ПОЭЗИЯ И ПРОЗА

Григорий Марк

 

Тройная фреска

 

1

Шесть вечера, август в Светлейшей Республике. В черных каналах

плывет колокольным гекзаметром звон. Перекличка соборов.

Свирепые львы держат каменные фолианты. В оскалах

привычное бешенство стражей, века охраняющих город.

 

Но больше людей. Из них те, кто из мрамора, выглядят много

живей, чем туристы со всех концов света, идущие мимо.

Сквозь толщу ударов гекзаметра струнные отблески строгих

хоралов, живущие за витражами, едва различимы.

 

Дома из раскрашенного перламутра. Резные фасады,

где не протолкнуться и статуям с мраморной мускулатурой.

Внизу гид охрипший флажком подгоняет туристское стадо,

и статуи, не повернув головы, на людей смотрят хмуро.

 

В застывшее нагромождение крыш, где колышутся вскрики

зияющих звонниц, вступают басами с надсадом печальным

гудки пароходов. Спит в разноголосице город великий,

там время, на солнце пригревшись, свернулось тугою спиралью.

 

День тянется медленно. Тени проносятся над мостовыми,

блуждает в распаренном мареве шепот их многоязычный,

от зноя дрожит синевой загрунтованный воздух над ними.

И россыпью света мерцает в Сан-Марко фронтон мозаичный.

 

 

 

2

На площади бомж из Венеции Северной с мордой раздутой

стоит, подбородок задрав, и во рту его плещется песня.

Прищурившись, над головой водит тонкою кистью, как будто

собрался расписывать фресками высохший купол небесный.

 

Вот он достает из кармана листок пожелтевшей бумаги.

Взглянул на рисунок, вновь водит по воздуху с остервененьем.

У ног его, лапы поднявши, лежит остроухий дворняга.

Урчит, весь обласканный солнцем, и жмурится от наслажденья.

 

…и вдруг над толпой проступают три светловолосых фигуры,

одетых в тюремные грубые робы. Они неподвижно,

но быстро несутся в свечении венецианской лазури,

о чем-то беседуя между собой. Но звуков не слышно.

 

Как крылья, торчат за спиною мазки облаков золотистых,

в лице даже снизу видны, — как у всех, кто прожили на хлебе

с баландою долгие годы, — морщины на коже землистой.

Повернуты внутрь зрачки, и вслепую летят они в небе.

 

Из тысячи глоток крик вырвался. Официанты, поэты,

зеваки из ближних кафе под аркадами зданий старинных

бормочут взахлеб, тычут пальцами в небо с опаской. Что это:

видение или жарой порожденный мираж триединый?

 

Бьют колокола вразнобой — по кому они бьют? — всё тревожней,

как будто порвалась та нить, на которой был звон их нанизан.

А бомж, протрезвев, вертит кисть, изучает ее осторожно.

Отбрасывает, усмехаясь. В лице появляется вызов:

 

на фреске сокамерники по «Крестам». (Над Невой срок мотал там

чуть раньше великий земляк их. Он тоже пронес тяжеленный

свой крест от «Крестов» до Светлейшей.) Психозом, истерикой, гвалтом

крик мечется в площади. Кто-то, не выдержав, встал на колени.

 

Но бомж видит только воскресших своих. Кверху брюхом всплывает,

мерцающей дохлою рыбою, мертвая песня. Потом он

легко поднимает ладони и ждет. Голубиная стая

трепещет обрывками белого ветра. Уже птичий гомон

 

по улицам вестью благою разносится. В городе па`рит.

Пари`т над Светлейшею троица. Пес заливается лаем,

несет кисть хозяину, смотрит в глаза. А вокруг этой пары

растет пустота. Заполняет всю площадь от края до края.

 

Там солнечные контрфорсы на камнях лежат в полудреме,

начищен плитняк миллионом подошв до слепящего блеска.

Жара истончает тела, превращает прохожих в фантомы,

и площадь — как мутное зеркало, где отражается фреска.

 

Сгустившийся воздух меж фрескою и площадным отраженьем

становится линзой, чей фокус, где бомж с головою, победно

закинутой к вышним, застыл. И вокруг ее свет на мгновенье

сжимается в обруч горящий, но сразу же гаснет бесследно.

 

Знак святости или орудие пытки. Одно только ясно:

никто из троих его не узнает. Или он им не нужен.

Не видят, ну как муравья под ногами. И ждет он напрасно.

Сомненья растут. Над притихшей толпой низко голуби кружат.

 

 

 

3

…пока ничего еще не предвещает грядущих событий.

Но вот пятихвостая молния твердь обожгла над домами,

и гром среди ясного неба раздался. Казалось, в зените

те трое тяжелую двигали мебель сквозь солнце. Лучами

 

щетинясь, лохматые, хищные тучи слетелись на город.

Во тьме исчез бомж вместе с верным дворнягой, не сдвинувшись с места,

и трое подельников в небе. Зияющим гулким простором

стал купол, а в центре возник самолета серебряный крестик

 

над местом успения их в темноту. Но в иной ипостаси

теперь на другом берегу океана они существуют.

Растут, наливаются жизнью, пытаясь себя приукрасить.

И сам этот стих, затвердев, превращается в фреску большую.

 

Анастасия Скорикова

Цикл стихотворений (№ 6)

ЗА ЛУЧШИЙ ДЕБЮТ В "ЗВЕЗДЕ"

Павел Суслов

Деревянная ворона. Роман (№ 9—10)

ПРЕМИЯ ИМЕНИ
ГЕННАДИЯ ФЕДОРОВИЧА КОМАРОВА

Владимир Дроздов

Цикл стихотворений (№ 3),

книга избранных стихов «Рукописи» (СПб., 2023)

Подписка на журнал «Звезда» оформляется на территории РФ
по каталогам:

«Подписное агентство ПОЧТА РОССИИ»,
Полугодовой индекс — ПП686
«Объединенный каталог ПРЕССА РОССИИ. Подписка–2024»
Полугодовой индекс — 42215
ИНТЕРНЕТ-каталог «ПРЕССА ПО ПОДПИСКЕ» 2024/1
Полугодовой индекс — Э42215
«ГАЗЕТЫ И ЖУРНАЛЫ» группы компаний «Урал-Пресс»
Полугодовой индекс — 70327
ПРЕССИНФОРМ» Периодические издания в Санкт-Петербурге
Полугодовой индекс — 70327
Для всех каталогов подписной индекс на год — 71767

В Москве свежие номера "Звезды" можно приобрести в книжном магазине "Фаланстер" по адресу Малый Гнездниковский переулок, 12/27

Владимир Дроздов - Рукописи. Избранное
Владимир Георгиевич Дроздов (род. в 1940 г.) – поэт, автор книг «Листва календаря» (Л., 1978), «День земного бытия» (Л., 1989), «Стихотворения» (СПб., 1995), «Обратная перспектива» (СПб., 2000) и «Варианты» (СПб., 2015). Лауреат премии «Северная Пальмира» (1995).
Цена: 200 руб.
Сергей Вольф - Некоторые основания для горя
Это третий поэтический сборник Сергея Вольфа – одного из лучших санкт-петербургских поэтов конца ХХ – начала XXI века. Основной корпус сборника, в который вошли стихи последних лет и избранные стихи из «Розовощекого павлина» подготовлен самим поэтом. Вторая часть, составленная по заметкам автора, - это в основном ранние стихи и экспромты, или, как называл их сам поэт, «трепливые стихи», но они придают творчеству Сергея Вольфа дополнительную окраску и подчеркивают трагизм его более поздних стихов. Предисловие Андрея Арьева.
Цена: 350 руб.
Ася Векслер - Что-нибудь на память
В восьмой книге Аси Векслер стихам и маленьким поэмам сопутствуют миниатюры к «Свитку Эстер» - у них один и тот же автор и общее время появления на свет: 2013-2022 годы.
Цена: 300 руб.
Вячеслав Вербин - Стихи
Вячеслав Вербин (Вячеслав Михайлович Дреер) – драматург, поэт, сценарист. Окончил Ленинградский государственный институт театра, музыки и кинематографии по специальности «театроведение». Работал заведующим литературной частью Ленинградского Малого театра оперы и балета, Ленинградской областной филармонии, заведующим редакционно-издательским отделом Ленинградского областного управления культуры, преподавал в Ленинградском государственном институте культуры и Музыкальном училище при Ленинградской государственной консерватории. Автор многочисленных пьес, кино-и телесценариев, либретто для опер и оперетт, произведений для детей, песен для театральных постановок и кинофильмов.
Цена: 500 руб.
Калле Каспер  - Да, я люблю, но не людей
В издательстве журнала «Звезда» вышел третий сборник стихов эстонского поэта Калле Каспера «Да, я люблю, но не людей» в переводе Алексея Пурина. Ранее в нашем издательстве выходили книги Каспера «Песни Орфея» (2018) и «Ночь – мой божественный анклав» (2019). Сотрудничество двух авторов из недружественных стран показывает, что поэзия хоть и не начинает, но всегда выигрывает у политики.
Цена: 150 руб.
Лев Друскин  - У неба на виду
Жизнь и творчество Льва Друскина (1921-1990), одного из наиболее значительных поэтов второй половины ХХ века, неразрывно связанные с его родным городом, стали органически необходимым звеном между поэтами Серебряного века и новым поколением питерских поэтов шестидесятых годов. Унаследовав от Маршака (своего первого учителя) и дружившей с ним Анны Андреевны Ахматовой привязанность к традиционной силлабо-тонической русской поэзии, он, по существу, является предтечей ленинградской школы поэтов, с которой связаны имена Иосифа Бродского, Александра Кушнера и Виктора Сосноры.
Цена: 250 руб.
Арсений Березин - Старый барабанщик
А.Б. Березин – физик, сотрудник Физико-технического института им. А.Ф. Иоффе в 1952-1987 гг., занимался исследованиями в области физики плазмы по программе управляемого термоядерного синтеза. Занимал пост ученого секретаря Комиссии ФТИ по международным научным связям. Был представителем Союза советских физиков в Европейском физическом обществе, инициатором проведения конференции «Ядерная зима». В 1989-1991 гг. работал в Стэнфордском университете по проблеме конверсии военных технологий в гражданские.
Автор сборников рассказов «Пики-козыри (2007) и «Самоорганизация материи (2011), опубликованных издательством «Пушкинский фонд».
Цена: 250 руб.
Игорь Кузьмичев - Те, кого знал. Ленинградские силуэты
Литературный критик Игорь Сергеевич Кузьмичев – автор десятка книг, в их числе: «Писатель Арсеньев. Личность и книги», «Мечтатели и странники. Литературные портреты», «А.А. Ухтомский и В.А. Платонова. Эпистолярная хроника», «Жизнь Юрия Казакова. Документальное повествование». br> В новый сборник Игоря Кузьмичева включены статьи о ленинградских авторах, заявивших о себе во второй половине ХХ века, с которыми Игорь Кузьмичев сотрудничал и был хорошо знаком: об Олеге Базунове, Викторе Конецком, Андрее Битове, Викторе Голявкине, Александре Володине, Вадиме Шефнере, Александре Кушнере и Александре Панченко.
Цена: 300 руб.
На сайте «Издательство "Пушкинского фонда"»


Национальный книжный дистрибьютор
"Книжный Клуб 36.6"

Офис: Москва, Бакунинская ул., дом 71, строение 10
Проезд: метро "Бауманская", "Электрозаводская"
Почтовый адрес: 107078, Москва, а/я 245
Многоканальный телефон: +7 (495) 926- 45- 44
e-mail: club366@club366.ru
сайт: www.club366.ru

Почта России