СЛОВАМИ ЛИХАЧЕВА

 

Д. С. ЛИХАЧЕВ

<О блокаде>

<...> У нас отсутствует воображение. Сегодня мы не можем себе представить, что такое была блокада. И если бы люди хоть немножечко, хоть на одну десятую часть понимали, что такое блокада, они бы представляли себе, как трудно было просто передвигаться по улице, как трудно было спасать культурные ценности, особенно книги, картины, антикварные вещи у тех старых ленин­градцев, которые еще хранили их с дореволюционных времен. Как это все было трудно. Это делалось иногда просто потому, что жалко вещи, жалко книг, а не из каких-нибудь корыстных соображений. Ведь это же все были герои...

К фольклористу Колецкому пришли и увидели такую картину: водопровод не действовал, воду носили по лестнице, расплескивали ее из ведер, и лестница вся представляла собой ледник, по которому лед сам сползал вниз. Такая обледенелая лестница. И вот жители верхних квартир не могли уже спуститься вниз и не могли закрыть дверь, потому что надо было сколоть лед с порога, а они не могли — не было сил. Вот пришли в такую квартиру и увидели, что вся семья Колецкого лежала мертвой. Можно себе представить, как они умирали, как читали друг другу стихи, чтобы забыться, чтобы не думать о еде, потому что самое страшное было — думать о еде.

И это поразительно, что во время блокады творческая сила людей особенно возрастала. Человек знал, что он умрет, и чтобы сохранилось хоть что-то, писали дневники, мемуары, архитекторы чертили фантастические здания, которые потом должны были быть построены. Художники, как Билибин, усиленно рисовали перед смертью, писали картины. В блокаду происходила усиленная творческая деятельность.

Вот если бы все это представить конкретно, изучить психологию умирающих людей, изучить их творческую деятельность, собрать все то, что было тогда сделано великого и потом осуществлено (потом ведь осуществлялось многое из того, что во время блокады было замыслено), тогда бы возросло уважение людей к погибшим в блокаду.

Но у нас не хватает воображения. Люди об этом не думают. Ведь многие, живущие в Ленинграде сейчас, не знают, кто жил в их квартире, кто умер здесь, не интересуются историей блокады. Если и интересуются историей Петер­бурга, то Петровского времени, ХVIII или ХIХ веков, но блокадой, этим поразительным феноменом культуры и умственной жизни, не интересуются. Ведь они даже не знают, что было во время блокады создано. Ведь это же надо было «Золотую книгу блокады» написать. Не только об ужасах блокады, а о том, что люди сделали во время блокады, какие были поразительные учителя, которые учили детей, как себя вести в эти блокадные дни, обходили своих учеников. Ведь учитель чувствовал себя ответственным за учеников, ходил по квартирам к своим ученикам и смотрел, кто жив, кто нет, живых ободрял. Кто сейчас вспоминает этих учителей? Их забыли.

А как тот же Мануйлов в блокаду относился к своей работе! Он был директор Пушкинского дома, и вместе с тем он же был и сантехником, чинил бачки, все делал сам. Он был совершенно замечательный человек, как товарищ. Когда я приехал в Ленинград, у меня украли бумажник с деньгами, с паспортом, с военным билетом, что было тогда очень страшно, со всем. И он отдавал мне часть своего пайка. Он давал мне талончики на обеды. Потом он меня отправил в командировку и выписал мне командировочные. Таким образом он в общем-то меня спас.

Или чувство товарищества, которое было у военных в армии, которое спасало нашу армию. Ведь армия спасалась не умелыми действиями генералов (мы знаем, что они были неумелы), а чувством товарищества, общности и каким-то духом, когда сама толпа солдат знала, куда идти, друг другу доверяли и выдвигали более умных, которых слушали. Вот такая атмосфера была. Я нигде об этом не читал, но такая атмосфера была в армии.

И то же самое было тут, в Пушкинском доме. Мануйлов не был, по существу, назначен директором, он выдвинулся тем, что он заботился. И если он был назначен, то после того, как мы попросили об этом начальство, потому что на него можно было положиться. Такая была психология тогда, в блокаду.

Война как-то очень воспитала людей. Она обнажила и хорошие, и дурные стороны людей. То есть мы не подозревали, какие у нас были трусы, какие были мерзавцы. Вот тот же Канайлов. Он ведь потом хвастался, сколько людей благодаря его бдительности было арестовано. А арестован был Гуковский, аресто­ван был Борис Иванович Коплан, специалист по ХVIII веку. Он погиб в тюрьме от голода. Александр Исаакович Никифоров, замечательный специалист по фольклору, богатырь такой был, который приходил с полотенцем в Пушкин­ский дом, потому что он по пути заходил на Стрелку и там купался. Даже зимой купался в проруби, растирался полотенцем, и это полотенце нес через плечо, и в таком виде являлся в Пушкинский дом. <...>

Канайлов вообще мерзавец был страшный. Я присутствовал при сцене (я ничего не мог поделать), когда он одного рабочего увольнял. Он отнял у рабочего продовольственные карточки. А тот умирал от голода. И у него от бессилия слюна текла. Я как сейчас помню, в директорском кабинете у этого рабочего течет слюна, потому что у него не было сил закрыть рот. И он говорил: «Карточки, карточки» — глухим блокадным голосом. А Канайлов его выталкивал. Таких полуживых рабочих было несколько. Канайлов выталкивал их на улицу, чтобы они не умерли в помещении Пушкинского дома, чтобы умерли на улице и потом какой-нибудь грузовик, собиравший трупы, забрал бы и их. Выталкивал на улицу, чтобы не надо было выносить их трупы.

Так что люди в блокаду как бы обнажились. Были люди совершенно замечательные. Тот же Мануйлов, Стеблин-Каменский, которого он принял. У него, кстати сказать, есть замечательная повесть о блокаде, «Дракон» называется, она опубликована. Затем Владислав Михайлович Глинка работал. Главным образом этим трем людям мы обязаны сохранением Пушкинского дома. <...>

 

Публикация Николая Кавина

Анастасия Скорикова

Цикл стихотворений (№ 6)

ЗА ЛУЧШИЙ ДЕБЮТ В "ЗВЕЗДЕ"

Павел Суслов

Деревянная ворона. Роман (№ 9—10)

ПРЕМИЯ ИМЕНИ
ГЕННАДИЯ ФЕДОРОВИЧА КОМАРОВА

Владимир Дроздов

Цикл стихотворений (№ 3),

книга избранных стихов «Рукописи» (СПб., 2023)

Подписка на журнал «Звезда» оформляется на территории РФ
по каталогам:

«Подписное агентство ПОЧТА РОССИИ»,
Полугодовой индекс — ПП686
«Объединенный каталог ПРЕССА РОССИИ. Подписка–2024»
Полугодовой индекс — 42215
ИНТЕРНЕТ-каталог «ПРЕССА ПО ПОДПИСКЕ» 2024/1
Полугодовой индекс — Э42215
«ГАЗЕТЫ И ЖУРНАЛЫ» группы компаний «Урал-Пресс»
Полугодовой индекс — 70327
ПРЕССИНФОРМ» Периодические издания в Санкт-Петербурге
Полугодовой индекс — 70327
Для всех каталогов подписной индекс на год — 71767

В Москве свежие номера "Звезды" можно приобрести в книжном магазине "Фаланстер" по адресу Малый Гнездниковский переулок, 12/27

Сергей Вольф - Некоторые основания для горя
Это третий поэтический сборник Сергея Вольфа – одного из лучших санкт-петербургских поэтов конца ХХ – начала XXI века. Основной корпус сборника, в который вошли стихи последних лет и избранные стихи из «Розовощекого павлина» подготовлен самим поэтом. Вторая часть, составленная по заметкам автора, - это в основном ранние стихи и экспромты, или, как называл их сам поэт, «трепливые стихи», но они придают творчеству Сергея Вольфа дополнительную окраску и подчеркивают трагизм его более поздних стихов. Предисловие Андрея Арьева.
Цена: 350 руб.
Ася Векслер - Что-нибудь на память
В восьмой книге Аси Векслер стихам и маленьким поэмам сопутствуют миниатюры к «Свитку Эстер» - у них один и тот же автор и общее время появления на свет: 2013-2022 годы.
Цена: 300 руб.
Вячеслав Вербин - Стихи
Вячеслав Вербин (Вячеслав Михайлович Дреер) – драматург, поэт, сценарист. Окончил Ленинградский государственный институт театра, музыки и кинематографии по специальности «театроведение». Работал заведующим литературной частью Ленинградского Малого театра оперы и балета, Ленинградской областной филармонии, заведующим редакционно-издательским отделом Ленинградского областного управления культуры, преподавал в Ленинградском государственном институте культуры и Музыкальном училище при Ленинградской государственной консерватории. Автор многочисленных пьес, кино-и телесценариев, либретто для опер и оперетт, произведений для детей, песен для театральных постановок и кинофильмов.
Цена: 500 руб.
Калле Каспер  - Да, я люблю, но не людей
В издательстве журнала «Звезда» вышел третий сборник стихов эстонского поэта Калле Каспера «Да, я люблю, но не людей» в переводе Алексея Пурина. Ранее в нашем издательстве выходили книги Каспера «Песни Орфея» (2018) и «Ночь – мой божественный анклав» (2019). Сотрудничество двух авторов из недружественных стран показывает, что поэзия хоть и не начинает, но всегда выигрывает у политики.
Цена: 150 руб.
Лев Друскин  - У неба на виду
Жизнь и творчество Льва Друскина (1921-1990), одного из наиболее значительных поэтов второй половины ХХ века, неразрывно связанные с его родным городом, стали органически необходимым звеном между поэтами Серебряного века и новым поколением питерских поэтов шестидесятых годов. Унаследовав от Маршака (своего первого учителя) и дружившей с ним Анны Андреевны Ахматовой привязанность к традиционной силлабо-тонической русской поэзии, он, по существу, является предтечей ленинградской школы поэтов, с которой связаны имена Иосифа Бродского, Александра Кушнера и Виктора Сосноры.
Цена: 250 руб.
Арсений Березин - Старый барабанщик
А.Б. Березин – физик, сотрудник Физико-технического института им. А.Ф. Иоффе в 1952-1987 гг., занимался исследованиями в области физики плазмы по программе управляемого термоядерного синтеза. Занимал пост ученого секретаря Комиссии ФТИ по международным научным связям. Был представителем Союза советских физиков в Европейском физическом обществе, инициатором проведения конференции «Ядерная зима». В 1989-1991 гг. работал в Стэнфордском университете по проблеме конверсии военных технологий в гражданские.
Автор сборников рассказов «Пики-козыри (2007) и «Самоорганизация материи (2011), опубликованных издательством «Пушкинский фонд».
Цена: 250 руб.
Игорь Кузьмичев - Те, кого знал. Ленинградские силуэты
Литературный критик Игорь Сергеевич Кузьмичев – автор десятка книг, в их числе: «Писатель Арсеньев. Личность и книги», «Мечтатели и странники. Литературные портреты», «А.А. Ухтомский и В.А. Платонова. Эпистолярная хроника», «Жизнь Юрия Казакова. Документальное повествование». br> В новый сборник Игоря Кузьмичева включены статьи о ленинградских авторах, заявивших о себе во второй половине ХХ века, с которыми Игорь Кузьмичев сотрудничал и был хорошо знаком: об Олеге Базунове, Викторе Конецком, Андрее Битове, Викторе Голявкине, Александре Володине, Вадиме Шефнере, Александре Кушнере и Александре Панченко.
Цена: 300 руб.
Национальный книжный дистрибьютор
"Книжный Клуб 36.6"

Офис: Москва, Бакунинская ул., дом 71, строение 10
Проезд: метро "Бауманская", "Электрозаводская"
Почтовый адрес: 107078, Москва, а/я 245
Многоканальный телефон: +7 (495) 926- 45- 44
e-mail: club366@club366.ru
сайт: www.club366.ru

Почта России