БЫЛОЕ И КНИГИ

Александр Мелихов

Свет с Запада и новая контрреформация

 

Авторы этой книги — «Свет, обманувший надежды» (М., 2020) — вполне респектабельные фигуры западного истеблишмента.

Стивен Холмс — профессор права в Нью-Йоркском университете, а послужной список Ивана Крастева занял бы половину страницы. Он — председатель правления софийского Центра либеральных стратегий, сотрудник многих аналитических центров, один из основателей и член Европейского совета по международным отношениям, широко публикуется в мировой печати, в 2008 году занял 85-е место в списке ста ведущих публичных интеллектуалов мира по версии британского журнала «Prospect» и американского журнала «Foreign Policy».

Заслуживает доверия и автор предисловия Федор Лукьянов, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике», профессор-исследователь Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики». И суть книги он пересказывает совершенно правильно.

Эпоха «конца истории», которая, казалось, наступила после краха коммунизма, не привела к реальной эволюции сбросивших коммунистическое иго государств в направлении западных образцов, но сделалась периодом поверхностной имитации. А через три десятилетия притворства «ученикам» и вовсе надоело выносить моральное превосходство «учителей», и они принялись искать пятна на том, что прежде представлялось незапятнанным солнцем, — и, само собой, материала для обличений оказалось вполне достаточно: и коррупции, и военных преступлений, и нарушений прав человека, и ограничений свободы слова. Россия же, по мнению авторов, со временем еще и принялась пародировать американский внешнеполитический авантюризм.

Более того, и в самих США президент Трамп последовательно боролся с представлением об американской исключительности и миссионерской внешней политике, поскольку, по его мнению, такая идеология мешает экономическому развитию страны. Китай же предлагает даже общество без господствующей идеологии и сверхценных моральных ориентиров — и многим странам такая модель кажется вполне симпатичной.

Даже в образцовых странах Европы, в США и Канаде избирателей, устрашенных призраком всепожирающей миграции, все больше привлекают ксенофобская риторика, авторитарные лидеры, способные «дать отпор», и границы на замке. Права же человека, так долго превозносимые как заслон против тирании, ныне все чаще представляются помехой в борьбе с терроризмом.

«Убежденность в том, что „иного не дано“, сама по себе подняла в Центральной и Восточной Европе волну популистской ксенофобии и реакционного почвенничества, захлестнувшую сегодня и бо`льшую часть мира. Отсутствие адекватных альтернатив либеральной демократии стало стимулом для резкого недовольства, потому что — на самом базовом уровне — „людям нужен выбор или хотя бы его иллюзия“».

Запад предъявил миру идею «нормальности», без соответствия которой государства оказываются с «неправильной» стороны истории, в низшей касте «изгоев» («реальная политическая терминология конца ХХ — начала XXI века»), но история, как всегда, нанесла ответный удар с самой неожиданной стороны — не со стороны новообращенных в истинную либеральную веру, а из недр эталонных западных обществ: в 2016 году избиратели Великобритании и Соединенных Штатов проголосовали за противников космополитизма без берегов. «Перемены, которые вызвал Трамп, будет трудно обратить вспять, потому что они коренятся не в низкопробном и попирающем закон поведении одиночки, а в глобальном восстании против того, что широко воспринимается как либеральный имитационный императив». В этом же контексте авторы предлагают воспринимать и президента России: действия Путина «гораздо проще понять, признав их частью общемирового сопротивления безудержному, открытому для бизнеса, но недостаточно управляемому процессу глобализации, разворачивающемуся в XXI веке». Новые популисты при этом выступают не в качестве идейных противников либерального политического устройства, а всего лишь «против замены коммунистического догматизма либеральным».

«Симуляция самоуправления в странах, которыми на деле управляли западные политики, уже сама по себе была изрядной проблемой. Но последней каплей стали унизительные нотации западных „варягов“, упрекавших поляков и венгров в том, что те следуют демократическим процедурам лишь формально, — а ведь местные политические элиты полагали, что от них требуется именно это».

Разумеется, попытки слабых имитировать сильных и успешных — дело самое обычное, но такая имитация обычно походила на мелкое обезьянничание, а не на подлинные преобразования с их неизбежными психологическими и социальными потрясениями, на которые отважилась Центральная Европа после 1989 года.

Поскольку в Центральную и Восточную Европу коммунизм был принесен на штыках, то имитация там интерпретировалась как «возвращение в Европу»; в России же, где коммунизм был внутренним продуктом, имитация Запада не воспринималась восстановлением национальной идентичности, однако длительное подражание в любом случае вызывает психологические травмы и социальные конфликты. «Это особенно справедливо, если вы собираетесь подражать не Иисусу Христу, а своему соседу с Запада».

Последняя цитата особенно важна: ОБЩЕСТВЕННЫЙ ИДЕАЛ НЕ ДОЛЖЕН БЫТЬ ЗЕМНЫМ И ОСУЩЕСТВЛЕННЫМ. Он должен хотя бы отчасти выполнять функции религии — выстраивать экзистенциальную защиту человека от острого осознания своей мизерности и бренности. Именно поэтому идеологические конфликты вызывают такую пламенную ненависть, до которой почти не доходят конфликты материальные, — идеологические конфликты суть конфликты религиозные.

Собственно, главную идею «Света, обманувшего надежды» я, мне кажется, уже передал, но в книге есть еще и много интересных частностей: антилиберальной реконкистой правящие элиты пользуются в своих вполне прагматических целях.

Антилиберализм служит прикрытием отказа от демократической смены власти, он помогает правителям избежать заслуженных обвинений в коррупции и злоупотреблениях; «демонтаж независимой прессы и независимой судебной системы, а также оскорбительные нападки на диссидентов и критиков они оправдывают насущной необходимостью защитить нацию от внутренней „пятой колонны“. Истоки популизма, несомненно, сложны. Отчасти они коренятся в тех унижениях, через которые приходится пройти странам, отчаянно пытающимся стать в лучшем случае бледной копией недостижимой модели».

Я уже много раз писал, что каждому человеку, а народу тем более необходима хотя бы иллюзия собственной уникальности, «нормальность» же, то есть ординарность, не приносит ни самоуважения, ни уважения старших партнеров: зачем им третьесортная копия, когда они имеют образец — себя самих (о том, что ощущение собственного совершенства — проще, самодовольство неизбежно ведет к духовной деградации, что идеал должен быть недосягаемым и даже отчасти метафизическим, повторять не стану). Но любопытно, что пишут либеральные авторы о национальных чувствах: «Национализм не может исчезнуть, как коммунизм, с ростом либеральной демократии, поскольку лояльность к нации (и государству) является необходимым условием для любой стабильной либеральной демократии». Разумеется, они не имеют в виду национализм как светскую религию, как самообожествление нации: «Самой эффективной правозащитной организацией в мире является либеральное национальное государство (или „нация-государство“)».

Антилиберальные же чувства тоже имеют внеидеологическое происхождение: «они проистекают из общего недовольства однополярным порядком мироустройства после 1989 г.»; это «дух провинциального негодования по отношению к космополитическому миру, который „приглашает, но не впускает“».

О Трампе как зеркале антилиберальной контрреформации: «У Америки нет миссии, и она не является образцом ни для кого — как и у истории человечества нет „конца“ в смысле нравственной цели или задачи. Поэтому он упорно отвергает мессианское самосознание Америки, а также идею о том, что Соединенные Штаты являются маяком свободы и справедливости для всего человечества, идеалом, к которому должны стремиться все развивающиеся страны». И у него есть шанс на победу: «Горячее желание американской общественности переделать мир по образу и подобию Америки было обречено на затухание после того, как стало ясно, что у нее больше нет для этого возможностей».

Отказ от либерального утопизма, однако, представляется движением к цинизму: «Для Трампа признание того, что американцы так же аморальны, как и русские, саудиты и другие, является прелюдией к отказу от любых оставшихся запретов».

Мы в Советском Союзе настолько нахлебались от идеократии, что прагматизм пока еще представляется нам чем-то менее наглым и бессовестным. Хотя в Китае как будто бы не отказались от марксистской идеологии, только реинтерпретировали ее для нужд сегодняшнего дня.

«Си Цзиньпин более, чем любой предыдущий китайский лидер, превратил марксизм в националистическую идеологию, призванную усилить внутреннее сопротивление иностранному давлению и влиянию. <…> Суть его „идеологического“ ви`дения заключается в том, чтобы восстановить утраченное превосходство Китая в мире, а эта миссия может быть выполнена только при условии сохранения полного контроля партии над гражданским обществом».

Путина и Си Цзиньпина, считают авторы, объединяют общая вера в абсолютную ценность политической стабильности и твердая убежденность в том, что США тайно планируют смену режима в их странах.

«Китай хочет „заказывать музыку“ и, возможно, быть главным эксплуататором, но не маяком или образцом. Это потому, что, в отличие от Америки в эпоху расцвета либеральной гегемонии, у Китая нет причин считать, что мир, населенный его копиями, будет созвучен его интересам и планам».

При всем при том авторы остаются приверженцами либерализма: «Мы можем бесконечно оплакивать ушедшее глобальное доминирование либерального миропорядка — или можем отпраздновать возвращение в мир политических альтернатив, понимая, что „вразумленный“ либерализм, оправившись от стремления к глобальной гегемонии, остается самой подходящей для XXI века политической идеей (курсив мой. — А. М.)». Но возможно ли нечто «самое подходящее», когда речь идет о бесконечно противоречивой, вечно тянущейся к прекрасному и невозможному человеческой душе? А если даже спуститься на землю, возможно ли устойчивое деление наций на учеников и учителей? Национальные республики оттолкнуло от Советского Союза постоянное вдалбливание благодетельной роли «старшего брата» — нужно ли повторять ошибку в мировом масштабе?

Всякое подчеркивание превосходства, а заслуженного особенно, вызывает зависть и протест. Зависть отчасти подавляется только общей целью. Но ее-то и отрицает индивидуалистический либерализм, нацеленный на личный успех.

Победа — вообще опасная штука: слишком многие в качестве побежденных жалки и завистливы, а в качестве победителей самодовольны и спесивы. Но, может быть, нужно желать победы не народов, не государств, а идей? Каких-то «измов»? Какой «изм» самый лучший — либерализм, социализм, анархизм, национализм, космополитизм?.. «Измы» должны обслуживать не только экономические или политические, но и психологические нужды. А поскольку душа человека стремится сразу ко многим противоречащим друг другу целям, то и всевозможные «измы» должны вечно бороться и вечно дополнять друг друга.

Что еще? Мир трагичен, всякий свет обманывает, светлое будущее невозможно — как бы ни совершенствовалась жизнь, наши требования к ней будут расти еще быстрее, каждая достигнутая цель всегда будет тонуть в лавине побочных следствий. Утонет и антизападничество, как временно утонуло западничество. Чтобы через какое-то время снова воскреснуть. Успех слишком соблазнителен, чтобы заурядные люди (а политики именно таковы) могли противостоять его обаянию. Но и вступать в неравноправные союзы они при их апломбе тоже не захотят — так этот маятник и будет колебаться, покуда настоящий конец истории всех не уравняет.

Зато идея «нормальности» представляется мне совершенно нежизнеспособной. И отдельные-то люди затоскуют, если не будут чувствовать себя хоть в чем-то неординарными, а народы, видимо, просто исчезнут, если не станут время от времени творить нечто невиданное — пусть даже в спорте. Не будет побед в мирных делах — потребуются компенсации в военных.

Мы столько лет твердили, что счастье маленького человека — единственная цель и оправдание государства, а затем клеймили его быдлом за то, что он по какой-то непостижимой глупости льнет не к маленькому личному хозяйству, но ко всяческим великим свершениям… Ибо он хорошо чувствует, что маленькое, пусть и миленькое, не защищает от ощущения мизерности и бренности, от них защищает только великое. И величие войны можно заслонить лишь величием мира. Если либерализм откажется от всего грандиозного, от всего героического, он без боя обеспечит торжество имитирующего героику популизма.

В шестидесятые годы военный романтизм начал было конвертироваться в романтизм научно-технический — полет Гагарина был звездным мигом этого нового романтизма, но как-то очень быстро все было свернуто в состязание по параметрам потребления, выигрыш в котором не мог бы обеспечить экзистенциальную защиту, если бы даже был возможен. Зато создавать нечто неординарное мы вовсе перестали.

Однако попранный романтизм начал снова искать применений в силовой сфере, тогда как, скажем, наука никаких чрезмерных жертв сегодня не требует. Нам достаточно отказаться от некоторой части банального, чтобы обрести шанс на неординарное. А именно причастность к неординарному едва ли не единственная оборона человека от чувства собственной мизерности и эфемерности, заставляющего искать избавление в алкоголе, наркотиках, немотивированной преступности, религиозном фанатизме, национализме, нацизме, сталинизме…

Противостоять этому уж никак не способен мелкотравчатый прагматический либерализм, нацеливать на небывалое может только либерализм романтический.

О котором, кажется, никто даже не помышляет.

Зато цветет и дурно пахнет лакейская версия либерализма, полагающая делом чести, доблести и геройства прислуживать богатым и влиятельным. От ревнителей лакейского либерализма никогда не услышишь недовольства по поводу бездарных дворцов, частных самолетов и футбольных команд, но стоит заговорить о неординарном научно-техническом проекте, как они встают на дыбы: сначала доведите уровень жизни до Норвегии, а тогда уж думайте о великом! И почему же им не жалко денег на дворцы, на ненужные обновления каких-нибудь смартфонов, а на науку жалко? Да потому что лакеи ненавидят недоступную им высоту помыслов и пользуются любым поводом, чтобы ее убить.

Так что и у лакейского либерализма тоже можно брать уроки — выслушивать и поступать наоборот.

Всем читателям!

Чтобы получить журнал с доставкой в любой адрес, надо оформить подписку в почтовом отделении по
«Объединенному каталогу ПРЕССА РОССИИ «Подписка – 2021»
Полугодовая подписка по индексу: 42215
Годовая подписка по индексу: 71767
Группа компаний «Урал-пресс»
ural-press.ru
Подписное агентство "Прессинформ"
ООО "Прессинформ"

В Москве свежие номера "Звезды" можно приобрести в книжном магазине "Фаланстер" по адресу Малый Гнездниковский переулок, 12/27



Жизнь и творчество Льва Друскина (1921-1990), одного из наиболее значительных поэтов второй половины ХХ века, неразрывно связанные с его родным городом, стали органически необходимым звеном между поэтами Серебряного века и новым поколением питерских поэтов шестидесятых годов. Унаследовав от Маршака (своего первого учителя) и дружившей с ним Анны Андреевны Ахматовой привязанность к традиционной силлабо-тонической русской поэзии, он, по существу, является предтечей ленинградской школы поэтов, с которой связаны имена Иосифа Бродского, Александра Кушнера и Виктора Сосноры.
Цена: 250 руб.




А.Б. Березин – физик, сотрудник Физико-технического института им. А.Ф. Иоффе в 1952-1987 гг., занимался исследованиями в области физики плазмы по программе управляемого термоядерного синтеза. Занимал пост ученого секретаря Комиссии ФТИ по международным научным связям. Был представителем Союза советских физиков в Европейском физическом обществе, инициатором проведения конференции «Ядерная зима». В 1989-1991 гг. работал в Стэнфордском университете по проблеме конверсии военных технологий в гражданские.
Автор сборников рассказов «Пики-козыри (2007) и «Самоорганизация материи (2011), опубликованных издательством «Пушкинский фонд».
Цена: 250 руб.



Литературный критик Игорь Сергеевич Кузьмичев – автор десятка книг, в их числе: «Писатель Арсеньев. Личность и книги», «Мечтатели и странники. Литературные портреты», «А.А. Ухтомский и В.А. Платонова. Эпистолярная хроника», «Жизнь Юрия Казакова. Документальное повествование». br> В новый сборник Игоря Кузьмичева включены статьи о ленинградских авторах, заявивших о себе во второй половине ХХ века, с которыми Игорь Кузьмичев сотрудничал и был хорошо знаком: об Олеге Базунове, Викторе Конецком, Андрее Битове, Викторе Голявкине, Александре Володине, Вадиме Шефнере, Александре Кушнере и Александре Панченко.
Цена: 300 руб.

Алексей Пурин - Незначащие речи


В книге впервые публикуются стихотворения Алексея Пурина 1976-1989 годов.
Алексей Арнольдович Пурин (1955, Ленинград) — поэт, эссеист, переводчик. С 1989 г. заведует отделом поэзии, а с 2002 г. также и отделом критики петербургского журнала «Звезда». В 1995–2009 гг. соредактор литературного альманаха «Urbi» (Нижний Новгород — Прага — С.-Петербург; вышли в свет шестьдесят два выпуска). Автор двух десятков стихотворных сборников (включая переиздания) и трех книг эссеистики. Переводит голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой) и немецких поэтов, вышли в свет шесть книг переводов. Лауреат премий «Северная Пальмира» (1996, 2002), «Честь и свобода» (1999), журналов «Новый мир» (2014) и «Нева» (2014). Участник 32-го ежегодного Международного поэтического фестиваля в Роттердаме (2001) и др. форумов. Произведения печатались в переводах на английский, голландский, итальянский, литовский, немецкий, польский, румынский, украинский, французский и чешский, в т. ч. в представительных антологиях.
Цена: 130 руб.

Михаил Петров - Огонь небесный


Михаил Петрович Петров, доктор физико-математических наук, профессор, занимается исследованиями в области управляемого термоядерного синтеза, главный научный сотрудник Физико-технического института им. А.Ф. Иоффе. Лауреат двух Государственных премий СССР. В 1990 – 2000 работал приглашенным профессором в лабораториях по исследованию управляемого термоядерного синтеза в Мюнхене (ФРГ), Оксфорде (Великобритания) и Принстоне (США), Научный руководитель работ по участию ФТИ в создании Международного термоядерного реактора.
В книге «Огонь небесный» отражен незаурядный опыт не только крупного ученого, но и писателя, начинавшего литературный путь еще в начале шестидесятых. В нее вошли рассказы тех лет, воспоминания о научной работе в Англии и США, о дружбе с Иосифом Бродским, кинорежиссером Ильей Авербахом и другими незаурядными людьми ленинградской культуры.
Цена: 300 руб.

Мириам Гамбурд - Гаргулья


Мириам Гамбурд - известный израильский скульптор и рисовальщик, эссеист, доцент Академии искусств Бецалель в Иерусалиме, автор первого в истории книгопечатания альбома иллюстраций к эротическим отрывкам из Талмуда "Грех прекрасен содержанием. Любовь и "мерзость" в Талмуде Мидрашах и других священных еврейских книгах".
"Гаргулья" - собрание прозы художника, чей глаз точен, образы ярки, композиция крепка, суждения неожиданны и парадоксальны. Книга обладает всеми качествами, привлекающими непраздного читателя.
Цена: 400 руб.

Калле Каспер - Ночь - мой божественный анклав


Калле Каспер (род. в 1952 г.) — эстонский поэт, прозаик, драматург, автор пяти стихотворных книг и нескольких романов, в том числе эпопеи «Буриданы» в восьми томах и романа «Чудо», написанного на русском. В переводе на русский язык вышла книга стихов «Песни Орфея» (СПб., 2017).
Алексей Пурин (род. в 1955 г.) — русский поэт, эссеист, переводчик, автор семи стихотворных книг, трех книг эссеистики и шести книг переводов.
Цена: 130 руб.

Алексей Пурин - Незначащие речи


Алексей Арнольдович Пурин (1955, Ленинград) — поэт, эссеист, переводчик. С 1989 г. заведует отделом поэзии, а с 2002 г. также и отделом критики петербургского журнала «Звезда». В 1995–2009 гг. соредактор литературного альманаха «Urbi» (Нижний Новгород — Прага — С.-Петербург; вышли в свет шестьдесят два выпуска). Автор двух десятков стихотворных сборников (включая переиздания) и трех книг эссеистики. Переводит голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой) и немецких поэтов, вышли в свет шесть книг переводов. Лауреат премий «Северная Пальмира» (1996, 2002), «Честь и свобода» (1999), журналов «Новый мир» (2014) и «Нева» (2014). Участник 32-го ежегодного Международного поэтического фестиваля в Роттердаме (2001) и др. форумов. Произведения печатались в переводах на английский, голландский, итальянский, литовский, немецкий, польский, румынский, украинский, французский и чешский, в т. ч. в представительных антологиях.
В книге впервые публикуются ранние стихотворения автора.
Цена: 130 руб.
Моя жизнь - театр. Воспоминания о Николае Евреинове


Эта книга посвящена одному из творцов «серебряного века», авангардному преобразователю отечественной сцены, режиссеру, драматургу, теоретику и историку театра Николаю Николаевичу Евреинову (1879-1953). Она написана его братом, доктором технических наук, профессором Владимиром Николаевичем Евреиновым (1880-1962), известным ученым в области гидравлики и гидротехники. После смерти брата в Париже он принялся за его жизнеописание, над которым работал практически до своей кончины. Воспоминания посвящены доэмигрантскому периоду жизни Николая Евреинова, навсегда покинувшего Россию в 1925 году. До этого времени общение братьев было постоянным и часто происходило именно у Владимира, так как он из всех четверых братьев и сестер Евреиновых оставался жить с матерью, и его дом являлся притягательным центром близким к семье людей, в том числе друзей Николая Николаевича - Ю. Анненкова, Д. Бурлюка, В.Каменского, Н. Кульбина, В. Корчагиной-Алексан-дровской, Л. Андреева, М. Бабенчикова и многих других. В семье Евреиновых бережно сохранились документы, фотографии, письма того времени. Они нашли органичное место в качестве иллюстраций, украшающих настоящую книгу. Все они взяты из домашнего архива Евреиновых-Никитиных в С.-Петербурге. Большая их часть публикуется впервые.
Цена: 2000 руб.

Пасынки поздней империи


Книга Леонида Штакельберга «Пасынки поздней империи» состоит из одной большой повести под таким же названием и нескольких документальных в основе рассказов-очерков «Призывный гул стадиона», «Камчатка», «Че», «Отец». Проза Штакельберга столь же своеобразна, сколь своеобразным и незабываемым был сам автор, замечательный рассказчик. Повесть «пасынки поздней империи» рассказывает о трудной работе ленинградских шоферов такси, о их пассажирах, о городе, увиденном из окна машины.
«Призывный гул стадиона» - рассказ-очерк-воспоминание о ленинградских спортсменах, с которыми Штакельбергу довелось встречаться. Очерк «Отец» - подробный и любовный рассказ об отце, научном сотруднике Института имени Лесгафта, получившем смертельное ранение на Ленинградском фронте.
Цена: 350 руб.

Власть слова и слово власти


Круглый стол «Власть слова и слово власти» посвящен одному из самых драматических социокультурных событий послевоенного времени – Постановлению Оргбюро ЦК ВКП(б) о журналах «Звезда» и «Ленинград» 1946 г.
Цена: 100 руб.



Елена Кумпан «Ближний подступ к легенде»


Книга Елены Андреевны Кумпан (1938-2013) рассказывает об уходящей культуре 1950 – 1960-х годов. Автор – геолог, поэт, экскурсовод – была дружна со многими выдающимися людьми той бурной эпохи. Герои ее воспоминаний – поэты и писатели Андрей Битов, Иосиф Бродский, Александр Городницкий, Рид Грачев, Александр Кушнер, Глеб Семенов, замечательные ученые, литераторы, переводчики: Л.Я. Гтнзбург, Э.Л. Линецкая, Т.Ю. Хмельницкая, О.Г. Савич, Е.Г. Эткинд, Н.Я. Берковский, Д.Е. Максимов, Ю.М. Лотман и многие другие
Книга написана увлекательно и содержит большой документальный материал, воссоздающий многообразную и сложную картину столь важной, но во многом забытой эпохи. Издание дополнено стихами из единственного поэтического сборника Елены Кумпан «Горсти» (1968).
Цена: 350 руб.


Елена Шевалдышева «Мы давно поменялись ролями»


Книга тематически разнообразна: истории из пионервожатской жизни автора, повесть об отце, расследование жизни и судьбы лейтенанта Шмидта, события финской войны, история поисков и открытий времен Великой Отечественной войны.
Цена: 250 руб.


Нелла Камышинская «Кто вас любил»


В сборнике представлены рассказы, написанные в 1970-1990-ж годах. То чему они посвящены, не утратило своей актуальности, хотя в чем-то они, безусловно, являются замечательным свидетельством настроений того времени.
Нелла Камышинская родилась в Одессе, жила в Киеве и Ленинграде, в настоящее время живет в Германии.
Цена: 250 руб.


Национальный книжный дистрибьютор
"Книжный Клуб 36.6"

Офис: Москва, Бакунинская ул., дом 71, строение 10
Проезд: метро "Бауманская", "Электрозаводская"
Почтовый адрес: 107078, Москва, а/я 245
Многоканальный телефон: +7 (495) 926- 45- 44
e-mail: club366@club366.ru
сайт: www.club366.ru