и стихи, свидетельствуют об этом. Да и само искусство, образное слово нужно Володину для того, чтобы «белый свет, который серым стал», вернул свою белую природу. Главное его чувство — глубокая тоска, острое недовольство собой, своей «больной страной», даже планетой Земля.

 

На вашей планете я не проживаю.

Я вас уважаю, я вас уважаю,

но я на другой проживаю. Привет!

 

Это трагически-ерническое «Привет!» в творческом мире Александра Володина связано с чувством не менее сложным и мучительным: он не может себе позволить ни на йоту погрешить против правды жизни. Для него правда и ложь — это как жизнь и смерть в стихотворениях «Когда земля беременна враньем…» или «Почему думают, что смерть — это страшно?». Они, эти стихи, перекликаются и смыслами, и художественным строем, и выраженным в них чувством своей ответственности за жизнь, за ее правду.

 

Это смерть наступает,

отнимает дни у жизни,

как будто ей мало —

долгая жадная смерть

отнимает у маленькой щедрой жизни.

 

И в этом своем стремлении он иногда сознательно пренебрегает художественной условностью, кажущейся автору насилием над жизнью. Этим, думаю, объясняется и постоянное сравнение себя с графоманом, и сознательное поэтическое косноязычие, и «непростые», как пишет Кузьмичёв, отношения со словом.

Чрезвычайно важно признание Володина в двойственном, мучительном отношении к слову, которое приводит Кузьмичёв: «Разлюбил слова. Ничего не хочу называть словами. Деревья сами по себе — а слова, которыми их можно было бы назвать, сами по себе… Я не писатель. Я никогда и не любил это занятие… Театр — да, когда-то любил… А слова — никогда не любил. Я сам по себе, а они — сами по себе, неизвестно где». И другой вариант этого же признания: «Слово, теперь нужда в тебе. Защити меня от моей собственной глупости, от неописуемых ошибок моих, от больной, каждое утро просыпающейся совести, от вин моих — настоящих, а не воображаемых, — чтобы слово к слову, чтобы одно слово осеняло другое, стоящее рядом». Эта драма отношений со словом — от боязни исказить образ жизни и человека, ограничить их «безмерность» собственной или чужой «неполноценностью» бытия, когда «недолюблено, недоедено и недопито», «недодумано, недосказано, недоспрошено», «неотвечено, недокончено, недоделано». Как в этом смысле пронзительно стихотворение «Вы помните, как это было важно…», где музыка разрушает однозначность и мелочность наших категоричных оценок мира, говоря совсем другое:

 

И сразу не про речки, а про море.

И сразу не про беды, а про горе.

 

Поэтому часто так трудно однозначно охарактеризовать героев Володина и так трудно их играть. В спектакле БДТ «Моя старшая сестра» дядю сестер играл Евгений Лебедев. И какая — совсем не мелкая и не обывательская — судьба развертывалась перед нами! А ранний рассказ Володина «Твердый характер», его героиня?! Сколько сострадания, казалась бы, проявляет к ней автор и какой беспощадный приговор вынесен названием рассказа. Уже не ей только, а всей советской системе жизни, ее сформировавшей.

Таким образом, эта книга не только поэзию заставляет услышать, а жизнь Александра Моисеевича Володина увидеть и попытаться понять литератора Александра Володина. Очень точными словами заканчивает книгу Елена Мироновна Гушанская: «Александр Володин — один из немногих во второй половине нашего ХХ века сохранил подлинные отношения с жизнью. Он не только ни разу не покривил душой в своих писаниях, он не покривил душой и в жизни. Кто знает, что ценнее, какой урок нагляднее».

Подписку на журнал "Звезда" на территории РФ осуществляют:

Агентство РОСПЕЧАТЬ
по каталогу ОАО "Роспечать".
Подписной индекс
на полугодие - 70327
на год - 71767
Группа компаний «Урал-пресс»
ural-press.ru

Интернет-подписка на журнал "Звезда"
Интернет подписка

В Москве свежие номера "Звезды" можно приобрести в книжном магазине "Фаланстер" по адресу Малый Гнездниковский переулок, 12/27
ВНИМАНИЕ!
Открыта льготная подписка на серию
"Государственные деятели России глазами современников"


1 июля
Литературный вечер: Александр Жолковский, Лада Панова.
Начало в 18:30
Вход свободный.
23-26 мая
Журнал "Звезда" - на XIV Санкт-Петербургском Международном книжном салоне.
Наш стенд - 523.
Адрес: Санкт-Петербург, Манежная пл., 2 (Зимний стадион).
7 апреля 2019 года с 12 до 18 часов мы принимаем участие в Дне Еврейской книги в Большой Хоральной Синагоге Санкт-Петербурга (Лермонтовский пр., д. 2).
Вход на ярмарку свободный.
"
Смотреть все новости


Евгений Каинский - Порядок вещей


Евгений Каминский — автор почти двадцати прозаических произведений, в том числе рассказов «Гитара и Саксофон», «Тихий», повестей «Нюшина тыща», «Простая вещь», «Неподъемная тяжесть жизни», «Чужая игра», романов «Раба огня», «Князь Долгоруков» (премия им. Н. В. Гоголя), «Легче крыла мухи», «Свобода». В каждом своем очередном произведении Каминский открывает читателю новую грань своего таланта, подчас поражая его неожиданной силой слова и глубиной образа.
Цена: 200 руб.
Алексей Пурин - Незначащие речи


Алексей Арнольдович Пурин (1955, Ленинград) — поэт, эссеист, переводчик. С 1989 г. заведует отделом поэзии, а с 2002 г. также и отделом критики петербургского журнала «Звезда». В 1995–2009 гг. соредактор литературного альманаха «Urbi» (Нижний Новгород — Прага — С.-Петербург; вышли в свет шестьдесят два выпуска). Автор двух десятков стихотворных сборников (включая переиздания) и трех книг эссеистики. Переводит голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой) и немецких поэтов, вышли в свет шесть книг переводов. Лауреат премий «Северная Пальмира» (1996, 2002), «Честь и свобода» (1999), журналов «Новый мир» (2014) и «Нева» (2014). Участник 32-го ежегодного Международного поэтического фестиваля в Роттердаме (2001) и др. форумов. Произведения печатались в переводах на английский, голландский, итальянский, литовский, немецкий, польский, румынский, украинский, французский и чешский, в т. ч. в представительных антологиях.
В книге впервые публикуются ранние стихотворения автора.
Цена: 130 руб.
Моя жизнь - театр. Воспоминания о Николае Евреинове


Эта книга посвящена одному из творцов «серебряного века», авангардному преобразователю отечественной сцены, режиссеру, драматургу, теоретику и историку театра Николаю Николаевичу Евреинову (1879-1953). Она написана его братом, доктором технических наук, профессором Владимиром Николаевичем Евреиновым (1880-1962), известным ученым в области гидравлики и гидротехники. После смерти брата в Париже он принялся за его жизнеописание, над которым работал практически до своей кончины. Воспоминания посвящены доэмигрантскому периоду жизни Николая Евреинова, навсегда покинувшего Россию в 1925 году. До этого времени общение братьев было постоянным и часто происходило именно у Владимира, так как он из всех четверых братьев и сестер Евреиновых оставался жить с матерью, и его дом являлся притягательным центром близким к семье людей, в том числе друзей Николая Николаевича - Ю. Анненкова, Д. Бурлюка, В.Каменского, Н. Кульбина, В. Корчагиной-Алексан-дровской, Л. Андреева, М. Бабенчикова и многих других. В семье Евреиновых бережно сохранились документы, фотографии, письма того времени. Они нашли органичное место в качестве иллюстраций, украшающих настоящую книгу. Все они взяты из домашнего архива Евреиновых-Никитиных в С.-Петербурге. Большая их часть публикуется впервые.
Цена: 2000 руб.


Калле Каспер - Песни Орфея


Калле Каспер (род. в 1952 г.) – эстонский поэт, прозаик, драматург, автор шести стихотворных книг и нескольких романов, в том числе эпопеи «Буриданы» в восьми томах и романа «Чудо», написанного на русском. «Песни Орфея» (2017) посвящены памяти жены поэта, писательницы Гоар Маркосян-Каспер.
Алексей Пурин (род. в 1955 г.) – русский поэт, эссеист, переводчик, автор семи стихотворных книг, трех книг эссеистики и шести книг переводов.
Цена: 130 руб.


Пасынки поздней империи


Книга Леонида Штакельберга «Пасынки поздней империи» состоит из одной большой повести под таким же названием и нескольких документальных в основе рассказов-очерков «Призывный гул стадиона», «Камчатка», «Че», «Отец». Проза Штакельберга столь же своеобразна, сколь своеобразным и незабываемым был сам автор, замечательный рассказчик. Повесть «пасынки поздней империи» рассказывает о трудной работе ленинградских шоферов такси, о их пассажирах, о городе, увиденном из окна машины.
«Призывный гул стадиона» - рассказ-очерк-воспоминание о ленинградских спортсменах, с которыми Штакельбергу довелось встречаться. Очерк «Отец» - подробный и любовный рассказ об отце, научном сотруднике Института имени Лесгафта, получившем смертельное ранение на Ленинградском фронте.
Цена: 350 руб.

Власть слова и слово власти


Круглый стол «Власть слова и слово власти» посвящен одному из самых драматических социокультурных событий послевоенного времени – Постановлению Оргбюро ЦК ВКП(б) о журналах «Звезда» и «Ленинград» 1946 г.
Цена: 100 руб.



Елена Кумпан «Ближний подступ к легенде»


Книга Елены Андреевны Кумпан (1938-2013) рассказывает об уходящей культуре 1950 – 1960-х годов. Автор – геолог, поэт, экскурсовод – была дружна со многими выдающимися людьми той бурной эпохи. Герои ее воспоминаний – поэты и писатели Андрей Битов, Иосиф Бродский, Александр Городницкий, Рид Грачев, Александр Кушнер, Глеб Семенов, замечательные ученые, литераторы, переводчики: Л.Я. Гтнзбург, Э.Л. Линецкая, Т.Ю. Хмельницкая, О.Г. Савич, Е.Г. Эткинд, Н.Я. Берковский, Д.Е. Максимов, Ю.М. Лотман и многие другие
Книга написана увлекательно и содержит большой документальный материал, воссоздающий многообразную и сложную картину столь важной, но во многом забытой эпохи. Издание дополнено стихами из единственного поэтического сборника Елены Кумпан «Горсти» (1968).
Цена: 350 руб.


Елена Шевалдышева «Мы давно поменялись ролями»


Книга тематически разнообразна: истории из пионервожатской жизни автора, повесть об отце, расследование жизни и судьбы лейтенанта Шмидта, события финской войны, история поисков и открытий времен Великой Отечественной войны.
Цена: 250 руб.


Нелла Камышинская «Кто вас любил»


В сборнике представлены рассказы, написанные в 1970-1990-ж годах. То чему они посвящены, не утратило своей актуальности, хотя в чем-то они, безусловно, являются замечательным свидетельством настроений того времени.
Нелла Камышинская родилась в Одессе, жила в Киеве и Ленинграде, в настоящее время живет в Германии.
Цена: 250 руб.


Александр Кушнер «Избранные стихи»


В 1962 году, более полувека назад, вышла в свет первая книга стихов Александра Кушнера. С тех пор им написано еще восемнадцать книг - и составить «избранное» из них – непростая задача, приходится жертвовать многим ради того, что автору кажется сегодня лучшим. Читатель найдет в этом избранном немало знакомых ему стихов 1960-1990-х годов, сможет прочесть и оценить то, что было написано уже в новом XXI веке.
Александра Кушнера привлекает не поверхностная, формальная, а скрытая в глубине текста новизна. В одном из стихотворений он пишет, что надеется получить поэтическую премию из рук самого Аполлона: «За то, что ракурс свой я в этот мир принес / И непохожие ни на кого мотивы…»
И действительно, читая Кушнера, поражаешься разнообразию тем, мотивов, лирических сюжетов – и в то же время в каждом стихотворении безошибочно узнается его голос, который не спутать ни с чьим другим. Наверное, это свойство, присущее лишь подлинному поэту, и привлекает к его стихам широкое читательское внимание и любовь знатоков.
Цена: 400 руб.


Л. С. Разумовский - Нас время учило...


Аннотация - "Нас время учило..." - сборник документальной автобиографической прозы петербургского скульптора и фронтовика Льва Самсоновича Разумовского. В сборник вошли две документальные повести "Дети блокады" (воспоминания автора о семье и первой блокадной зиме и рассказы о блокаде и эвакуации педагогов и воспитанников детского дома 55/61) и "Нас время учило..." (фронтовые воспоминания автора 1943-1944 гг.), а также избранные письма из семейного архива и иллюстрации.
Цена: 400 руб.


Алексей Пурин. Почтовый голубь


Алексей Арнольдович Пурин (род. в 1955 г. в Ленинграде) — поэт, эссеист, переводчик. Автор пятнадцати (включая переиздания) стихотворных сборников и трех книг эссеистики. Переводит немецких и голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой ) поэтов, опубликовал пять книг переводов. Лауреат Санкт-Петербургской литературной премии «Северная Пальмира» (1996, 2002) и др.
В настоящем издании представлены лучшие стихи автора за четыре десятилетия литературной работы, включая новую, седьмую, книгу «Почтовый голубь» и полный перевод «Сонетов к Орфею» Р.-М. Рильке.
Цена: 350 руб.


Национальный книжный дистрибьютор
"Книжный Клуб 36.6"

Офис: Москва, Бакунинская ул., дом 71, строение 10
Проезд: метро "Бауманская", "Электрозаводская"
Почтовый адрес: 107078, Москва, а/я 245
Многоканальный телефон: +7 (495) 926- 45- 44
e-mail: club366@club366.ru
сайт: www.club366.ru