ПОЭЗИЯ И ПРОЗА

Евгений Чигрин

 

 

 

Оставленный остров

 

1

Где Сонька — Ручка Золотая —

Мне говорила «Не спеши…»,

Оставил я кусочек рая

И тень обугленной души.

В такое прошлое трамваем

Нельзя поехать просто так:

Ни пацаном за Первомаем,

Ни в синема, где полумрак.

 

 

 

2

Как ты сказал? На Сахалине?

Где Сонька отбывала срок,

Ты жил и видел, как на льдине

Друзья плывут в небесный морг.

В небесном морге все не этак,

И всё не так, и всё не здесь,

И жизнь идет в других планетах,

Оттуда не доходит весть.

 

 

 

3

Забрось свой гаджет, коль не веришь,

Закрой небесную дыру.

Ты солнцем жизнь незряшно меришь,

Несешь прекрасную муру!

Как ты сказал? На Сахалине?

Где Чехов матом обложил

Убийцу, что сказал о сыне:

«Его зарезал, чтоб не жил

 

 

 

4

В той нищете, в которой сам я

Родился. Вырос. Вот те крест».

Ты видел, как бушует пламя,

Чернеет дым убогих мест?

…В кинотеатре мрак и бездна,

Какое вам еще кино?

В глазищи Прозерпины честно

Взгляни и, выглянув в окно,

 

 

 

5

Надень пальто, по моде кепи,

И завернись в последний рейс…

С твоим смартфоном ходит в небе

Твой ангел, пишет СМС.

И всё тип-топ?! Хоть прожил эту

Ты жизнь не очень хорошо,

Но расплатился, видел смету

По счету ангельскому. Счет

 

 

 

6

Тебя устраивает? Ладно.

Зеленый поезд по воде

Идет. Не тонет. Дует жадно

Трубач зари. Ты видишь? Где?

Младенцем светится Мадонна,

И Смерть не трогает пока…

Гнусавит медленно валторна,

Кларнет поет издалека.

 

 

 

7

И Бог ступает тихо-тихо,

И в черной мгле затерян Стикс…

У старика Харона книга —

Такой прекрасный страшный микс.

Тянула срок на Сахалине

Воровка высшей лиги. Я

Смотрел, как айны в вязкой глине

Камлали с духами огня.

 

 

 

8

Что было триггером — не помню…

Вот дятел! Дятел, так и есть.

Я жмурился, слетались к дому

Грифоны, вороны, не счесть.

Скрипела утром дверь, и ангел

От дома гнал всю эту шваль.

И черт, что ехал на тачанке,

Скрывался в облачную даль.

 

 

 

9

И херувим меня тулупом,

Как теплым пледом, укрывал.

Он мне казался однолюбом,

А нимб носил, как боливар.

Я жил на острове… Как хочешь

Про остров крабов понимай.

Всё доктор Чехов. Захохочешь,

А выйдет плач, текущий в рай.

 

 

 

10

Я жил на острове. Так было.

Включал и выключал мозги,

Случалось, что менял то шило

На мыло, и — «обереги»

Шептал я самой младшей мойре,

И Клото всё кивала, чтоб

Я был у трех сестер в фаворе,

Блазнилось мне такое… Сноб

 

 

 

11

С меня конкретно потешался,

Ну, насмехался, ну и пусть,

Пока я с небом обнимался,

Читал трем мойрам наизусть.

И я смущал хороших малых

Бокалом, полным до краев:

По-крупному кутили в барах

И в заведенье «Гумилев».

 

 

 

12

И новый мир от Мандельштама,

От Заболоцкого вставал,

Входил в меня, как, скажем, драма,

И я взлетал, как тот Икар,

И корчился болезнью века.

Какой? На выбор, дорогой.

В божественном молчанье ветка

Упала, чтобы неживой

 

 

 

13

Отдаться в руки Бога. К Богу

Дорог неведомых витье.

Циклон зимой трубил тревогу,

Одевши теплое шмотье.

И материк сдавался дальше,

Чем был на самом деле. Сны

От Лахесис без капли фальши,

Случалось, были так нежны,

 

 

 

14

Что сил перу не хватит. В доле

Я был с морями, и в лицо

Меня морские знали. В ссоре

Я был с собой, и колесо

Планиды странно повернулось,

Была душа, как боль, больна.

Душа на море оглянулась —

Страшила черная волна…

 

 

 

15

От счастья до последней корчи,

Как мне сказал друган Годо,

До непомерных многоточий,

До идиом, насмешек, до…

Возможно, кот сумел сказать бы

(Он с нами жил, хвостом крутил),

Но он в раю слагает ямбы

И безлактозный пьет кефир.

 

 

 

16

На языке кошачьем дактиль

Поет его клыкастый рот!

Бесспорно, жители галактик

Всё слышат прямо и вот-вот

Его в великие поэты

Запишут? Очень может быть.

Не говори про трафик смерти…

Стихотворенье сохранить

 

 

 

17

Позволь, Господь, хотя бы это.

Мерцают рифмами стихи,

Своих по капле счастьем метя,

Про лебеду и лопухи

Припоминая. Кот над домом

Завис, прилег на облаках —

Лентяй Лентяевич; фантомом

Теперь он числится в стихах.

 

 

 

18

Я жил на острове. Я падал,

Я падал снова и вставал,

Мой Зверь нашпиговался ядом,

Мой Бог от этого спасал.

Благодаря Творцу я спасся

От мира черного не вдруг…

Метафоры рассыпал — сказка,

Иллюзии ушли на Юг.

 

 

 

19

Зима вытягивала строфы,

Похожие на города...

Дверь закрывал на все засовы,

Ночь обнимал, а в ней звезда

Стекала светом на подушку,

В которой сновидений — воз!

Легко потягивал чекушку,

И сонмище метаморфоз

 

 

 

20

В мозгах стирали всё, что было

И называлось «материк»!

Какая мной тогда крутила? —

По-настоящему не вник.

Пока Господь дал каплю фарта

И ты завис над стиховой

Игрой, в руках перо азарта —

Скажи спасибо, что живой.