ПОЭЗИЯ И ПРОЗА

Владимир Алейников

* * *

А может, памяти игра —

Уже привычная порою,

И я привыкнуть не вчера

Успел к распахнутому строю?

Не знаю, право, но рукой

Могу дотронуться до ветки —

И вижу рядом, за рекой,

Простор, где хаживали предки.

Некстати, может быть, потом

Ты станешь спрашивать об этом —

Неясный отзвук за мостом

О дружбе ратует со светом.

И относиться не резон

К чему-то слишком уж пристрастно,

Когда, раздавшись с трех сторон,

Деревья реют безопасно.

Подспудный вздох в который раз

О том, что было, раздается —

Но сложат песню без прикрас,

Пичуга солнцу улыбнется.

И, став свободней и смелей,

Я дни доверчивей встречаю —

И почвы праведной своей

Негромкий голос различаю.

* * *

Посмотри-ка — не видишь ли знак,

Не знакомый как будто доселе,

Точно ветер качнул просто так

Опустевшие чьи-то качели?

То ли сбудется сон, то ли нет,

Мы спросонок гадать не хотели —

Вот и вспомнится вроде бы свет,

Ну а вроде бы след сквозь метели.

Холода не успели сломать

Все, что вовремя в сердце пригрелось, —

Вот и стали мы вновь понимать

Будней мартовских ересь и прелесть —

Привкус травный во всем, что с утра

Незаметно тебя окружает,

Возвышенье любви и добра

В том, что жизнь на земле продолжает,

Снежной проседи легкий дымок

Где-то там, на далекой вершине,

Где мечтал побывать, да не смог

По какой-то забытой причине,

Зелень свежих ростков, и над ней —

Веселеющий голос пчелиный,

Чтобы мир стал родного родней,

В каждой почке дыша тополиной.

* * *

Темные инстинкты,

Светлые тона,

Терции и квинты

Смутная вина

В том, что не найдется

Вроде никого,

Кто не обернется

Вдруг на волшебство.

Музыка — отрада,

Если не страда,

Благо, нам не надо

Рваться никуда, —

Некуда деваться —

Вот она везде,

Чтобы оставаться

Вести и звезде.

Чтобы продлеваться

Речи и весне,

Надо расставаться

С чем-нибудь извне,

С чем-то, что не вхоже

В дом, а может — в лад…

С музыкою, Боже,

Пристальнее взгляд.

* * *

Снег пополам с дождем,

Дождь пополам со снегом,

К этому ли придем

За киммерийским брегом?

Незачем знать пока,

Чем там клубятся дали;

Выветрились века —

Может быть, от печали,

Может быть, от тоски,

Может, от слез несносных —

Жил сосчитай комки

Вроде бы кровеносных.

Двойственность хочет есть,

Ждущих живьем глотает —

Но продолжает цвесть

Все, что тепло впитает.

Голову не ломай —

Все это, брат, не новость,

Лучше весне внимай —

Вот она, весть и совесть.

Повесть ненастных дней

Как-нибудь дочитаем —

Благо, с землей своей

Не в облаках витаем.

* * *

Им все дальше отводят пути,

Этим сумеркам, серным, угарным,

Где листва, задыхаясь почти,

Входит в сговор со светом фонарным.

Не для нас ли округа полна

Этим воздухом, склонным к ошибкам,

Чтобы наши смутить времена

Сном иль маревом фосфорно-зыбким?

Нет возврата к тому, что прошло,

Что и так сквозь года продлевалось,

Точно кем-то, пронзившим крыло,

Нить смятенья в надрез продевалась.

Затерялись ли иглы в стогу —

Или нити рвались и клубились,

Я сказать и теперь не могу:

Может, знал, да слова позабылись.

Вот и смотрим, как медлит вдали

То ли полымя, то ли свеченье —

И река, приподнявшись с земли,

Продолжает в пространстве теченье.

* * *

И ты поднимешься — и вот

Шепнет душа, что в мире тесно,

Хотя обилием щедрот

Округа издавна известна.

Представить можно, что года

Ее похитят и захватят —

Но что-то все-таки тогда

Уйдет и пыл свой поистратит.

Она одумается вдруг,

Она сумеет оглянуться

На все, что ждет ее вокруг,

Чтоб ей очнуться и вернуться.

Она поверит этим дням,

Преображающим былое

Затем, чтоб листьям и корням

Не стать безмолвною золою.

Она смолою прочернит

Челна рассохшееся днище,

Она опять повременит

Брести сквозь ночь на пепелище.

Ее намеренно зовет

Все то, что хочет воплотиться

В слова, которыми живет

Лишь тот, кто должен возвратиться.

Сердечно поздравляем нашего постоянного автора с юбилеем — 28 января!