ИЗ НЕДАВНЕГО ПРОШЛОГО

 

Артем Кресин    

Торфушки      

Двадцатилетним мальчишкой в 1951 году волею судеб я оказался на территории одного непрестижного предприятия, в качестве начинающего специалиста-электрика. Мои родители были «врагами народа», и это не позволяло многим  другим организациям принять меня на работу. Здесь же использовать мой труд  было сочтено возможным. По прошествии некоторого времени, оглядываясь назад, я понял, что меня с моей анкетой могли ожидать намного большие неприятности, тогда как на этой работе я встретил много хороших людей, которые помогли мне познать настоящую жизнь, расширить кругозор и освоить свою будущую профессию. Но тогда, по молодости, я с ужасом смотрел на окружающую меня обстановку, жалел себя и клял судьбу.

Предприятие занималось добычей торфа, носило название «Назия» и было одним из крупнейших в Союзе, обеспечивая топливом основные электростанции Ленинградской энергосистемы. Трудно найти аналоги подобному производству в других отраслях промышленности. Торфопредприятие занимает территорию площадью приблизительно 500—600 квадратных километров, на которой находятся болота с глубоким залеганием торфа. В центральном поселке при железнодорожной станции Жихарево располагалось управление и основные цеха. По остальной части территории было разбросано большое количество поселков, в бараках которых проживали рабочие. Основные поселки были пронумерованы с 1-го по 5-й. Мелкие поселки имели различные названия. Был, например, поселок «Америка» — вероятно, когда-то в нем жили специалисты из США, которые в 1920-х годах помогали освоить технологию добычи торфа.

Чтобы понять суть настоящего очерка, придется описать, хотя бы вкратце, как торф добывали в те годы. Торф залегает на глубине до 5—6 метров. Мощными насосами, создающими сильную водяную струю, он размывался и, смешиваясь с водой, образовывал торфоводяную смесь, называемую «гидромассой». Затем эта гидромасса по трубам диаметром около метра перегонялась за десятки километров на специальные поля. Здесь  она отстаивалась, вода стекала в канавы. Оставшийся слой мокрого торфа подсыхал, и по нему пускали трактор со специальными гусеницами, которые резали торфяной осадок на кирпичики. При определенной степени высыхания эти кирпичики укладывали в «змейки». Для окончательной сушки торфяные кирпичики укладывали в «домики» с последующей укладкой в штабеля. В течение всего года торф из этих штабелей по узкоколейке перевозили к центральному поселку, где перегружали в вагоны широкой колеи, которые везли топливо на электростанции.

Отсюда две особенности торфопредприятия: большое количество ручного труда, связанного с сушкой торфяного брикета, и сезонность торфодобычи. Чтобы торф успел высохнуть до зимы, гидромассу гнали только 2—2,5 месяца. Соблюдать подобную технологию можно было только с помощью рабочей силы, завербованной на необходимый период времени.

В те послевоенные годы условия для вербовки были почти идеальные. Во-первых, царствовала командная система. Приходила директива в соответству-ющий райком, далее в сельсовет, строили ровными рядами парней или девушек и отправляли по назначению. Во-вторых, в колхозах люди работали практиче-ски бесплатно, а «на торфах» могли заработать хоть какие-то копейки, и,
в-третьих, вербовка давала шанс убежать из колхоза, получить паспорт и стать полноправным гражданином. Поскольку эта система распространялась на лесо-заготовки, шахты и другие организации, где требовалась мужская рабочая сила, на долю торфопредприятий оставались в основном женщины.

Как временные работницы, присланные практически по принуждению, женщины эти занимали нижнюю ступень в табели о рангах работников предприятия, и отношение к ним было крайне неуважительным, да и звали их совсем пренебрежительно — «торфушки».

Я не знаком с тогдашними способами вербовки женщин на местах, но думаю, что доброты там было немного. Вербовка проводилась в основном из Орловской, Курской, Тамбовской и Воронежской областей. Первые эшелоны начинали приходить в апреле. Девушки старались держаться стайками по принципу землячества, все для них было новое, непривычное. Многие впервые покинули родную деревню. Но были и такие, которые вербовались уже не первый раз. На лицах большинства — растерянность, страх перед неизвестностью. В центральном поселке они проходили медосмотр, баню. Затем их развозили по рабочим поселкам.

 Первыми начинали работать так называемые карьерщицы. Торф образовывался в течение многих тысяч лет за счет разложения водной растительности в водоемах без доступа воздуха. Поэтому в нем имелись неперегнившие остатки крупных деревьев — коряги. Если такая коряга попадала в насос, он ломался. Чтобы предотвратить поломки, карьерщица ползала в торфяной жиже, по пояс и выше, оттаскивая коряги в сторону. Это был поистине адский труд. Торфо-сезон начинался во второй половине апреля, земля еще не оттаивала, и карьерщице приходилось работать в воде, перемешанной с ледяным крошевом. На ней был непромокаемый костюм, но, как обычно, все, что не должно промокать, практически всегда промокает. Через два-три часа непрерывной работы девушка вылезала из карьера с распухшими руками, насквозь продрогшая и смертельно уставшая. Для согрева карьерщицам полагалось некоторое количество водки, но водка передавалась через бригадиров-мужиков, которые не могли выпустить из рук этот драгоценный напиток и выпивали его сами.

Остальная и основная масса вербованных девушек работала на сушке торфа.

Зарплата вербованных, как можно догадаться, была предельно минимизирована. Карьерщицы получали относительно работающих на сушке несколько больше, однако и им платили по тем деньгам (до деноминации) не более 700—800 рублей в месяц. Впрочем, в деревнях девушек ждала полная нищета, поэтому, приехав «на торфа», они стремились хоть что-нибудь заработать. Для этого они работали не считаясь ни с силами, ни с временем. Поднимались в четыре часа утра и уезжали на поля. Возвращались уже затемно, не ранее девяти-десяти вечера. В течение многих лет из уст в уста передавали легенду об одной бригаде, в которой была очень крепкая бригадирша, сумевшая и бригаду заставить напряженно работать, и с нормировщиками пособачиться. В этой бригаде все зарабатывали по 1500—2000 рублей в месяц. Но это был тот самый жаворонок, который весны не делает. Остальные, несмотря на тот же труд, не дотягивали даже до зарплаты карьерщиц.

 Бульшую часть этого заработка они должны были привезти домой в деревню, где их ждала семья, для которой эти деньги часто оказывались единственным источником существования. Поэтому девушки экономили на питании. Питались в основном хлебом, который запивали водой. Иногда покупали крупу и варили кашу. Никаких конфет или других лакомств они себе не позволяли. Что они сметали с магазинных полок, так это хамсу и тюльку (была такая очень мелкая рыбешка сельдяного посола, про которую местные жители шутя говорили: «на рупь сто голов»).

Несмотря на каторжный труд, молодость брала свое. Вернувшись с работы поздно вечером, торфушки начинали водить хороводы, устраивали пляски, пели песни. Было совершенно непонятно, когда они отдыхали и набирались сил для нового рабочего дня.

В выходные дни они выходили на улицы поселков, сбивались в стайки то ли по принципу землячества, то ли по принципу рабочей бригады. Если такая группа шла по улице, то пройти навстречу было невозможно, они держались друг за дружку и на просьбу пропустить отвечали: «Дядько, иди в другом месте». Однажды я оказался свидетелем их пения. В танцах есть такое название «перепляс» — когда группы или отдельные танцоры пытаются один перед другим показать свое искусство или свою лихость. В пении нечто подобное можно было бы назвать «перепевом». Девушки из разных мест пели свои частушки, не договариваясь о какой-либо очередности. Все было стихийно. Запевала одна, по окончании вступала другая, и так до бесконечности. Все были голосистые. Постепенно дух соревнования их захватывал, петь начинали с остервенением, без улыбок, как будто выполняли тяжелую обязанность. Однако поток желающих включиться в «перепев» не иссякал. Обязательно появлялся гармонист, и тогда песни переходили в пляски. И так гулянье не прекращалось допоздна.

Местные жители или постоянные работники считали своим долгом посмеяться над вербованными. Шутки и анекдоты ходили по всему предприятию, так что трудно было отличить, где правда, а где вымысел. Типичным примером этих насмешек был такой рассказ. «Перестал работать кран, торфушка кричит: „Эй, крановщик, что стоишь?” Он отвечает: „Нет напряжения. Возьми ведро, сходи на электроподстанцию и принеси”. Она дисциплинированно идет на подстанцию, протягивает дежурному ведро и просит наполнить его напряжением». 

Впрочем, через некоторое время, освоившись, девушки становились смелее и все чаще осаживали своих обидчиков. Не в меру увлекшийся насмешник мог получить ответ: «Ладно, мы видим, ты очень умный. С твоим умом в уборной сидеть и кричать „занято!”». Дорог на болоте практически не было, и работники ходили по трубам, через которые качали гидромассу. Однажды, пробираясь по таким трубам на одну из своих подстанций, я проходил мимо работающих на сушке торфа девушек. Вдруг слышу окрик: «Дядько, ты один?» Отвечаю: один. «Иди, дадим!» — кричит самая бойкая под хохот всей бригады.

По подстанциям я ездил с санитарной военной сумкой, наполненной приборами для работы. Когда я с этой сумкой входил в узкоколейный вагон, наполненный торфушками, раздавался возглас: «О! Дядько с бояном пришел. Давай, дядько, играй нам, мы петь будем».

 

Мужское население предприятия не могло пройти мимо таких молодых, красивых, бойких и в то же время неопытных и беззащитных девушек. Они же, со своей стороны, приехав из деревень, где большинство мужчин было или выбито на войне, или куда-нибудь завербовано, понимали, что дома им не приходится рассчитывать на обилие кавалеров. Поэтому обе стороны быстро находили общий язык. Остается только удивляться, как у торфушек на все хватало времени и сил. Один наш работник услышал однажды разговор двух вербованных в конце сезона:

— Ну, что ж, подруженька, работали мы, работали и ни хрена не заработали...

— Да черт с ним, зато пое..лись вдоволь.

По окончании сезона наступало время их возвращения в родные места. Первыми отпускали домой карьерщиц. Но прежде чем отпустить девушек домой, их упорно старались завербовать на следующий год. Тех, кто не хотел заключать договор, держали до поздней осени, те, кто заключал договор, уезжали домой в августе-сентябре. Но некоторые сами выражали желание остаться в постоянном штате торфопредприятия и в деревню больше не возвращаться. Обратно в колхоз, наверное, не хотелось никому, но у большинства там оставались матери, младшие сестры и братья. Девушки не могли бросить своих родных, они должны были помогать овдовевшим в годы войны матерям поднимать младших.

Перед отъездом ездили в Ленинград, чтобы закупить необходимый скарб для дома, поскольку на местах проживания их ожидало не только безденежье, но и пустые полки в магазинах. Покупали самые нехитрые предметы обихода: корыта, тазы, мыло и ткани. И, нагруженные таким багажом, они отправлялись по домам.

 

* * *

Оглядываясь на те годы, я вижу этих девушек, которые продолжили судьбу многих поколений русских женщин. Эта судьба идет от крепостных девок, которых помещики проигрывали в карты, от нищих безземельных крестьянок периода реформ Александра II, от баб, овдовевших и поднявших своих детей в Первую мировую войну, от женщин, прошедших все тяготы коллективизации и пронесших на своих плечах беды Второй мировой войны и ее последствий.   

Очень многие из них стали матерями-одиночками и сами, своими нелегкими трудами, вырастили детей. Я ни разу не слышал, чтобы хоть одна отказалась от ребенка, хотя в те времена рождение детей вне брака было связано не только с материальной нуждой, но и с колоссальным общественным порицанием. Хочется, чтобы люди помнили о трудовом подвиге этих женщин, об их человечности, об их стойкости. Те, кто даже в мыслях относился к ним пренебрежительно, должны принести им моральное и душевное покаяние, которое приносит и автор этих строк.                  

Некоторые из этих женщин, наверное, и сейчас живут в поселке Жихарево и в удаленных поселках торфопредприятия. Еще больше их живет в поселках множества других торфопредприятий страны. И живые, и уже ушедшие от нас заслуживают того, чтобы местные органы управления поднатужились и поставили им хотя бы самые скромные памятники. Своим трудом они помогли стране подняться из послевоенной разрухи в один из тяжелейших периодов истории России. Они отдали свою молодость будущим поколениям, взамен не требуя для себя ничего.

 

Глубокоуважаемые и дорогие читатели и подписчики «Звезды»! Рады сообщить вам, что журнал вошел в график выпуска номеров: июньский номер распространяется, 23-24 июля поступит в редакцию и начнется рассылка подписчикам июльского. Сердечно благодарим вас за понимание сложившейся ситуации.
Редакция «Звезды».
30 января
В редакции «Звезды» вручение премий журнала за 2019 год.
Начало в 18-30.
31 октября
В редакции «Звезды» презентация книги: Борис Рогинский. «Будь спок. Шестидесятые и мы».
Начало в 18-30.
Смотреть все новости

Всем читателям!

Чтобы получить журнал с доставкой в любой адрес, надо оформить подписку в почтовом отделении по
«Объединенному каталогу ПРЕССА РОССИИ «Подписка – 2021»
Полугодовая подписка по индексу: 42215
Годовая подписка по индексу: 71767
Группа компаний «Урал-пресс»
ural-press.ru
Подписное агентство "Прессинформ"
ООО "Прессинформ"

В Москве свежие номера "Звезды" можно приобрести в книжном магазине "Фаланстер" по адресу Малый Гнездниковский переулок, 12/27


Мириам Гамбурд - Гаргулья


Мириам Гамбурд - известный израильский скульптор и рисовальщик, эссеист, доцент Академии искусств Бецалель в Иерусалиме, автор первого в истории книгопечатания альбома иллюстраций к эротическим отрывкам из Талмуда "Грех прекрасен содержанием. Любовь и "мерзость" в Талмуде Мидрашах и других священных еврейских книгах".
"Гаргулья" - собрание прозы художника, чей глаз точен, образы ярки, композиция крепка, суждения неожиданны и парадоксальны. Книга обладает всеми качествами, привлекающими непраздного читателя.
Цена: 400 руб.

Калле Каспер - Ночь - мой божественный анклав


Калле Каспер (род. в 1952 г.) — эстонский поэт, прозаик, драматург, автор пяти стихотворных книг и нескольких романов, в том числе эпопеи «Буриданы» в восьми томах и романа «Чудо», написанного на русском. В переводе на русский язык вышла книга стихов «Песни Орфея» (СПб., 2017).
Алексей Пурин (род. в 1955 г.) — русский поэт, эссеист, переводчик, автор семи стихотворных книг, трех книг эссеистики и шести книг переводов.
Цена: 130 руб.

Евгений Каинский - Порядок вещей


Евгений Каминский — автор почти двадцати прозаических произведений, в том числе рассказов «Гитара и Саксофон», «Тихий», повестей «Нюшина тыща», «Простая вещь», «Неподъемная тяжесть жизни», «Чужая игра», романов «Раба огня», «Князь Долгоруков» (премия им. Н. В. Гоголя), «Легче крыла мухи», «Свобода». В каждом своем очередном произведении Каминский открывает читателю новую грань своего таланта, подчас поражая его неожиданной силой слова и глубиной образа.
Цена: 200 руб.
Алексей Пурин - Незначащие речи


Алексей Арнольдович Пурин (1955, Ленинград) — поэт, эссеист, переводчик. С 1989 г. заведует отделом поэзии, а с 2002 г. также и отделом критики петербургского журнала «Звезда». В 1995–2009 гг. соредактор литературного альманаха «Urbi» (Нижний Новгород — Прага — С.-Петербург; вышли в свет шестьдесят два выпуска). Автор двух десятков стихотворных сборников (включая переиздания) и трех книг эссеистики. Переводит голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой) и немецких поэтов, вышли в свет шесть книг переводов. Лауреат премий «Северная Пальмира» (1996, 2002), «Честь и свобода» (1999), журналов «Новый мир» (2014) и «Нева» (2014). Участник 32-го ежегодного Международного поэтического фестиваля в Роттердаме (2001) и др. форумов. Произведения печатались в переводах на английский, голландский, итальянский, литовский, немецкий, польский, румынский, украинский, французский и чешский, в т. ч. в представительных антологиях.
В книге впервые публикуются ранние стихотворения автора.
Цена: 130 руб.
Моя жизнь - театр. Воспоминания о Николае Евреинове


Эта книга посвящена одному из творцов «серебряного века», авангардному преобразователю отечественной сцены, режиссеру, драматургу, теоретику и историку театра Николаю Николаевичу Евреинову (1879-1953). Она написана его братом, доктором технических наук, профессором Владимиром Николаевичем Евреиновым (1880-1962), известным ученым в области гидравлики и гидротехники. После смерти брата в Париже он принялся за его жизнеописание, над которым работал практически до своей кончины. Воспоминания посвящены доэмигрантскому периоду жизни Николая Евреинова, навсегда покинувшего Россию в 1925 году. До этого времени общение братьев было постоянным и часто происходило именно у Владимира, так как он из всех четверых братьев и сестер Евреиновых оставался жить с матерью, и его дом являлся притягательным центром близким к семье людей, в том числе друзей Николая Николаевича - Ю. Анненкова, Д. Бурлюка, В.Каменского, Н. Кульбина, В. Корчагиной-Алексан-дровской, Л. Андреева, М. Бабенчикова и многих других. В семье Евреиновых бережно сохранились документы, фотографии, письма того времени. Они нашли органичное место в качестве иллюстраций, украшающих настоящую книгу. Все они взяты из домашнего архива Евреиновых-Никитиных в С.-Петербурге. Большая их часть публикуется впервые.
Цена: 2000 руб.


Калле Каспер - Песни Орфея


Калле Каспер (род. в 1952 г.) – эстонский поэт, прозаик, драматург, автор шести стихотворных книг и нескольких романов, в том числе эпопеи «Буриданы» в восьми томах и романа «Чудо», написанного на русском. «Песни Орфея» (2017) посвящены памяти жены поэта, писательницы Гоар Маркосян-Каспер.
Алексей Пурин (род. в 1955 г.) – русский поэт, эссеист, переводчик, автор семи стихотворных книг, трех книг эссеистики и шести книг переводов.
Цена: 130 руб.


Пасынки поздней империи


Книга Леонида Штакельберга «Пасынки поздней империи» состоит из одной большой повести под таким же названием и нескольких документальных в основе рассказов-очерков «Призывный гул стадиона», «Камчатка», «Че», «Отец». Проза Штакельберга столь же своеобразна, сколь своеобразным и незабываемым был сам автор, замечательный рассказчик. Повесть «пасынки поздней империи» рассказывает о трудной работе ленинградских шоферов такси, о их пассажирах, о городе, увиденном из окна машины.
«Призывный гул стадиона» - рассказ-очерк-воспоминание о ленинградских спортсменах, с которыми Штакельбергу довелось встречаться. Очерк «Отец» - подробный и любовный рассказ об отце, научном сотруднике Института имени Лесгафта, получившем смертельное ранение на Ленинградском фронте.
Цена: 350 руб.

Власть слова и слово власти


Круглый стол «Власть слова и слово власти» посвящен одному из самых драматических социокультурных событий послевоенного времени – Постановлению Оргбюро ЦК ВКП(б) о журналах «Звезда» и «Ленинград» 1946 г.
Цена: 100 руб.



Елена Кумпан «Ближний подступ к легенде»


Книга Елены Андреевны Кумпан (1938-2013) рассказывает об уходящей культуре 1950 – 1960-х годов. Автор – геолог, поэт, экскурсовод – была дружна со многими выдающимися людьми той бурной эпохи. Герои ее воспоминаний – поэты и писатели Андрей Битов, Иосиф Бродский, Александр Городницкий, Рид Грачев, Александр Кушнер, Глеб Семенов, замечательные ученые, литераторы, переводчики: Л.Я. Гтнзбург, Э.Л. Линецкая, Т.Ю. Хмельницкая, О.Г. Савич, Е.Г. Эткинд, Н.Я. Берковский, Д.Е. Максимов, Ю.М. Лотман и многие другие
Книга написана увлекательно и содержит большой документальный материал, воссоздающий многообразную и сложную картину столь важной, но во многом забытой эпохи. Издание дополнено стихами из единственного поэтического сборника Елены Кумпан «Горсти» (1968).
Цена: 350 руб.


Елена Шевалдышева «Мы давно поменялись ролями»


Книга тематически разнообразна: истории из пионервожатской жизни автора, повесть об отце, расследование жизни и судьбы лейтенанта Шмидта, события финской войны, история поисков и открытий времен Великой Отечественной войны.
Цена: 250 руб.


Нелла Камышинская «Кто вас любил»


В сборнике представлены рассказы, написанные в 1970-1990-ж годах. То чему они посвящены, не утратило своей актуальности, хотя в чем-то они, безусловно, являются замечательным свидетельством настроений того времени.
Нелла Камышинская родилась в Одессе, жила в Киеве и Ленинграде, в настоящее время живет в Германии.
Цена: 250 руб.


Александр Кушнер «Избранные стихи»


В 1962 году, более полувека назад, вышла в свет первая книга стихов Александра Кушнера. С тех пор им написано еще восемнадцать книг - и составить «избранное» из них – непростая задача, приходится жертвовать многим ради того, что автору кажется сегодня лучшим. Читатель найдет в этом избранном немало знакомых ему стихов 1960-1990-х годов, сможет прочесть и оценить то, что было написано уже в новом XXI веке.
Александра Кушнера привлекает не поверхностная, формальная, а скрытая в глубине текста новизна. В одном из стихотворений он пишет, что надеется получить поэтическую премию из рук самого Аполлона: «За то, что ракурс свой я в этот мир принес / И непохожие ни на кого мотивы…»
И действительно, читая Кушнера, поражаешься разнообразию тем, мотивов, лирических сюжетов – и в то же время в каждом стихотворении безошибочно узнается его голос, который не спутать ни с чьим другим. Наверное, это свойство, присущее лишь подлинному поэту, и привлекает к его стихам широкое читательское внимание и любовь знатоков.
Цена: 400 руб.


Л. С. Разумовский - Нас время учило...


Аннотация - "Нас время учило..." - сборник документальной автобиографической прозы петербургского скульптора и фронтовика Льва Самсоновича Разумовского. В сборник вошли две документальные повести "Дети блокады" (воспоминания автора о семье и первой блокадной зиме и рассказы о блокаде и эвакуации педагогов и воспитанников детского дома 55/61) и "Нас время учило..." (фронтовые воспоминания автора 1943-1944 гг.), а также избранные письма из семейного архива и иллюстрации.
Цена: 400 руб.


Алексей Пурин. Почтовый голубь


Алексей Арнольдович Пурин (род. в 1955 г. в Ленинграде) — поэт, эссеист, переводчик. Автор пятнадцати (включая переиздания) стихотворных сборников и трех книг эссеистики. Переводит немецких и голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой ) поэтов, опубликовал пять книг переводов. Лауреат Санкт-Петербургской литературной премии «Северная Пальмира» (1996, 2002) и др.
В настоящем издании представлены лучшие стихи автора за четыре десятилетия литературной работы, включая новую, седьмую, книгу «Почтовый голубь» и полный перевод «Сонетов к Орфею» Р.-М. Рильке.
Цена: 350 руб.


Национальный книжный дистрибьютор
"Книжный Клуб 36.6"

Офис: Москва, Бакунинская ул., дом 71, строение 10
Проезд: метро "Бауманская", "Электрозаводская"
Почтовый адрес: 107078, Москва, а/я 245
Многоканальный телефон: +7 (495) 926- 45- 44
e-mail: club366@club366.ru
сайт: www.club366.ru