ПОЭЗИЯ И ПРОЗА

 

Жужа Раковски

 

 

ВИД

Закрою шторы: за окном

всезнающий туман

штурмует неприступный дом,

тягучий океан

зовет и плещет день за днем,

гонец из дальних стран,

 

по обомлевшим площадям

идут его войска,

где ликовали ленты, там

останется тоска,

иная жизнь явилась нам,

забытые века.

 

Но я позиций не сдаю

и созываю вновь

вчерашний чай, постель свою,

букет живых цветов,

остывший ужин. Все в строю,

и каждый пасть готов.

 

Снаружи гул и суета,

трескучая борьба,

сверкают пламенем цвета,

волнуется труба.

Как будто с чистого листа

пойдет моя судьба.

 

Нет, все как прежде: древний стол,

замерзшая вода,

пол деревянный, женский пол,

светильников слюда,

Штрихи на воске: произвол

с пометкой: навсегда.

 

Рассвет, прозрачный, как намек,

спешит ко мне в окно

с седых небес. Им невдомек,

что все предрешено.

Сверкает счастья огонек

и падает на дно.

 

Опять не дремлет рыжий бес

моих тревожных дней,

я понимаю, что-то есть,

но что – судить не мне,

и не решу, остаться здесь

или уйти вовне.

 

 

 

ЛЕД

До горизонта лед, аляповатый лед,

здесь каждый взор — полет, и каждый жест — полет,

поблеклый лунный лед с каймой белесой, взор

скользит над камышом и над зигзагом гор,

застывших по краям, заснежье им — постель,

за осенью — зима, за графикой — пастель,

прорежет синеву и расплывется вдруг

болтливый лунный луч и выскользнет из рук,

и рядом на камнях присядет загорать,

как барышня в бики… прошла его пора,

растрепанный газон, кабинок череда,

и словно время вспять, и свет и смех, и да-

же льстивый едкий лед исчез давно и вот

сплетаются тела, и парусник плывет

по ласковым волнам, теряется вдали,

и снова серый день, заснежье в полземли,

ненужное, как страсть. Я помню, мы с тобой

вдвоем на берегу в завесе голубой

искали скрытый смысл и не нашли. Зима

осенних нежных дней откроет закрома,

и в полумраке слез, где тишь и камыши,

и маслянистый лед, две загнанных души

найдут тернистый путь по кромке льдистых фраз,

ты был, и я была, и все, что было, в нас.

 

 

 

ДВОЙНОЕ СОЗНАНИЕ

Скрипит стекло – а значит, быть весне,

в окне напротив кто-то снова драит рамы,

я слышу все, но в чутком полусне

толпой спешат ко мне на зов чужие драмы.

 

Я в мебель, точно прутик, вплетена,

и не сдается строгий форт моей аорты,

но мне иная музыка слышна –

дыханье прелое невокресавших мертвых.

 

Я в уходящем времени живу,

как кошка в подожженном доме деревянном,

еще чуть-чуть – и рухнет наяву

рассудок хрупкий в резком крике окаянном.

 

Напрасно будет жадная рука

за свет цепляться, вспыхнет новая шутиха,

появятся иные облака,

и над кроватью распахнется древний выход.

 

Я знаю все: вот венчики стучат

на прежней кухне, где теперь одна крапива,

вот примеряет выцветший наряд

моя пра-пра и улыбается учтиво.

 

Я чутко сплю под липой на груди

у юной мамы и блаженно улыбаюсь,

и слышу, как седой старик твердит:

я вечно твой, не отступлюсь и не раскаюсь.

 

Усталый мир плащом укрыла ночь,

начало всех начал, колышутся дубравы,

и я иду – не мать еще, но дочь,

по саду сонному, и кланяются травы.

 

Взлетят на воздух дни и города,

мой прах развеется в туманностях Вселенной,

и все же я останусь навсегда

в ограде детства, неприступной и блаженной.

 

 

 

ЧЕРНО-БЕЛОЕ

Живую крысу бросили в огонь:

сперва шипенье, и со всех сторон

порхает пламя будто в темноте,

и запах мяса и волос и тень

крысиная, а искры все летят,

затем лишь пепел. Палевых котят

в ведро с водой, мгновение, в мешок,

и на помойку. Вымокший комок

ненужных шкурок, месиво потерь.

А солнце в небе светит, и теперь

все это кажется кошмарным сном.

На серых ветках почки день за днем

стремятся к солнцу, жизнь берет права

любой ценой, зеленая трава

сверкает изумрудно, рыжий свет

задиристо шагает по листве,

капустницы взмывают в небеса,

чернеют грядки, светится роса,

цветы цветут. Нет повода для слез,

ведь зрение не лжет. Но хмурый мозг,

как старый почтальон в урочный час,

раскладывает скрытые для глаз

причины, точно письма, что куда.

Скажи, алхимик, ртуть или вода,

подсолнух или крыса? Черный цвет

и белый, ложь и правда, тень и свет,

два принципа, и я должна решить:

восстать из пепла или пережить.

 

 

 

БУДТО

Подъезд, карета «скорой», сзади старый

бесхозный парк, в котором веет паром

бассейн, минводы, дышит, как живая,

стальная гладь. Качаясь, проплывают

в тумане силуэты: вот ворона

заходит на вираж, вот обреченно

причаливает лист на землю или

транзитом липнет на сыром периле,

стирая ржавый тон. В ослабшем свете

душевно слабых гонит дерзкий ветер

куда глаза глядят. Один заглянет

в бассейн: зеленый склеп нарядней станет,

и заблестит под радужным стеклом

осколок жизни, прежний хлам и лом.

Без радуги, без тона, без теней

существовать: чем дальше, тем верней.

Пробел между словами, пустота,

пещера: будто кончились цвета.

Вчерашний вечер, прошлогодний снег,

заминка: будто мир застыл навек.

Пропорция размеров, ровный путь

без цели: будто есть где отдохнуть.

Как будто время здесь, в глуши стальной,

остановилось: ни передо мной,

ни после ничего — стекло и свет,

сталь, и покой, и сон, и мира нет;

едины пустота и полнота.

Так люди выживают. Только так.

 

 

 

БОЛЬШЕ НЕ…

Я больше не раскрою сердце ветру,

не полечу к палящей цели.

Июль, расчетливый и терпкий,

ломающий надежды, словно щепки,

саднит еще дымящуюся рану.

На сотни лет в краю вечнозеленом

затертое цветными витражами

брезентовых навесов, точно в бронзе,

палящее мгновение застыло. Ледяной

бесплодный взгляд, распятый на скрещенье

двух судеб, слишком слаб: у лунных лиц,

изрытых оспой, снова изверженье:

восторг и слезы. Для чего нам зренье,

когда дорога млечная туманна?

Зачем пылали всполохи и пламя

топило воск и опаляло перья?

К чему любовь, последняя, как взрыв?

К чему ответы? И к чему искать —

несуществующие — вспышки страсти,

ломающей законы тяготенья?

Все, что когда-то наполняло душу,

растаяло в безбрежности. Зачем

одна надежда вместо сотни тысяч?

Из паутины отчужденья не

выпутаться и не развязать

ее морских узлов, не разрубить

и не поджечь, чтоб превратилась в пепел

мечта моя и растворилась цианидом

в предвечном океане.

 

 

 

ИСПОРЧЕННАЯ ПЛАСТИНКА

Время уже не питает, лишь тянет к земле: я измаялась, словно

обманутый волк, с камнем в желудке.

Встречи мои и переезды, потоки слез

моих протекают по слабозаселенным

заснеженным провинциям,

столица, окутанная жгучим унынием, укрытая облаком

апатии, не желает знать о них: она не заносит их

в свои капризные реестры; если бездумно верить центральным

газетам, будто ничего и не происходит… Понурые власти

не верят даже в собственное призвание,
распоряжения, полученные из воздуха,

они откладывают в долгий ящик. Вместо легковесных мнений

пускай воцарится круглая и тяжелая

пристрастность: чтобы ломались кости,

стоит мне подняться на ноги. Как в детстве,

когда я стояла в церкви, пронизанной столбами света

и пыли, на мне была праздничная юбка в складку, а в сердце

мученики задыхались от воинствующей веры. Теперь каждое

желание застывает на полпути: огонь в комнате

просачивается в дверные щели, и пожирает самого

себя и не выходит за порог… Головокружение,

которое в переходном возрасте так обещала взрывоопасная

романтика тела — когда я в неоновых лучах стояла

на раскаленных камнях бассейна,

перед блестящим веснушчатым зеркалом — когда в потустороннем

тоннеле жары ослепляли возможности:

и, задыхаясь, набухало солнце и камни и вода

в бездумном и бездушном мареве детства,

и любовь одухотворяла мир — да, это

неоплаченный счет, испорченная пластинка. 

 

 

 

ВЗАИМОСВЯЗИ

Все события в этой жизни, как правило, можно

разделить на две группы: происшествия, в которых виновата я,

и происшествия, в которых я не виновата. Вторую группу в принципе

можно отбросить как несущественную.

 

Поскольку сточную трубу забила

своими волосами я. И вирус

я принесла домой. Из-за меня

пришлось весь вечер оставаться дома

и распаковывать мои подарки,

безвкусные сорочки. Я ужасна,

кошмарна по своей природе. Лучше

не превращаться в ангела на шпильках,

никто и не поймет; ну погодите,

я вижу запертую дверь и склянки,

валяющиеся вокруг кровати,

аптечный запах, горький сок; я вижу

венки с бумажными цветами, ленты,

слезящиеся краской, — что-то в этом духе

наверняка случится. И в Афинах

землетрясение — моих рук дело; может,

я вызываю бури? Я — пятно

вина на скатерти, не отстираешь.

И вот уже дитя с глазами волкодава

зачитывает приговор, а руки

бесцельно на клочки дерут газету,

билет и паспорт, и льняную скатерть,

возможно самобранку. Скачут искры

в застенчивых зрачках — на старых снимках

немыслимые шапки, ридикюли

немного старомодные, до пола

свисающие складки тусклых юбок,

на фоне клумбы, около фонтана

в весеннем парке; где-то под ключицей

пульсирует угроза — так во мне

пылает ярость золотого века.

 

И все, что в голову взбредет, возможно

осуществить за неплохую сумму

по курсу преступлений-наказаний…

 

Так я мечтаю: солнца свет, стекло и бархат, но  уже´

рыдает кто-то за стеной, бьет в потолок огня струя

и дверь не заперта, мой бог, опять — не я, не я, не я…

 

 

 

ГРАВИТАЦИЯ

Сегодня снова затопили: тишина,

нежданное тепло и пыли запах прелый,

В скользящей вышине лукавая луна

с румяного лица снимает саван белый.

 

Сегодня ветрено. Опавшая листва

сусальным золотом укроет все дороги.

И гравитация опять войдет в права,

натянет поводок и станет на пороге.

 

Все то, что солнце, как магнит, тянуло ввысь,

все то, что пело и от счастья расцветало,

теперь со свистом и скрипеньем рвется вниз,

чтобы к подножию небес упасть устало.

 

Назавтра краски лета, втоптанные в грязь,

с землей смешаются, и что винить погоду?

Так опадают листья будущего в нас

и невесомо приближаются к исходу.

 

 

 

ДЕКАБРЬ

Зачем я тщетно рвусь присвоить эту

бесплодную, таинственную пору? Этот тусклый, —
в полуденном сиреневом тумане,

где чувства невпопад ныряют
в пробоину времен, — зал ожиданий,

промозглый переход? Между неведомыми площадями,

подземный... Шествие по высохшему руслу.

Над магазинами, в объятьях лап еловых

понуро светятся нагие фонари, которым

недостает шеста, хотя бы точки

опоры. И мои пиротехнические чувства вместе с ними

сгорают. Но зачем я тщетно рвусь

спалить дотла это задумчивое время,

на миг раскрасив тени? Эту вкрадчивую пору,

которой незнаком ни пыл душевный, ни жар телесный, ни костер

сердечный? Снова я нечаянно бросаю

на ветер не нашедшие отпора слова свои, и те

уносятся в безвестность. На мосту, над почернелой

водой, оранжевые канделябры, рассеивая вкрадчивый туман,

линчуют тело ветра. Кто, как в реку,

войдет в сегодняшнее время, тот

окажется в коллекторе забвений,

теперь наш путь труба. Теперь

безвольна даже воля. Жди, смирись...

 

 

Перевод с венгерского Дарьи Анисимовой

 

 


Жужа Раковски больше известна в Венгрии как прозаик. В романах («Тень змеи», «VS», «Осколки») и рассказах (сборник «Луна в седьмом доме») писательница часто обращается к проблемам «женской» жизни – ее границам в различные исторические периоды, ролям, предписываемым женщине обществом и интересным ей самой. В поэзии Раковски продолжает традиции венгерских поэтов шестидесятых-семидесятых годов ХХ века – Дердя Петри и Саболча Варади. Героини стихотворений Раковски из сборника «Возвращение во времени» (2007), куда вошли произведения, созданные с 1981-го по 2005 г., живут в современном мире со всеми его проблемами, они и сами часть среды, которая их окружает. Стихи Раковски уже публиковались в журнале «Звезда» (2011, № 3).

Глубокоуважаемые и дорогие читатели и подписчики «Звезды»!
Рады сообщить, что № 3 и № 4 журнала уже рассылается по вашим адресам. № 5 напечатан и на днях также начнет распространяться. Сердечно благодарим вас за понимание сложившейся ситуации!
Редакция «Звезды»
30 января
В редакции «Звезды» вручение премий журнала за 2019 год.
Начало в 18-30.
31 октября
В редакции «Звезды» презентация книги: Борис Рогинский. «Будь спок. Шестидесятые и мы».
Начало в 18-30.
Смотреть все новости

Подписку на журнал "Звезда" на территории РФ осуществляют:

Агентство РОСПЕЧАТЬ
по каталогу ОАО "Роспечать".
Подписной индекс
на полугодие - 70327
на год - 71767
Группа компаний «Урал-пресс»
ural-press.ru
Подписное агентство "Прессинформ"
ООО "Прессинформ"

В Москве свежие номера "Звезды" можно приобрести в книжном магазине "Фаланстер" по адресу Малый Гнездниковский переулок, 12/27


Калле Каспер - Ночь - мой божественный анклав


Калле Каспер (род. в 1952 г.) — эстонский поэт, прозаик, драматург, автор пяти стихотворных книг и нескольких романов, в том числе эпопеи «Буриданы» в восьми томах и романа «Чудо», написанного на русском. В переводе на русский язык вышла книга стихов «Песни Орфея» (СПб., 2017).
Алексей Пурин (род. в 1955 г.) — русский поэт, эссеист, переводчик, автор семи стихотворных книг, трех книг эссеистики и шести книг переводов.
Цена: 130 руб.
Евгений Каинский - Порядок вещей


Евгений Каминский — автор почти двадцати прозаических произведений, в том числе рассказов «Гитара и Саксофон», «Тихий», повестей «Нюшина тыща», «Простая вещь», «Неподъемная тяжесть жизни», «Чужая игра», романов «Раба огня», «Князь Долгоруков» (премия им. Н. В. Гоголя), «Легче крыла мухи», «Свобода». В каждом своем очередном произведении Каминский открывает читателю новую грань своего таланта, подчас поражая его неожиданной силой слова и глубиной образа.
Цена: 200 руб.
Алексей Пурин - Незначащие речи


Алексей Арнольдович Пурин (1955, Ленинград) — поэт, эссеист, переводчик. С 1989 г. заведует отделом поэзии, а с 2002 г. также и отделом критики петербургского журнала «Звезда». В 1995–2009 гг. соредактор литературного альманаха «Urbi» (Нижний Новгород — Прага — С.-Петербург; вышли в свет шестьдесят два выпуска). Автор двух десятков стихотворных сборников (включая переиздания) и трех книг эссеистики. Переводит голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой) и немецких поэтов, вышли в свет шесть книг переводов. Лауреат премий «Северная Пальмира» (1996, 2002), «Честь и свобода» (1999), журналов «Новый мир» (2014) и «Нева» (2014). Участник 32-го ежегодного Международного поэтического фестиваля в Роттердаме (2001) и др. форумов. Произведения печатались в переводах на английский, голландский, итальянский, литовский, немецкий, польский, румынский, украинский, французский и чешский, в т. ч. в представительных антологиях.
В книге впервые публикуются ранние стихотворения автора.
Цена: 130 руб.
Моя жизнь - театр. Воспоминания о Николае Евреинове


Эта книга посвящена одному из творцов «серебряного века», авангардному преобразователю отечественной сцены, режиссеру, драматургу, теоретику и историку театра Николаю Николаевичу Евреинову (1879-1953). Она написана его братом, доктором технических наук, профессором Владимиром Николаевичем Евреиновым (1880-1962), известным ученым в области гидравлики и гидротехники. После смерти брата в Париже он принялся за его жизнеописание, над которым работал практически до своей кончины. Воспоминания посвящены доэмигрантскому периоду жизни Николая Евреинова, навсегда покинувшего Россию в 1925 году. До этого времени общение братьев было постоянным и часто происходило именно у Владимира, так как он из всех четверых братьев и сестер Евреиновых оставался жить с матерью, и его дом являлся притягательным центром близким к семье людей, в том числе друзей Николая Николаевича - Ю. Анненкова, Д. Бурлюка, В.Каменского, Н. Кульбина, В. Корчагиной-Алексан-дровской, Л. Андреева, М. Бабенчикова и многих других. В семье Евреиновых бережно сохранились документы, фотографии, письма того времени. Они нашли органичное место в качестве иллюстраций, украшающих настоящую книгу. Все они взяты из домашнего архива Евреиновых-Никитиных в С.-Петербурге. Большая их часть публикуется впервые.
Цена: 2000 руб.


Калле Каспер - Песни Орфея


Калле Каспер (род. в 1952 г.) – эстонский поэт, прозаик, драматург, автор шести стихотворных книг и нескольких романов, в том числе эпопеи «Буриданы» в восьми томах и романа «Чудо», написанного на русском. «Песни Орфея» (2017) посвящены памяти жены поэта, писательницы Гоар Маркосян-Каспер.
Алексей Пурин (род. в 1955 г.) – русский поэт, эссеист, переводчик, автор семи стихотворных книг, трех книг эссеистики и шести книг переводов.
Цена: 130 руб.


Пасынки поздней империи


Книга Леонида Штакельберга «Пасынки поздней империи» состоит из одной большой повести под таким же названием и нескольких документальных в основе рассказов-очерков «Призывный гул стадиона», «Камчатка», «Че», «Отец». Проза Штакельберга столь же своеобразна, сколь своеобразным и незабываемым был сам автор, замечательный рассказчик. Повесть «пасынки поздней империи» рассказывает о трудной работе ленинградских шоферов такси, о их пассажирах, о городе, увиденном из окна машины.
«Призывный гул стадиона» - рассказ-очерк-воспоминание о ленинградских спортсменах, с которыми Штакельбергу довелось встречаться. Очерк «Отец» - подробный и любовный рассказ об отце, научном сотруднике Института имени Лесгафта, получившем смертельное ранение на Ленинградском фронте.
Цена: 350 руб.

Власть слова и слово власти


Круглый стол «Власть слова и слово власти» посвящен одному из самых драматических социокультурных событий послевоенного времени – Постановлению Оргбюро ЦК ВКП(б) о журналах «Звезда» и «Ленинград» 1946 г.
Цена: 100 руб.



Елена Кумпан «Ближний подступ к легенде»


Книга Елены Андреевны Кумпан (1938-2013) рассказывает об уходящей культуре 1950 – 1960-х годов. Автор – геолог, поэт, экскурсовод – была дружна со многими выдающимися людьми той бурной эпохи. Герои ее воспоминаний – поэты и писатели Андрей Битов, Иосиф Бродский, Александр Городницкий, Рид Грачев, Александр Кушнер, Глеб Семенов, замечательные ученые, литераторы, переводчики: Л.Я. Гтнзбург, Э.Л. Линецкая, Т.Ю. Хмельницкая, О.Г. Савич, Е.Г. Эткинд, Н.Я. Берковский, Д.Е. Максимов, Ю.М. Лотман и многие другие
Книга написана увлекательно и содержит большой документальный материал, воссоздающий многообразную и сложную картину столь важной, но во многом забытой эпохи. Издание дополнено стихами из единственного поэтического сборника Елены Кумпан «Горсти» (1968).
Цена: 350 руб.


Елена Шевалдышева «Мы давно поменялись ролями»


Книга тематически разнообразна: истории из пионервожатской жизни автора, повесть об отце, расследование жизни и судьбы лейтенанта Шмидта, события финской войны, история поисков и открытий времен Великой Отечественной войны.
Цена: 250 руб.


Нелла Камышинская «Кто вас любил»


В сборнике представлены рассказы, написанные в 1970-1990-ж годах. То чему они посвящены, не утратило своей актуальности, хотя в чем-то они, безусловно, являются замечательным свидетельством настроений того времени.
Нелла Камышинская родилась в Одессе, жила в Киеве и Ленинграде, в настоящее время живет в Германии.
Цена: 250 руб.


Александр Кушнер «Избранные стихи»


В 1962 году, более полувека назад, вышла в свет первая книга стихов Александра Кушнера. С тех пор им написано еще восемнадцать книг - и составить «избранное» из них – непростая задача, приходится жертвовать многим ради того, что автору кажется сегодня лучшим. Читатель найдет в этом избранном немало знакомых ему стихов 1960-1990-х годов, сможет прочесть и оценить то, что было написано уже в новом XXI веке.
Александра Кушнера привлекает не поверхностная, формальная, а скрытая в глубине текста новизна. В одном из стихотворений он пишет, что надеется получить поэтическую премию из рук самого Аполлона: «За то, что ракурс свой я в этот мир принес / И непохожие ни на кого мотивы…»
И действительно, читая Кушнера, поражаешься разнообразию тем, мотивов, лирических сюжетов – и в то же время в каждом стихотворении безошибочно узнается его голос, который не спутать ни с чьим другим. Наверное, это свойство, присущее лишь подлинному поэту, и привлекает к его стихам широкое читательское внимание и любовь знатоков.
Цена: 400 руб.


Л. С. Разумовский - Нас время учило...


Аннотация - "Нас время учило..." - сборник документальной автобиографической прозы петербургского скульптора и фронтовика Льва Самсоновича Разумовского. В сборник вошли две документальные повести "Дети блокады" (воспоминания автора о семье и первой блокадной зиме и рассказы о блокаде и эвакуации педагогов и воспитанников детского дома 55/61) и "Нас время учило..." (фронтовые воспоминания автора 1943-1944 гг.), а также избранные письма из семейного архива и иллюстрации.
Цена: 400 руб.


Алексей Пурин. Почтовый голубь


Алексей Арнольдович Пурин (род. в 1955 г. в Ленинграде) — поэт, эссеист, переводчик. Автор пятнадцати (включая переиздания) стихотворных сборников и трех книг эссеистики. Переводит немецких и голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой ) поэтов, опубликовал пять книг переводов. Лауреат Санкт-Петербургской литературной премии «Северная Пальмира» (1996, 2002) и др.
В настоящем издании представлены лучшие стихи автора за четыре десятилетия литературной работы, включая новую, седьмую, книгу «Почтовый голубь» и полный перевод «Сонетов к Орфею» Р.-М. Рильке.
Цена: 350 руб.


Национальный книжный дистрибьютор
"Книжный Клуб 36.6"

Офис: Москва, Бакунинская ул., дом 71, строение 10
Проезд: метро "Бауманская", "Электрозаводская"
Почтовый адрес: 107078, Москва, а/я 245
Многоканальный телефон: +7 (495) 926- 45- 44
e-mail: club366@club366.ru
сайт: www.club366.ru