ПОЭЗИЯ И ПРОЗА

Дмитрий Кантов

 

 

* * *

Я полагал, что на исходе лет

Мы к тайне мира так подходим близко,

Что на нее пролить мне могут свет

Чужой дневник, предсмертная записка.

Но в них, увы, сплошная суета:

Упреки современникам, счета,

Тревоги о машине и квартире...

О Боже, если даже на краю

Мы проявляем мелочность свою,

Неужто же и там, в загробном мире,

Имея, предположим, два крыла,

Мы также с головой уйдем в дела,

Чтоб стать, допустим, ангельской элитой,

А тайна мира, как и здесь была,

Великая, пребудет нераскрытой?

 

 

 

* * *

Я ничего не имел бы против музыки будущего,

если не заставляли бы нас слушать ее в настоящем.

П. А. Вяземский

 

Мои друзья, мои коллеги строгие —

Они, в советском покипев борще,

Так утомились от идеологии,

Что смысла избегают вообще,

 

А заодно и знаков препинания;

Все фразы начинают со строчной.

В Китае переводят их, в Албании...

Перевести б их на язык родной!

 

И пусть филолог, кроя эрудицией,

О радикальной пишет новизне,

О связи с экзотической традицией,

Читать их, извините, скучно мне.

 

 

 

* * *

И если бы мы память напрягли,

То, вероятно, вспомнили б, что жили

Задолго до создания Земли

И тех, кому даны хвосты и крылья;

 

Что не имели этих бренных тел,

Ни голода не ведали, ни жажды;

Что эту плоть на нас Творец надел

Без нашего согласия однажды.

 

Отсюда и тоска у нас, и боль,

И тело наше кажется нам тесным,

Чужбиной эта кажется юдоль

В сравнении с отечеством небесным.

 

Вот почему, в мир отходя иной,

С себя мы плоть, как мошек, обираем.

И говорим: «Домой хочу, домой...»

И принято считать, что умираем.

 

 

 

* * *

Замирает он, идет ли вспять —

Движется герой к финальной цели.

Потому что действий в драме пять,

Как рабочих дней у нас в неделе.

 

И, увы, не пронесет Отец

Чашу эту мимо, нет спасенья.

Пятница наступит — и конец.

А суббота где? А воскресенье?

 

Видимо, канон пора менять.

Сочинить бы драму, в самом деле,

Чтобы семь в ней было, а не пять

Действий: по евангельской модели.

 

 

 

ДРУГ ЗОЛОТОЙ

Жил поэт Баратынский с Дельвигом, тоже поэтом

Е. Баратынский, А. Дельвиг

 

Жил Баратынский в те дни

С Дельвигом, тоже поэтом,

Бедно. Квартиру они

Вместе снимали, дуэтом.

В лавочку были должны:

Брали съестное в ней что-то.

Грели неважно штаны

Тонкие их, из «трикота».

Да и перчаток-то нет!

Дождичек. Руки в карманах.

Шутит он, Дельвиг-поэт:

«Нет к нам любви в россиянах!»

А Баратынский-поэт:

«Не золотой, мол, — железный

Век наш!» — смеется в ответ...

Ах, Баратынский любезный!

Пусть остается мечтой

Век этот, чаемый всеми.

Был бы лишь друг золотой,

Как у тебя в свое время.

 

 

 

* * *

Ни для кого уже не тайна:

В Европе что ни покупай,

Повсюду надпись: «Мэйд ин Чайна».

Кругом один сплошной Китай!

 

Но, слава богу, мир глобальный

Еще глобален не вполне,

И алкоголь национальный

Пока что есть в любой стране.

 

Сливовица, текила, чача,

Арака, граппа и саке...

Бутылку — вот она, удача! —

Купить мы можем вдалеке.

 

Что нам таможенные службы

И пограничные посты!

Ах, узо с Кипра! «Узо дружбы», —

О нем сказала в шутку ты.

 

 

 

СЕДЬМОЕ ИЮНЯ

           Ире

Дождь (он зарядил еще вчера)

Тюкает по жести: точка... точка...

Наш с тобою куст среди двора

Вымок до последнего листочка.

 

Съежился и каплями оброс.

Если б мог он, бедный, капли эти

Отрясти с боков своих, как пес...

Но смотри: невесть откуда ветер —

 

Вздыбил всю листву ему и стих.

Вот опять, под каплями сгибаясь,

Куст поник. А ветер снова их

Сдул. Случайность, скажешь? Сомневаюсь.

 

Ветер в третий налетает раз,

И в четвертый!.. Зависть заедает:

Снял бы кто невидимый и с нас

То, что тяготит и охлаждает.

 

 

 

ПОЖАР

Я четко картину представить могу,

По строчкам идя за поэтом.

Пожар деревенский на том берегу,

А Тютчев с любимой — на этом.

 

Вопят за рекой мужики, как в аду.

А здесь — полумрак, и листвою

Шуршит летний ветер в господском саду...

И, точно в раю, они двое.

 

Да, видимо, рай и при адском огне

Возможен: прохладою веет.

Все избы сгорели на той стороне,

Одни только трубы чернеют.

 

Треск, искры летящие, крики в дыму

Он вспомнит потом и в итоге

Не скажет, что зрелище это ему

Явили блаженные боги,

 

Призвали на пир, допустили в совет

И дали, мол, чашу... Иное:

«Со мной ты, — напишет позднее поэт, —

А я, слава богу, с тобою».

 

Стихи о любви. Их могло бы не быть...

За ночь ту с ужасным пожаром

Судьбу мы, наверное, благодарить

Должны: полыхало недаром.

 

А утречком к барину из-за реки,

От копоти черными плача

Слезами, за лесом придут мужики.

И даст он. А как же иначе?

 

 

 

* * *

Еженощно дыханьем своим

Обжигали друг другу мы лица.

И холодный — за час с небольшим

Воздух весь успевал раскалиться...

 

И, на ощупь пройдя вдоль стола,

Открывал осторожно окно я.

Как теперь, тоже осень была.

Шорох, шелест, шуршанье ночное...

 

А потом находили с утра

На подушке мы, на одеяле

Листья. Помнишь? Они со двора,

Любопытные, к нам залетали.

 

 

 

* * *

Как всех... Приедет скорая сначала.

Потом эксперт и полицейский чин —

Удостоверить: нет, мол, криминала,

Своею смертью умер гражданин.

 

Родные: кто в печали, кто в испуге.

А дальше — похоронное бюро.

Простите, «Ритуальные услуги».

Так это называется хитро.

 

Гроб скромным будет: тканью из Китая

Обитым, синтетической такой.

С бумажной лентой — галуном по краю,

Как с телеграммой: «Боже, упокой!»

 

С утра поставят тело в ближнем храме.

Трех-четырех там отпевают враз:

Усопшие рядком лежат, ногами

Указывая на иконостас.

 

Поп, сократив чин панихиды вдвое,

Подсунет, зачитав сперва родне,

Под мертвую ладонь — своей, живою,

Молитву разрешительную мне.

 

И повезут за Клязьму, в лес сосновый

(Знакомый всем владимирцам маршрут),

И, крест воткнув, обложат холмик новый

Венками. Вот и всё. Что скажешь тут?..

 

Но нет. Пока «без гласа, без дыханья»

Не лег еще под белой пеленой,

Хочу вас попросить я: в час прощанья

«Восплакивать» не стоит надо мной.

 

Сороковины, свечи, поминанья —

Хотите? Будут пусть. Не в этом суть.

Чтоб голос мой услышать и дыханье,

Стихи мои прочтите кто-нибудь.

Анастасия Скорикова

Цикл стихотворений (№ 6)

ЗА ЛУЧШИЙ ДЕБЮТ В "ЗВЕЗДЕ"

Павел Суслов

Деревянная ворона. Роман (№ 9—10)

ПРЕМИЯ ИМЕНИ
ГЕННАДИЯ ФЕДОРОВИЧА КОМАРОВА

Владимир Дроздов

Цикл стихотворений (№ 3),

книга избранных стихов «Рукописи» (СПб., 2023)

Подписка на журнал «Звезда» оформляется на территории РФ
по каталогам:

«Подписное агентство ПОЧТА РОССИИ»,
Полугодовой индекс — ПП686
«Объединенный каталог ПРЕССА РОССИИ. Подписка–2024»
Полугодовой индекс — 42215
ИНТЕРНЕТ-каталог «ПРЕССА ПО ПОДПИСКЕ» 2024/1
Полугодовой индекс — Э42215
«ГАЗЕТЫ И ЖУРНАЛЫ» группы компаний «Урал-Пресс»
Полугодовой индекс — 70327
ПРЕССИНФОРМ» Периодические издания в Санкт-Петербурге
Полугодовой индекс — 70327
Для всех каталогов подписной индекс на год — 71767

В Москве свежие номера "Звезды" можно приобрести в книжном магазине "Фаланстер" по адресу Малый Гнездниковский переулок, 12/27

Владимир Дроздов - Рукописи. Избранное
Владимир Георгиевич Дроздов (род. в 1940 г.) – поэт, автор книг «Листва календаря» (Л., 1978), «День земного бытия» (Л., 1989), «Стихотворения» (СПб., 1995), «Обратная перспектива» (СПб., 2000) и «Варианты» (СПб., 2015). Лауреат премии «Северная Пальмира» (1995).
Цена: 200 руб.
Сергей Вольф - Некоторые основания для горя
Это третий поэтический сборник Сергея Вольфа – одного из лучших санкт-петербургских поэтов конца ХХ – начала XXI века. Основной корпус сборника, в который вошли стихи последних лет и избранные стихи из «Розовощекого павлина» подготовлен самим поэтом. Вторая часть, составленная по заметкам автора, - это в основном ранние стихи и экспромты, или, как называл их сам поэт, «трепливые стихи», но они придают творчеству Сергея Вольфа дополнительную окраску и подчеркивают трагизм его более поздних стихов. Предисловие Андрея Арьева.
Цена: 350 руб.
Ася Векслер - Что-нибудь на память
В восьмой книге Аси Векслер стихам и маленьким поэмам сопутствуют миниатюры к «Свитку Эстер» - у них один и тот же автор и общее время появления на свет: 2013-2022 годы.
Цена: 300 руб.
Вячеслав Вербин - Стихи
Вячеслав Вербин (Вячеслав Михайлович Дреер) – драматург, поэт, сценарист. Окончил Ленинградский государственный институт театра, музыки и кинематографии по специальности «театроведение». Работал заведующим литературной частью Ленинградского Малого театра оперы и балета, Ленинградской областной филармонии, заведующим редакционно-издательским отделом Ленинградского областного управления культуры, преподавал в Ленинградском государственном институте культуры и Музыкальном училище при Ленинградской государственной консерватории. Автор многочисленных пьес, кино-и телесценариев, либретто для опер и оперетт, произведений для детей, песен для театральных постановок и кинофильмов.
Цена: 500 руб.
Калле Каспер  - Да, я люблю, но не людей
В издательстве журнала «Звезда» вышел третий сборник стихов эстонского поэта Калле Каспера «Да, я люблю, но не людей» в переводе Алексея Пурина. Ранее в нашем издательстве выходили книги Каспера «Песни Орфея» (2018) и «Ночь – мой божественный анклав» (2019). Сотрудничество двух авторов из недружественных стран показывает, что поэзия хоть и не начинает, но всегда выигрывает у политики.
Цена: 150 руб.
Лев Друскин  - У неба на виду
Жизнь и творчество Льва Друскина (1921-1990), одного из наиболее значительных поэтов второй половины ХХ века, неразрывно связанные с его родным городом, стали органически необходимым звеном между поэтами Серебряного века и новым поколением питерских поэтов шестидесятых годов. Унаследовав от Маршака (своего первого учителя) и дружившей с ним Анны Андреевны Ахматовой привязанность к традиционной силлабо-тонической русской поэзии, он, по существу, является предтечей ленинградской школы поэтов, с которой связаны имена Иосифа Бродского, Александра Кушнера и Виктора Сосноры.
Цена: 250 руб.
Арсений Березин - Старый барабанщик
А.Б. Березин – физик, сотрудник Физико-технического института им. А.Ф. Иоффе в 1952-1987 гг., занимался исследованиями в области физики плазмы по программе управляемого термоядерного синтеза. Занимал пост ученого секретаря Комиссии ФТИ по международным научным связям. Был представителем Союза советских физиков в Европейском физическом обществе, инициатором проведения конференции «Ядерная зима». В 1989-1991 гг. работал в Стэнфордском университете по проблеме конверсии военных технологий в гражданские.
Автор сборников рассказов «Пики-козыри (2007) и «Самоорганизация материи (2011), опубликованных издательством «Пушкинский фонд».
Цена: 250 руб.
Игорь Кузьмичев - Те, кого знал. Ленинградские силуэты
Литературный критик Игорь Сергеевич Кузьмичев – автор десятка книг, в их числе: «Писатель Арсеньев. Личность и книги», «Мечтатели и странники. Литературные портреты», «А.А. Ухтомский и В.А. Платонова. Эпистолярная хроника», «Жизнь Юрия Казакова. Документальное повествование». br> В новый сборник Игоря Кузьмичева включены статьи о ленинградских авторах, заявивших о себе во второй половине ХХ века, с которыми Игорь Кузьмичев сотрудничал и был хорошо знаком: об Олеге Базунове, Викторе Конецком, Андрее Битове, Викторе Голявкине, Александре Володине, Вадиме Шефнере, Александре Кушнере и Александре Панченко.
Цена: 300 руб.
На сайте «Издательство "Пушкинского фонда"»


Национальный книжный дистрибьютор
"Книжный Клуб 36.6"

Офис: Москва, Бакунинская ул., дом 71, строение 10
Проезд: метро "Бауманская", "Электрозаводская"
Почтовый адрес: 107078, Москва, а/я 245
Многоканальный телефон: +7 (495) 926- 45- 44
e-mail: club366@club366.ru
сайт: www.club366.ru

Почта России