ЭССЕИСТИКА И КРИТИКА

 

Василий  Бетаки

С НЕВОДОМ ПО БЕРЕГУ ЛЕТЫ

Часть третья

Лагерные поэты и Валентин Соколов-Зэка

Такой жанр или, скорее, вид поэзии существовал, насколько мне известно, только в СССР. И самый, безусловно, яркий из лагерных поэтов — Валентин Соколов-Зэка.

Если ориентироваться по гетевскому афоризму «Захотел понять поэта — так иди в страну поэта», то, чтобы получить представление о его творчестве, надо посетить «архипелаг» (пусть виртуально даже) хоть вкратце, и «телеграфно», ознакомиться с творчеством других лагерных поэтов.

Как во всякой литературе, были в лагерной и начинающие, и мастера, и случайные люди.

В 1978 году в Израиле была издана небольшая антология «Поэзия в концлагерях», в предисловии к которой составитель ее Авраам Шифрин, сам многие годы просидевший в разных лагерях, пишет: «Эти стихи отбирали у поэтов на бесконечных обысках и сжигали «они», а мы записывали их вновь и вновь, за­учивали наизусть. И, как видите, вывозили из лагерей. И из СССР…»

В общем, как некогда писал Гейне по поводу таможенного досмотра на какой-то из французско-немецких границ (перевод мой):

 

А вы, дураки, в чемоданах искать,

Среди рубашек измятых!

Да всю контрабанду, что едет со мной.

Я в собственный череп упрятал!

 

Итак, сначала вкратце о других лагерных поэтах:

Геннадий Черепов

Родился в 1930 году. После первого ареста (еще в конце сороковых) просидел 14 лет. Несколько лет провел на воле и был повторно осужден. К моменту выхода антологии А. Шифрина Черепов отсидел 32 года из своих 48… Писать начал примерно в 1955-м в лагере. Вот — из его стихов шестидесятых годов:

 

Но все же иногда молебен звездный слушай,

Чтоб боль с висков стряхнуть…

В ногах покой могил, не ждут полета души,

В тяжелых взглядах ртуть.

………………………………………

Малиновым звезда сияет окаянно, —

Стеклянен гневный зрак.

Ослепший и немой, несет созвездий раны

Из суток в сутки мрак.

Вольт Митрейкин

Того же поколения. Был приговорен к 25 годам за создание комсомольской группы, ставившей целью свержение диктатуры Сталина. Срок отбыл не полностью, в годы хрущевской «оттепели» вышел на волю после 17 лет пребывания в самых страшных лагерях — на Колыме. После освобождения, видимо, не писал, поскольку стихов его не было видно нигде, да и никаких сведений о нем нет. Но вот одно его стихотворение, которое в любом случае в русской поэзии не может не остаться:

 

По дорогам и тропам,

По полям и лесам

Шли. И падали в пропасть…

Шли и падали в пропасть —

                                    В небеса.

 

Поднимались и снова,

Позабыв о былом,

Бились, нищие словом…

Бились, нищие словом

                   В звезды лбом.

 

Каждый видит тут обобщение судеб людских. А вот конкретно подставить чью-то судьбу — это уже дело читательского сотворчества. В стену лбом все мы порой бьемся. А вот чтобы в звезды…

Леонид Ситко

О нем известно очень мало. Родился примерно в 1925 году. С 1965-го находился в Мордовских лагерях.

Вот отрывки из пародийного стихотворения «Эпитафия на могиле блатного»1, написанного на густом уголовном жаргоне. Поскольку «партия и правительство» прилежно заботились о том, чтобы этот язык как можно большая часть населения изучила в местах его бытования, то недостаток читателей Леониду Ситко явно не угрожал…

 

Ты врезал дубаря, ты сквозанул с концами

Туда, где никому не надо ксив,

В одну хавиру вместе с фраерами,

У Господа прощенья закосив.

……………………………………….

А ты кемаришь, ты теперь в законе,

Разбейте понт: идет последний шмон.

Бочата сдрючат, но никто не тронет

На желтой паутине чертогон.

 

Я специально не даю глоссария: так виднее густота жаргона. Ведь, кроме слов «Господь» и «прощение», тут нет больше ни одного значащего слова на обычном русском языке.

Яков Хромченко

Кинорежиссер-документалист, родился в 1924 году в Москве. Арестован в 1944-м «за антисоветскую агитацию». В лагерях и в ссылке отбыл в общем более 12 лет. Вышел по хрущевской реабилитации. В 1973 году эмигрировал в Израиль. Поселился у моря, на самом берегу в Натании. В 1975-м снял в Израиле документальный кинофильм «Дети Гулага».

 

Шаги, шаги, шаги

Спешат, спешат, спешат.

У арестанта две ноги

И право подышать...

…………………………….

Солнце сюда не приходит летом,

Здесь и весной — зима.

Может, на небе, на месте этом

Тоже стоит тюрьма?

 

Или вот стихотворение «Наважденье», которое Хромченко написал в день и час его освобождения, прямо на Лубянской площади, только выйдя из ворот КГБ. Привожу его полностью:

 

И все как будто бы сначала.

Рассвет неяркий. Сторожа.
Опять качалась у причала

Всю ночь колымская баржа.

 

Опять на север шли вагоны,

А зимний воздух нес и нес

От перегона к перегону

Кандальный перезвон колес.

 

От перегона к перегону,

По формулярам. По делам…

Опять к земле прибита зона

Гвоздями вышек по углам.

 

Опять, опять доносом ложным

Пугают поздние звонки,

Опять взрывают сон тревожный

В глухую полночь воронки.

 

Опять баланда спозаранку,

Ночных допросов тошный вал,

Опять Кресты, опять Лубянка,

Опять Владимирский централ.

 

И воздух пахнет высшей мерой,

И, довершая кабинет,

Опять глядит со стенки серой

Все тот же сумрачный портрет.

 

Зона, прибитая гвоздями вышек, — такой образ, по-моему, забыть невоз­можно!

Упомянем еще поэта и научного фантаста Миколу Руденко, бывшего секретаря Киевской писательской организации, друга молодости Виктора Некрасова, осужденного уже в начале 1970-х, участника украинского правозащитного движения… (См. его нашумевший роман «Звездный бумеранг», вышедший в шестидесятые годы, еще до ареста.) Уже при Горбачеве Руденко выехал в Прагу, где работал на радио «Свобода». Потом вернулся на Украину. Умер в Киеве
в 2004 году.

Их много было, заключенных поэтов.

Валентин  Соколов-Зэка

В предисловии к подборке стихов этого поэта, опубликованной в «Континенте» (№ 41, 1984), Эдуард Кузнецов (сам бывший заключенный, просидевший около 10 лет и обмененный на каких-то советских шпионов) пишет: «Соколов Валентин Петрович р<одился> в 1927 году. Впервые арестован 20 лет от роду. <...> Личность колоритная. Один из ярчайших на лагерном небосклоне».

А вот вкратце история моего знакомства с поэтом Соколовым-Зэка.

В 1951 году я работал руководителем драматических кружков в школах шахтерского городка Красный Сулин (от Ростова километрах в трехстах). Город состоял из десятка шахт и металлургического завода.

Первое, что меня там поразило, это зарплаты: учителю обычная, то есть восемьсот рублей (полная ставка, восемнадцать часов в неделю), мне, в двух школах, примерно столько же, а вот шахтеру платили 22 тысячи! Это была «плата за страх», плата потенциальным смертникам. И то сказать, за одну зиму, что мы там проработали, из десятка шахт случились обвалы в двух, погибло человек пятнадцать, более двух десятков шахтеров стали инвалидами...

Не знаю, сколько платили на заводе, но металлурги шахтерам завидовали. Однажды в заводском клубе, где я взял руководство еще одним драматическим кружком, какой-то подвыпивший сталевар, завидуя шахтерам, громко и матерно сокрушался, что они в десять раз больше, чем он, получают. Подошел парень моих лет, с виду тоже работяга, коренастый, медлительный, и стал что-то сталевару негромко объяснять.

Тот затих. Я удивился вслух тому, как быстро парень утихомирил распустившегося работягу, а он ответил, что в лагерях многому можно научиться. Меня же поразило, что простецкий вид этого парня мало соответствовал его весьма интеллигентной речи.

Мы познакомились. Звали его Валя Соколов. Вскоре он у меня играл в каком-то спектакле. У меня там было два замечательных актера: Валя и Гена Сапрыкин, сын директора завода, учившийся тогда в 10-м классе. (Впоследствии Гена стал актером в каком-то театре на Украине.) Стали оба они иногда ко мне домой заходить. Валя читал свои стихи. В основном стихи были на лагерную тему, он уже к тому времени года два оттрубил.

Как-то Гена послушал, послушал стихи, да и сказал, что ведь это и есть настоящая советская поэзия. Валя слегка испуганно оглянулся, но я его успокоил, объяснив, что в доме, состоявшем из двух квартир, во второй никто не живет.

Впервые посадили его по делу какой-то «антисоветской студенческой группы» в Москве, и в Красный Сулин он попал, выйдя из лагеря досрочно после той первой отсидки. Несмотря на «детский» срок, ему были запрещены сто городов Советского Союза, как он нам объяснил, такое освобождение называлось «минус сто».

 

Все, что написано — проба,

Проба подняться из гроба…

……………………………

И лишь с высоты креста

Можно понять тебя, небо.

Хлебом насущным у рта…

 

Впоследствии Валя стал бессрочным заключенным, то он выходил на волю, то попадал снова в лагерь в качестве «повторника»… Во второй раз его посадили в 56-м, в 58-м опять выпустили, а через год снова посадили «за антипартийную агитацию», опять выпустили, и после этого ему удалось прожить вне лагеря несколько лет.

Тогда-то и встретился я с ним снова — в середине шестидесятых годов в Москве у моих друзей, Яши Коцика и его жены Гали Полонской, одной из знаменитых тогда «учителей-шестидесятников». Валю привел к ним в дом тоже знаменитый «учитель-шестидесятник», Анатолий Якобсон, впоследствии автор прогремевшей на Западе книги о Блоке «Конец трагедии».

И вот через многие годы после Красного Сулина Валя читал стихи в Черемушках… Слушали его Коцики, Якобсон, Фрида Вигдорова, ее муж, писатель Александр Раскин, переводчик Юлий Поляков (тоже бывший заключенный) и я. Валя читал тихо, но очень ритмично:

 

Я ослеп от синих ламп

Боли,

И от ваших черных лап,

Боги.

 

Там в холодных казематах,

Там в домах казенных,

Как шары катались в лапах

Головы казненных.

 

Я ослеп от тех шаров

По могилам-лузам,

Я ослеп от тех шагов

По кровавым лужам…

 

Я сказал, что десять лет назад был он «реалистом», а теперь сплошной гротеск! На эти мои слова Валя ответил тем, что прочел нам большую поэму, которая так и называлась, «Гротески»:

 

Здравствуй, зона! Бесноватей

Песня в узеньком квадрате,

Стен твоих, твоих запреток

Ты душе глоток озона — здравствуй, зона…

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Там на вахте мерзнут трупы,

А в столовой, в миске супа

Взглядом жадным ищет круп

Человек большой и черный,

Скорбной мыслью омраченный

Полутруп.

 

Прав был Сапрыкин, это и была истинная советская поэзия, но только не та, какую хотели бы видеть в ССП… Реализм? Да, только, в отличие от «социалистического реализма», выдававшего желаемое (властями) за действительное, это был скорее «реализм социалистической эпохи».

 

В сером мутные фигуры,

Красный флаг над ними реет,

Серых дней клавиатуры

Человек взорвать не смеет…

 

Это и следующее — для разнообразия — стихи написаны вовсе не на лагерную тему. Это — Москва глазами «временного отпущенника», как называл себя поэт, не сомневаясь, что сядет снова.

 

Страшно как и пусто как

Жить под знаком пустяка…

Пусто как и страшно как

Оставаться в дураках.

Сколько раз душа вползала

В голубой пролет вокзала.

Страшно тут и пусто тут,

Ветры черные метут,

Ветры черные цветут

Тут.

 

Или написанное вроде бы в ожидании ареста:

 

Обвели меня каменным поясом,

Стал я крепостью, ждущей осад,

И хотят, чтобы северным полюсом

Вырос южный, сиреневый сад!

 

Подождите, я стану сиреневым,

Подождите, и час этот скор,

Будет вечер. И светом серебряным

Обозначатся контуры гор…

 

Но особенно женщины — слезы их,

Обнаженная немощь плеча.

Но особенно женщины созданы

Для танцующих рук палача…

 

Спустя двадцать с лишним лет после того вечера, уже в Париже, я узнал, что опять Соколов сидит, не сосчитать в который уже раз… Так и погиб Валентин Соколов-Зэка, сгинул даже не в лагере, а в городке Черняховске в «спецпсих-больнице», которая, по описаниям людей, чудом там уцелевших, куда ближе к последнему Девятому кругу ада, чем простой лагерь…

Интересно, что Соколов, явно ведущий свою поэтическую родословную от Блока, в двух или трех стихотворениях обращается к образу Маяковского, ему явно далекого:

 

Ах, интересно увидеть бы нынче Вас,

Милый Володя, как прежде бунтарищем,

Так интересно, какими бы линчами

С Вами б расправились нынче товарищи.

 

Не зная точных дат, я все же порой надеялся: может, увидел все-таки Валя свои стихи напечатанными в израильской антологии 1978 года, которая открывается его подборкой?

Умер он, как позднее выяснилось, в 1982-м.

 

 

 

Глубокоуважаемые и дорогие читатели и подписчики «Звезды»!
Поскольку все типографии остановились на месяц, мы не имеем возможности вывезти уже готовый тираж № 3 и разослать его подписчикам. То же самое очевидно случится и с апрельским номером, который должен был печататься в эти дни. Пока что оба номера мы полностью вывешиваем на сайте «Звезды» и в ЖЗ. Как только типографии возобновят работу, мы вас оповестим. В любом случае все выпуски журнала за этот год будут подготовлены. Сейчас редакция работает над майским номером.
С надеждой на понимание
Редакция «Звезды»
Презентация новой книги Елены Дунаевской "Входной билет" переносится.
30 января
В редакции «Звезды» вручение премий журнала за 2019 год.
Начало в 18-30.
Смотреть все новости

Подписку на журнал "Звезда" на территории РФ осуществляют:

Агентство РОСПЕЧАТЬ
по каталогу ОАО "Роспечать".
Подписной индекс
на полугодие - 70327
на год - 71767
Группа компаний «Урал-пресс»
ural-press.ru
Подписное агентство "Прессинформ"
ООО "Прессинформ"

В Москве свежие номера "Звезды" можно приобрести в книжном магазине "Фаланстер" по адресу Малый Гнездниковский переулок, 12/27


Калле Каспер - Ночь - мой божественный анклав


Калле Каспер (род. в 1952 г.) — эстонский поэт, прозаик, драматург, автор пяти стихотворных книг и нескольких романов, в том числе эпопеи «Буриданы» в восьми томах и романа «Чудо», написанного на русском. В переводе на русский язык вышла книга стихов «Песни Орфея» (СПб., 2017).
Алексей Пурин (род. в 1955 г.) — русский поэт, эссеист, переводчик, автор семи стихотворных книг, трех книг эссеистики и шести книг переводов.
Цена: 130 руб.
Евгений Каинский - Порядок вещей


Евгений Каминский — автор почти двадцати прозаических произведений, в том числе рассказов «Гитара и Саксофон», «Тихий», повестей «Нюшина тыща», «Простая вещь», «Неподъемная тяжесть жизни», «Чужая игра», романов «Раба огня», «Князь Долгоруков» (премия им. Н. В. Гоголя), «Легче крыла мухи», «Свобода». В каждом своем очередном произведении Каминский открывает читателю новую грань своего таланта, подчас поражая его неожиданной силой слова и глубиной образа.
Цена: 200 руб.
Алексей Пурин - Незначащие речи


Алексей Арнольдович Пурин (1955, Ленинград) — поэт, эссеист, переводчик. С 1989 г. заведует отделом поэзии, а с 2002 г. также и отделом критики петербургского журнала «Звезда». В 1995–2009 гг. соредактор литературного альманаха «Urbi» (Нижний Новгород — Прага — С.-Петербург; вышли в свет шестьдесят два выпуска). Автор двух десятков стихотворных сборников (включая переиздания) и трех книг эссеистики. Переводит голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой) и немецких поэтов, вышли в свет шесть книг переводов. Лауреат премий «Северная Пальмира» (1996, 2002), «Честь и свобода» (1999), журналов «Новый мир» (2014) и «Нева» (2014). Участник 32-го ежегодного Международного поэтического фестиваля в Роттердаме (2001) и др. форумов. Произведения печатались в переводах на английский, голландский, итальянский, литовский, немецкий, польский, румынский, украинский, французский и чешский, в т. ч. в представительных антологиях.
В книге впервые публикуются ранние стихотворения автора.
Цена: 130 руб.
Моя жизнь - театр. Воспоминания о Николае Евреинове


Эта книга посвящена одному из творцов «серебряного века», авангардному преобразователю отечественной сцены, режиссеру, драматургу, теоретику и историку театра Николаю Николаевичу Евреинову (1879-1953). Она написана его братом, доктором технических наук, профессором Владимиром Николаевичем Евреиновым (1880-1962), известным ученым в области гидравлики и гидротехники. После смерти брата в Париже он принялся за его жизнеописание, над которым работал практически до своей кончины. Воспоминания посвящены доэмигрантскому периоду жизни Николая Евреинова, навсегда покинувшего Россию в 1925 году. До этого времени общение братьев было постоянным и часто происходило именно у Владимира, так как он из всех четверых братьев и сестер Евреиновых оставался жить с матерью, и его дом являлся притягательным центром близким к семье людей, в том числе друзей Николая Николаевича - Ю. Анненкова, Д. Бурлюка, В.Каменского, Н. Кульбина, В. Корчагиной-Алексан-дровской, Л. Андреева, М. Бабенчикова и многих других. В семье Евреиновых бережно сохранились документы, фотографии, письма того времени. Они нашли органичное место в качестве иллюстраций, украшающих настоящую книгу. Все они взяты из домашнего архива Евреиновых-Никитиных в С.-Петербурге. Большая их часть публикуется впервые.
Цена: 2000 руб.


Калле Каспер - Песни Орфея


Калле Каспер (род. в 1952 г.) – эстонский поэт, прозаик, драматург, автор шести стихотворных книг и нескольких романов, в том числе эпопеи «Буриданы» в восьми томах и романа «Чудо», написанного на русском. «Песни Орфея» (2017) посвящены памяти жены поэта, писательницы Гоар Маркосян-Каспер.
Алексей Пурин (род. в 1955 г.) – русский поэт, эссеист, переводчик, автор семи стихотворных книг, трех книг эссеистики и шести книг переводов.
Цена: 130 руб.


Пасынки поздней империи


Книга Леонида Штакельберга «Пасынки поздней империи» состоит из одной большой повести под таким же названием и нескольких документальных в основе рассказов-очерков «Призывный гул стадиона», «Камчатка», «Че», «Отец». Проза Штакельберга столь же своеобразна, сколь своеобразным и незабываемым был сам автор, замечательный рассказчик. Повесть «пасынки поздней империи» рассказывает о трудной работе ленинградских шоферов такси, о их пассажирах, о городе, увиденном из окна машины.
«Призывный гул стадиона» - рассказ-очерк-воспоминание о ленинградских спортсменах, с которыми Штакельбергу довелось встречаться. Очерк «Отец» - подробный и любовный рассказ об отце, научном сотруднике Института имени Лесгафта, получившем смертельное ранение на Ленинградском фронте.
Цена: 350 руб.

Власть слова и слово власти


Круглый стол «Власть слова и слово власти» посвящен одному из самых драматических социокультурных событий послевоенного времени – Постановлению Оргбюро ЦК ВКП(б) о журналах «Звезда» и «Ленинград» 1946 г.
Цена: 100 руб.



Елена Кумпан «Ближний подступ к легенде»


Книга Елены Андреевны Кумпан (1938-2013) рассказывает об уходящей культуре 1950 – 1960-х годов. Автор – геолог, поэт, экскурсовод – была дружна со многими выдающимися людьми той бурной эпохи. Герои ее воспоминаний – поэты и писатели Андрей Битов, Иосиф Бродский, Александр Городницкий, Рид Грачев, Александр Кушнер, Глеб Семенов, замечательные ученые, литераторы, переводчики: Л.Я. Гтнзбург, Э.Л. Линецкая, Т.Ю. Хмельницкая, О.Г. Савич, Е.Г. Эткинд, Н.Я. Берковский, Д.Е. Максимов, Ю.М. Лотман и многие другие
Книга написана увлекательно и содержит большой документальный материал, воссоздающий многообразную и сложную картину столь важной, но во многом забытой эпохи. Издание дополнено стихами из единственного поэтического сборника Елены Кумпан «Горсти» (1968).
Цена: 350 руб.


Елена Шевалдышева «Мы давно поменялись ролями»


Книга тематически разнообразна: истории из пионервожатской жизни автора, повесть об отце, расследование жизни и судьбы лейтенанта Шмидта, события финской войны, история поисков и открытий времен Великой Отечественной войны.
Цена: 250 руб.


Нелла Камышинская «Кто вас любил»


В сборнике представлены рассказы, написанные в 1970-1990-ж годах. То чему они посвящены, не утратило своей актуальности, хотя в чем-то они, безусловно, являются замечательным свидетельством настроений того времени.
Нелла Камышинская родилась в Одессе, жила в Киеве и Ленинграде, в настоящее время живет в Германии.
Цена: 250 руб.


Александр Кушнер «Избранные стихи»


В 1962 году, более полувека назад, вышла в свет первая книга стихов Александра Кушнера. С тех пор им написано еще восемнадцать книг - и составить «избранное» из них – непростая задача, приходится жертвовать многим ради того, что автору кажется сегодня лучшим. Читатель найдет в этом избранном немало знакомых ему стихов 1960-1990-х годов, сможет прочесть и оценить то, что было написано уже в новом XXI веке.
Александра Кушнера привлекает не поверхностная, формальная, а скрытая в глубине текста новизна. В одном из стихотворений он пишет, что надеется получить поэтическую премию из рук самого Аполлона: «За то, что ракурс свой я в этот мир принес / И непохожие ни на кого мотивы…»
И действительно, читая Кушнера, поражаешься разнообразию тем, мотивов, лирических сюжетов – и в то же время в каждом стихотворении безошибочно узнается его голос, который не спутать ни с чьим другим. Наверное, это свойство, присущее лишь подлинному поэту, и привлекает к его стихам широкое читательское внимание и любовь знатоков.
Цена: 400 руб.


Л. С. Разумовский - Нас время учило...


Аннотация - "Нас время учило..." - сборник документальной автобиографической прозы петербургского скульптора и фронтовика Льва Самсоновича Разумовского. В сборник вошли две документальные повести "Дети блокады" (воспоминания автора о семье и первой блокадной зиме и рассказы о блокаде и эвакуации педагогов и воспитанников детского дома 55/61) и "Нас время учило..." (фронтовые воспоминания автора 1943-1944 гг.), а также избранные письма из семейного архива и иллюстрации.
Цена: 400 руб.


Алексей Пурин. Почтовый голубь


Алексей Арнольдович Пурин (род. в 1955 г. в Ленинграде) — поэт, эссеист, переводчик. Автор пятнадцати (включая переиздания) стихотворных сборников и трех книг эссеистики. Переводит немецких и голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой ) поэтов, опубликовал пять книг переводов. Лауреат Санкт-Петербургской литературной премии «Северная Пальмира» (1996, 2002) и др.
В настоящем издании представлены лучшие стихи автора за четыре десятилетия литературной работы, включая новую, седьмую, книгу «Почтовый голубь» и полный перевод «Сонетов к Орфею» Р.-М. Рильке.
Цена: 350 руб.


Национальный книжный дистрибьютор
"Книжный Клуб 36.6"

Офис: Москва, Бакунинская ул., дом 71, строение 10
Проезд: метро "Бауманская", "Электрозаводская"
Почтовый адрес: 107078, Москва, а/я 245
Многоканальный телефон: +7 (495) 926- 45- 44
e-mail: club366@club366.ru
сайт: www.club366.ru