ХВАЛИТЬ НЕЛЬЗЯ РУГАТЬ

 

 

Елена Тахо-Годи. «Из черной тьмы небытия…»: Стихотворения. Повести и рассказы.

М.: Водолей, 2022

 

Речь в этой рецензии пойдет только о поэзии. Стихи Елены Тахо-Годи — это элегические раздумья о любви и одиночестве, о «предназначении» поэзии и судьбах поэтов, о смерти и вечности, о встречах с великими городами мира. Кажется, в который раз ведется в поэзии речь об этом? Но у настоящего поэ­та, — а таким видится наш автор, — речь идет о том, что по-своему увидено, лично пережито и осмыслено, потому индивидуально и неповторимо.

Прелесть и своеобычность этой лирики коренится в том, что можно назвать органикой культуры мира, той культуры, которая осваивается не только образованием, изучением, а вдыхается вместе с воздухом родного дома — того необыкновенного дома, где о самом важном и высоком, о «смысле жизни», о смерти и тайне Воскресения можно поговорить с мамой.

 

Посижу я дома, рядом с мамой,

Посижу с ней рядом, повздыхаю…

Для чего же мы родимся, мама?

Для чего, родившись, умираем?

 

Примечательна в этих стихах жанровая и речевая форма разговора — не театрального, торжественного диалога, а доверительной, тихой беседы о важном: «Разговор с собственной душой», «Разговор с Музой», «Прочтешь мои стихи и скажешь: Это ложь…» и другие.

Поэт ищет «нового слога», заявляет о нелюбви к точным рифмам (курсив здесь и далее в цитатах — мой):

 

Я рифмы точной не любила звук,

Всегда казалось мне, что ожиданье

Обманутое — словно отзвук мук —

Должно верней передавать страданье.

 

Неприятие поэтом точных рифм (хотя автор признает и силу «старых» созвучий) объясняется тем, что неточность рифм оказывается адекватнее реальности, с ее «обманутыми ожиданиями», с неточностью самой жизни. Сочетание в стихах Е. Тахо-Годи господствующих свободных, «неточных» рифм с сильными «старыми» рифмами выдает соединение в ее лирике модернистских начал с традициями реалистическими.

Художественный, поэтический мир Е. Тахо-Годи питается и движется с опорой на два источника, две первоосновы культуры и человеческого бытия (европейского, по крайней мере) — античность и христианство. И. Бродский размышлял о них как о двух универсалиях истории, о двух ее метафизических возможностях, сменяющих друг друга по закону маятника («Песнь маятника»). Образность стихов в книге коренится в живом, современном прочтении античных мифов, с их многообразнейшей условностью и вместе с тем — религиозным осознанием вечных истин христианской символики. Стоит, например, соотнести два художественных полюса — стихотворение «Пенелопа» о героине гомеровской поэмы и «21 сентября», стихотворение-молитва, обращенная к Богородице.

Образ Пенелопы давно стал в литературе символом чистоты и верности — верности супружеской, верности в любви и разлуке. Однако в современной поэзии встречаются иные его толкования. Так, скажем, И. Бродский в стихотворении «Новая жизнь» (1988) в «качествах Пенелопы» усматривает некий механизм внутреннего консерватизма — «привязанность к месту» из страха будущего, а в «Итаке» (1993) рисует ее образ полемически насмешливо, перечеркивая предание о ее верности одним штрихом, одним уничижительным, жаргонным словечком. В стихотворении же нашего автора развертывается образ Пенелопы в неистощимом ее труде — труде бесконечном, безрадостном, но упрямом, словно героиня, слыша «похабный хохот» пьяных женихов, старается «доказать, что в разлуке не пристало есть, смеяться, пить и спать». По-настоящему оригинален финал стихотворения — вернувшегося Одиссея Пенелопа не узнает: «— Милая, скажи, ты рада? / Кто ты? Не могу узнать!..» Это образ невольного отмщения Одиссею за боль разлуки, ответ женщины на вечный дух авантюризма мужчины.

Лучшими в сборнике можно считать стихи о любви, как и стихи о поэтах и поэзии. Несмотря на общий элегический тон этой лирики, стихи о любви весьма разнообразны по своим смысловым и психологическим оттенкам, как и по форме выражения. Это может быть раздумье о любви-«притяжении», неодолимом и могущем стать «смыслом» жизни, ее «судьбой», или любовь-мольба с упоением желанной радостью, или любовь с чувством вины, что не может любить его «как брата», или трагическое ощущение, что «к счастью не годна», или чувство иронической усмешки над собой, улыбки скепсиса сегодняшнего дня:

 

Господи! Какая глупость!

Как же это так случилось,

Чтобы с первою любовью

Сердце вдребезги разбилось!

 

Ведущей же смысловой интонацией в освещении любви лирической героини, как и ее жизни в целом, ключом к ее пониманию видится интонация отваги, отваги вопреки всему. Недаром здесь возникает образ кольчуги из стали Дамаска, отблеск памяти о мужестве рыцарей-христиан.

История любви вырисовывается с помощью деталей обыденности, вместе с тем — образными чудесами ирреальности, картинами снов, видений, мечтаний (например, трагический сон в стихотворении «Если ты есть ты, а я есть я…» или разговор с «нерожденным сыном» в стихотворении «Совершеннолетие»). Характерна при этом фантастика мифов обытовленных, одомашненных — например, в стихотворении «Дом для меня — Гея, спасенье мое…» или в стихотворении «Ты помнишь, сказала Муза…», где речь богини выдержана в интонации домашнего, утешительного простодушия.

Пространство любви, личной судьбы, дома, родного города в первой части стихотворений книги «Неподвижное солнце» расширяется не только античными мотивами и мировыми мифами, но и отталкиванием от книжных знаний о мире, ищет впечатлений от города настоящего, увиденного собственными глазами, будь то Москва или Париж. Делает исполненные ярких красок живой жизни зарисовки великих городов

Решительное укрупнение пространства и времени происходит во второй части стихотворного отдела книгиТахо-Годи — «Из черной тьмы небытия…», с мотивами вечности. Здесь развиваются и прежние заветные темы — любви, одиночества, судьбы — вместе с новыми раздумьями — о смерти, памяти, о роли поэтов и поэзии, увиденных под знаком «тьмы небытия»: бесконечности до появления человека на земле и после его конца:

 

Из черной тьмы небытия,

Как бабочка из мрака кокона,

Явилась на мгновенье я,

Из мрака векового соткана —

Увидеть неба синий цвет,

Свет переливчатый, рождественский.

Услышать весть: «… се Человек!» —

И кануть вновь в пучину вечности.

 

Это мгновение может стать знаком пустоты и отчаяния, «криком плоти» — «ни веры, ни любви…» (стихотворение «Ни веры, ни любви, один надрывный крик…»), или, напротив, обернуться «исцелением души», «освобождением от любви», или, наконец, живым стремлением личности стать «светоносной точкой» творчества и человеческой памяти. Символы памяти варьируются в книге весьма многообразно. Это стихи, посвященные вечной памяти об ушедших, — «Requiem Aeternam», ряд стихов о смерти друзей и близких, с условным обозначением имен — О. С., Л. Л., О. Н., О. Р. в названии этих стихотворений. Здесь точно осознана и выделена поэтом значимость памяти «любящей», способной понять нечто «драгоценное» в ушедшей жизни.

Обращаясь к памяти, запечатленной в скульптурном памятнике, памятнике Жанне д̓Арк, наш поэт предлагает своеобразную и значительную поэ­тическую трактовку образа — выделяет в фигуре всадницы мотив легкости, неожиданного сходства с золотой стрекозой — отсвет ее глубинного существа, духа свободы, свободы вопреки судьбе, «поруганной» и на костре сгоравшей.

В стихах этой, второй части начинают звучать голоса истории, русской истории. К примеру, отказавшись от «исторического оптимизма», размышляя об истории России, автор находит выразительные параллели-уравнения в трагических судьбах русских исторических деятелей разного масштаба.

Трагизм бытия в двадцатом веке улавливается в подтексте некоторых стихов Е. Тахо-Годи, таких как «На том углу, где я, забыв про стыд…» с эпиграфом из Пушкина, или в стихотворении «Только пред тобой немеет слово…», где вспоминается родной для героини дом:

 

Скольких тут на дыбе распинала

С горькою усмешкою судьба,

Сколько слез я здесь сама роняла,

Глядя на младенца, на тебя.

 

Оттого сама стилистика речи лирической героини — человека, остро ощутившего трагическую горечь жизни, — нередко и естественно окрашивается оксюморонной противоречивостью слов и красок, чертами абсурда («безнадежная радость любви», «безнадежно строгая жизнь…» и т. п.).

Надежда на сопротивление «тьме небытия», на преодоление смерти связывается в стихах с идеей творчества, с поэзией, опорой которых мыслится мировая и отечественная классика — от Шекспира, Гёте, Пушкина до Анненского и Ахматовой.

Среди портретов поэтов «серебряного века» энергией лирического чувства и решительностью переоценки прославленного творения великого поэ­та выделяется стихотворение «Творческая эволюция». В нем очерчивается смена явившейся поэту «Прекрасной Дамы с крестом и розой» мрачными фигурами «пьяной проститутки, незнакомки или смазливой Катьки»:

 

Потом явились двенадцать красноармейцев,

революция, голод, холод,

                     сифилис, безумие, невыносимые боли,

от которых хочется кричать, ломать и крушить —

всё без разбора.

                     Взять чернильницу

и бросить в лицо Прекрасной Даме,

чтобы оно мгновенно разбилось,

                     словно гипсовая статуэтка…

 

Вот она — Жизнь поэта, или Творческая эволюция.

За отчаянным и словно бы ребяческим жестом в лирику Е. Тахо-Годи вмешивается современность, та современность, от которой, казалось бы, поэт готов был отвернуться. Так в стихотворении «Каково мое время? — разве я его знаю…» с отвращением воспроизводится вздымающаяся скверна наших дней — «Рекламы прокладок и порно-абсурды всех политиков мира…», «Полуголых красоток бесстыдные торги…», «Бесконечные триллеры в телеэкране…».

В стихотворении же о Блоке заявляет о себе современность авторских оценок, идущих от подлинного и глубинного самосознания культуры, культуры двадцатого и двадцать первого века.

Поэт Елена Тахо-Годи заявляет о себе в книге «Из черной тьмы небытия…» сдержанно и значимо.

Лидия Колобаева

Елена Бердникова

Площадь восстания. Роман (№ 8)

Михаил Ефимов

Парамонов-85 (№ 5)

Дягилев. Постскриптум (№ 8)

Юлий Рыбаков

На моем веку. Главы из книги (№ 4—6)

Алексей Комаревцев

Цикл стихотворений (№ 10)

ЗА ЛУЧШИЙ ДЕБЮТ В "ЗВЕЗДЕ"

Данила Крылов

Цикл стихотворений (№ 1)

Подписка на журнал «Звезда» оформляется на территории РФ
по каталогам:

«Подписное агентство ПОЧТА РОССИИ»,
Полугодовой индекс — ПП686
«Объединенный каталог ПРЕССА РОССИИ. Подписка–2022»
Полугодовой индекс — 42215
ИНТЕРНЕТ-каталог «ПРЕССА ПО ПОДПИСКЕ» 2022/1
Полугодовой индекс — Э42215
«ГАЗЕТЫ И ЖУРНАЛЫ» группы компаний «Урал-Пресс»
Полугодовой индекс — 70327
ПРЕССИНФОРМ» Периодические издания в Санкт-Петербурге
Полугодовой индекс — 70327
Для всех каталогов подписной индекс на год — 71767

В Москве свежие номера "Звезды" можно приобрести в книжном магазине "Фаланстер" по адресу Малый Гнездниковский переулок, 12/27


Вячеслав Вербин (Вячеслав Михайлович Дреер) – драматург, поэт, сценарист. Окончил Ленинградский государственный институт театра, музыки и кинематографии по специальности «театроведение». Работал заведующим литературной частью Ленинградского Малого театра оперы и балета, Ленинградской областной филармонии, заведующим редакционно-издательским отделом Ленинградского областного управления культуры, преподавал в Ленинградском государственном институте культуры и Музыкальном училище при Ленинградской государственной консерватории. Автор многочисленных пьес, кино-и телесценариев, либретто для опер и оперетт, произведений для детей, песен для театральных постановок и кинофильмов.
Цена: 500 руб.


В издательстве журнала «Звезда» вышел третий сборник стихов эстонского поэта Калле Каспера «Да, я люблю, но не людей» в переводе Алексея Пурина. Ранее в нашем издательстве выходили книги Каспера «Песни Орфея» (2018) и «Ночь – мой божественный анклав» (2019). Сотрудничество двух авторов из недружественных стран показывает, что поэзия хоть и не начинает, но всегда выигрывает у политики.
Цена: 150 руб.



Жизнь и творчество Льва Друскина (1921-1990), одного из наиболее значительных поэтов второй половины ХХ века, неразрывно связанные с его родным городом, стали органически необходимым звеном между поэтами Серебряного века и новым поколением питерских поэтов шестидесятых годов. Унаследовав от Маршака (своего первого учителя) и дружившей с ним Анны Андреевны Ахматовой привязанность к традиционной силлабо-тонической русской поэзии, он, по существу, является предтечей ленинградской школы поэтов, с которой связаны имена Иосифа Бродского, Александра Кушнера и Виктора Сосноры.
Цена: 250 руб.




А.Б. Березин – физик, сотрудник Физико-технического института им. А.Ф. Иоффе в 1952-1987 гг., занимался исследованиями в области физики плазмы по программе управляемого термоядерного синтеза. Занимал пост ученого секретаря Комиссии ФТИ по международным научным связям. Был представителем Союза советских физиков в Европейском физическом обществе, инициатором проведения конференции «Ядерная зима». В 1989-1991 гг. работал в Стэнфордском университете по проблеме конверсии военных технологий в гражданские.
Автор сборников рассказов «Пики-козыри (2007) и «Самоорганизация материи (2011), опубликованных издательством «Пушкинский фонд».
Цена: 250 руб.



Литературный критик Игорь Сергеевич Кузьмичев – автор десятка книг, в их числе: «Писатель Арсеньев. Личность и книги», «Мечтатели и странники. Литературные портреты», «А.А. Ухтомский и В.А. Платонова. Эпистолярная хроника», «Жизнь Юрия Казакова. Документальное повествование». br> В новый сборник Игоря Кузьмичева включены статьи о ленинградских авторах, заявивших о себе во второй половине ХХ века, с которыми Игорь Кузьмичев сотрудничал и был хорошо знаком: об Олеге Базунове, Викторе Конецком, Андрее Битове, Викторе Голявкине, Александре Володине, Вадиме Шефнере, Александре Кушнере и Александре Панченко.
Цена: 300 руб.

Алексей Пурин - Незначащие речи


В книге впервые публикуются стихотворения Алексея Пурина 1976-1989 годов.
Алексей Арнольдович Пурин (1955, Ленинград) — поэт, эссеист, переводчик. С 1989 г. заведует отделом поэзии, а с 2002 г. также и отделом критики петербургского журнала «Звезда». В 1995–2009 гг. соредактор литературного альманаха «Urbi» (Нижний Новгород — Прага — С.-Петербург; вышли в свет шестьдесят два выпуска). Автор двух десятков стихотворных сборников (включая переиздания) и трех книг эссеистики. Переводит голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой) и немецких поэтов, вышли в свет шесть книг переводов. Лауреат премий «Северная Пальмира» (1996, 2002), «Честь и свобода» (1999), журналов «Новый мир» (2014) и «Нева» (2014). Участник 32-го ежегодного Международного поэтического фестиваля в Роттердаме (2001) и др. форумов. Произведения печатались в переводах на английский, голландский, итальянский, литовский, немецкий, польский, румынский, украинский, французский и чешский, в т. ч. в представительных антологиях.
Цена: 130 руб.

Михаил Петров - Огонь небесный


Михаил Петрович Петров, доктор физико-математических наук, профессор, занимается исследованиями в области управляемого термоядерного синтеза, главный научный сотрудник Физико-технического института им. А.Ф. Иоффе. Лауреат двух Государственных премий СССР. В 1990 – 2000 работал приглашенным профессором в лабораториях по исследованию управляемого термоядерного синтеза в Мюнхене (ФРГ), Оксфорде (Великобритания) и Принстоне (США), Научный руководитель работ по участию ФТИ в создании Международного термоядерного реактора.
В книге «Огонь небесный» отражен незаурядный опыт не только крупного ученого, но и писателя, начинавшего литературный путь еще в начале шестидесятых. В нее вошли рассказы тех лет, воспоминания о научной работе в Англии и США, о дружбе с Иосифом Бродским, кинорежиссером Ильей Авербахом и другими незаурядными людьми ленинградской культуры.
Цена: 300 руб.

Мириам Гамбурд - Гаргулья


Мириам Гамбурд - известный израильский скульптор и рисовальщик, эссеист, доцент Академии искусств Бецалель в Иерусалиме, автор первого в истории книгопечатания альбома иллюстраций к эротическим отрывкам из Талмуда "Грех прекрасен содержанием. Любовь и "мерзость" в Талмуде Мидрашах и других священных еврейских книгах".
"Гаргулья" - собрание прозы художника, чей глаз точен, образы ярки, композиция крепка, суждения неожиданны и парадоксальны. Книга обладает всеми качествами, привлекающими непраздного читателя.
Цена: 400 руб.

Калле Каспер - Ночь - мой божественный анклав


Калле Каспер (род. в 1952 г.) — эстонский поэт, прозаик, драматург, автор пяти стихотворных книг и нескольких романов, в том числе эпопеи «Буриданы» в восьми томах и романа «Чудо», написанного на русском. В переводе на русский язык вышла книга стихов «Песни Орфея» (СПб., 2017).
Алексей Пурин (род. в 1955 г.) — русский поэт, эссеист, переводчик, автор семи стихотворных книг, трех книг эссеистики и шести книг переводов.
Цена: 130 руб.

Алексей Пурин - Незначащие речи


Алексей Арнольдович Пурин (1955, Ленинград) — поэт, эссеист, переводчик. С 1989 г. заведует отделом поэзии, а с 2002 г. также и отделом критики петербургского журнала «Звезда». В 1995–2009 гг. соредактор литературного альманаха «Urbi» (Нижний Новгород — Прага — С.-Петербург; вышли в свет шестьдесят два выпуска). Автор двух десятков стихотворных сборников (включая переиздания) и трех книг эссеистики. Переводит голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой) и немецких поэтов, вышли в свет шесть книг переводов. Лауреат премий «Северная Пальмира» (1996, 2002), «Честь и свобода» (1999), журналов «Новый мир» (2014) и «Нева» (2014). Участник 32-го ежегодного Международного поэтического фестиваля в Роттердаме (2001) и др. форумов. Произведения печатались в переводах на английский, голландский, итальянский, литовский, немецкий, польский, румынский, украинский, французский и чешский, в т. ч. в представительных антологиях.
В книге впервые публикуются ранние стихотворения автора.
Цена: 130 руб.

На сайте «Издательство "Пушкинского фонда"»


Национальный книжный дистрибьютор
"Книжный Клуб 36.6"

Офис: Москва, Бакунинская ул., дом 71, строение 10
Проезд: метро "Бауманская", "Электрозаводская"
Почтовый адрес: 107078, Москва, а/я 245
Многоканальный телефон: +7 (495) 926- 45- 44
e-mail: club366@club366.ru
сайт: www.club366.ru

Почта России