ПОЭЗИЯ И ПРОЗА

Марлен Хаусхофер

Неожиданная встреча со странным

 

Около полуночи гости ей просто осточертели. Пришло самое время всем напомнить, что пора расходиться. А это довольно сложно, если не хочешь прослыть вконец невежливой. Похоже, растекшиеся по креслам и дивану гости были просто не в состоянии сохранять человеческий облик. Отвратительное зрелище — люди средних лет, вдрызг напившиеся и накурившиеся до одури, когда им давно пора спать. Она уже долгие годы считала, что через два часа любой компании самое время расходиться. Именно потому, что приглашенные, по большей части, как раз и могли (если вообще могли) вести более-менее осмысленный разговор именно в это время. Затем алкоголь делал их тупыми или же пошлыми и агрессивными.

Сама она выпила лишь немного виски, сильно разбавленного содовой. Опьянение было ей так отвратительно, что невыносимым делался даже просто вид пьяных.

Окинув взглядом каждого из гостей по очереди, она задалась вопросом: почему, не успев толком присесть, они тут же начинают накачиваться алкоголем? И в трезвом-то виде не слишком привлекательные, теперь они вселяли лишь ужас и отвращение.

Отчасти устыдившись подобных мыслей, она припомнила: как-то муж сказал, что у нее взгляд бесчувственный. Он, разумеется, прав. Взяв себя в руки, она попыталась найти в гостях хоть что-нибудь привлекательное, но ничего не вышло. Они всегда были и навсегда останутся никчемными людишками, их никто и не подумал бы приглашать, не будь они богаты или не обладай какими-то другими преимуществами. Свыкнуться с этим никак не получалось. Ей было известно, что муж их презирал и просто использовал, и это было чем-то неприятно. Ясно, что многое идет не так, как надо, но тут ничего не поделаешь, просто ни в коем случае не следует считать такой ход вещей правильным и пристойным.

Мужчины тем временем бесцеремонно, не давая присутствующим дамам и слова вставить, препирались по поводу последнего коррупционного скандала. Они орали так, что было невозможно вставить ни словечка, и дамы откровенно скучали, это бы и слепой заметил. Она видела, что муж постоянно пытается хоть как-то наладить общий разговор, обращаясь к дамам с вопросами. Безнадежно. Ему было не перекричать вселенский хай.

Мужчины, судя по всему, окончательно слетели с катушек. Они препирались, размахивали бокалами и сигаретами; все это выглядело так, словно они, сцепившись, прямо сейчас повалятся на ковер и проявят, наконец, свою истинную натуру, не декорированную деньгами и титулами.

Вдруг она осознала, что происходящее вызывает в ней насмешливую издевку. Подступающий смех сдерживало лишь сочувствие мужу. Сквозь пелену табачного дыма она различала его лицо, думая о том, с каким бы удовольствием он спустил всю эту мразь с лестницы, если бы только мог себе это позволить. А то, что он не мог себе этого позволить, иногда ожесточало ее и делало предвзятой. Что это за мир, где мужчина не может поступить, как должен, хотя бы из самоуважения?

Давно уже любовь, что она испытывала к нему, все больше оказывалась сочувствием, и сочувствие это, похоже, теперь стремилось перейти еще во что-то. Этого она очень боялась, но не понимала, как противостоять таким настроениям.

Она бросила взгляд на часы. В комнате было так накурено, что циферблат стал почти неразличим. Встав, она приоткрыла окно. Подбадривающе улыбнулась мужу, больше ничего она сделать для него не могла. И направилась к двери. Нужно сварить кофе, может, тогда гости наконец сообразят, что пора по домам. Разумеется, могло получиться и ровно наоборот, с этой публикой все возможно. Внезапно крики смолкли. Присутствующие погрузились в апатию, и это тоже было опасно. Неужели они прямо тут и уснут? Толстый адвокат уже задремал. Свесил голову на грудь. Если бы он только знал, как выглядит во сне, так спал бы, закрывшись на все замки. Нельзя сказать, чтобы бодрствующим и трезвым он выглядел намного лучше, но, если не глядеть в его хитрющие глазки, можно было и впрямь счесть его всего лишь мерзким чучелом.

Бросив еще один взгляд на мужа, изо всех сил старавшегося, судя по всему, поддерживать беседу с дамами, — его лицо от усталости посерело, — она выскользнула из комнаты, в которой ни один человек, кроме него, не обратил на это внимания.

В ванной зеркало подтвердило, что она выглядит ничуть не лучше гостей. Вечер вообще был не ее временем. Никогда не был, а год назад ее лицо начало меняться. Оно все больше утрачивало нежные и четкие очертания, словно плоть отделялась от костей и оплывала. Заметнее всего — утром и поздним вечером. Обвисли не только щеки, но и уголки глаз, и веки, что делало взгляд туманным, а выражение лица — меланхоличным. Она зло улыбнулась отражению. К чему эти глупости? Просто она выглядит старой и усталой. Это, однако, не так уж важно, непонятно, отчего это гадкое превращение так ее волнует.

Проведя помадой по губам — рот у нее всегда был самым привлекательным — она неожиданно забыла, что же собиралась сделать, и замерла на некоторое время с пудреницей в одной руке и пуховкой в другой, бездумно глядя в зеркало. Потом закрыла пудреницу, так ею и не воспользовавшись, и вдруг поняла, что находится в спальне. Не могла сообразить, что же ей там надо, может, носовой платок? Так и не вспомнила.

От усталости она не решилась даже присесть и осталась стоять посреди комнаты. Окно было распахнуто настежь, тусклый свет фонаря у ворот парка падал в комнату. Желтый мутный свет, едва пробивающийся сквозь туман. Ей нравился туман, он делал парк таинственным. Она тогда забывала, что живет в большом городе. Туманными ночами даже уличный шум делался далеким и тихим, а лязг трамвая казался приглушенным воплем хищника в джунглях.

Она знала: парк на самом деле маленький, зато деревья в нем — старые и высокие. Такими ночами, как сегодня, можно было различить лишь силуэты старых буков и думать, что ему нет конца. Иногда он ей снился, во сне он был огромным, мягкие газоны с раскиданными по ним купами мощных деревьев. Все там было округлым: деревья — могучие шары листьев, холмистые лужайки и облака во влажном синем небе — как белые ватные клубки. В самом сердце парка росла огромная плакучая ива, отражаясь в маленьком круглом пруду. И все окутывает ничем не нарушаемое безмолвие ожидания. Ей очень хотелось узнать, чего же ждет парк, но сон всегда заканчивался слишком рано.

Глядя в окно на едва пробивающийся свет фонаря, она не могла не припомнить этот сон. В тумане настоящий парк манил совсем иначе, чем парк из сновидений. Войди туда — заблудишься и не вернешься вовеки, поэтому в туманные дни она предпочитала обходить его стороной. А при свете дня парк был совершенно обыкновенным и совсем маленьким, как великое множество других парков с неровно подстриженными газонами и довольно запущенными аллеями, усыпанными гравием, по которым гуляли старики и матери с колясками.

Даже сейчас, в полночь, слышался далекий уличный шум, как морской прибой, что бьется в тумане о парковую ограду.

Ее муж и не знал, какое несоразмерно большое место занимал в ее мыслях этот забавный парк, каких только фантазий она с ним ни связывала. Он бы, конечно, лишь добродушно улыбнулся и счел ее выдумщицей. Но ей никогда не хотелось рассказать ему о парке. Она вообще никогда не рассказывала ему об очень многом и полагала, что он поступает точно так же.

Из гостиной не доносилось ни звука, наверное, все мужчины уснули, лишь ее муж продолжал биться над неразрешимой задачей: как быть гостеприимным хозяином и развлекать этих кошмарных баб. Она пожалела его, потом снова рассердилась и отчасти презрительно, отчасти безжалостно пожелала ему, чтобы гости вообще никогда не расходились. Потом сообразила, что ее это коснется тоже, и вспомнила, что собиралась сварить кофе. Тем не менее осталась стоять у окна, чувствуя, как ее легкие впитывают нежную прохладную влагу.

Большой дом был старым, совершенно неухоженным и чуть ли не разваливался. Чтобы в нем хоть как-то жить, им пришлось потратить кучу денег. Но она и сейчас чувствовала себя совершенно счастливой оттого, что им удалось найти этот старый дом после того, как они столько лет мучились в новостройке со всеми удобствами, завывающими водопроводными трубами и свистящими трубами центрального отопления, галдящими детьми, гавкающими собаками, хлопающими дверями и орущими радиоприемниками. Муж, не столь чувствительный к шуму, некоторое время ворчал, однако признал в конце концов, что этот дом — истинный оазис покоя.

Неожиданно ей ужасно захотелось надеть пальто и выйти в парк. Но желание это тут же обернулось страхом. Она вспомнила, что и сны всегда заканчивались испугом, и удивилась, как же забыла об этом. Сделав шаг назад, она почти собралась идти на кухню и сварить кофе для тех отвратительных людишек. Не представляя себе, сколько времени могло пройти, все же решила, что вряд ли стояла у окна дольше десяти минут.

В эту минуту мимо проехала машина, и в то же время глаза ей прикрыли чьи-то ладони. Она не испугалась, просто удивилась. Наверное, за шумом машин она не расслышала шагов.

При прикосновении чьих-то ладоней она машинально закрыла глаза. Неизвестный нежно и осторожно провел пальцами по ее векам, следуя за выпуклостью глазных яблок. Не чувствуя ничего, кроме кончиков чьих-то пальцев, она все же знала, что это — мужчина, немного выше нее ростом. Она ощутила слабый запах табачного дыма, но с той же вероятностью он мог исходить и от ее собственной одежды, после этакого вечера.

Она размышляла, стоит ли как-то отозваться на прикосновение — рассмеяться или закричать и обернуться, но время было упущено, теперь ее реакция могла показаться неуместной. Поэтому она просто стояла, не двигаясь. Это очень утомляло. Вернее, она только теперь заметила, как устала. Не только этой ночью, но за долгие годы, что заставили опуститься уголки ее рта, а щеки — обвиснуть.

Незнакомые пальцы едва ощутимо давили ей на глаза, и за сомкнутыми веками всплывали светлые пятна: круги, четырехугольники и спирали. Ей показалось, что эти манипуляции чужих рук с ее глазами должны что-то значить, но не понимала — что; одновременно они походили и на врачебное обследование, и на ласку. Лучше всего — подчиниться и не сопротивляться.

Наконец пятна приобрели очертания фонаря. Как раз тогда, когда давление готово было превратиться в боль, а желтый свет — в пылающее солнце, пальцы исчезли. Даже не коснувшись ее висков. Ковер заглушил все звуки… А может, шагов и вовсе не было?

Она тихо кашлянула, просто чтобы убедиться, что со слухом у нее всё в порядке. Разумеется, слышала она прекрасно, как всегда. Поскольку не хотелось даже подумать, что она — не в себе, она задумалась над тем, кем бы мог быть этот мужчина у нее за спиной. От двоих из гостей можно было ожидать, что они, выпив, осмелятся на столь безвкусную шутку. Но человек в ее спальне не был навеселе и точно не шутил. В голове у нее крутились сила, ярость, боль и желание, и было очевидно, что такое не подходит ни к одному из гостей.

Невольно покачав головой, она просто пошла на кухню варить кофе. Это заняло около четверти часа. Составив все на поднос, она уже было направилась в гостиную, как вдруг поняла, что в доме все стихло. Кухня, правда, была в другом конце коридора, но уж шум-то должен был доноситься. Неужели все и в самом деле уснули? Уму непостижимо!

Поставив поднос на кухонный стол, она скинула фартук и устремилась в гостиную. Гости не спали — они просто исчезли! В гостиной был дикий кавардак, на столе, в больших лужах чего-то красного — два опрокинутых бокала.

Это было выше ее понимания. Уйти, не попрощавшись с хозяйкой дома, — такого она не ожидала даже от подобного сброда. Чтобы чем-нибудь занять себя, она распахнула все окна — проветрить комнату. Однако было так безветренно, что в комнату проникал лишь туман, мешаясь с табачным дымом. Очень нескоро тут снова будет можно дышать.

Потом в коридоре раздались шаги и на пороге появился ее муж. Из-за дыма и тумана она плохо различала его лицо, но он не был похож на себя. Казалось, он запыхался и совершенно не хочет спать. Он вдруг сказал:

— Хочешь — верь, хочешь — нет, но я выгнал их всех вон. Просто сил уже не было!

Потом рассмеялся. Она не помнила, чтобы он раньше так смеялся.

Она скользнула к нему сквозь дым и туман и обняла его за шею. Его лицо и пиджак оказались влажными, от него пахло мокрой листвой. И хоть он сейчас очень походил на ее мужа, все-таки это был незнакомец, пришедший из огромного туманного парка, чтобы забрать ее с собой. Она тоже рассмеялась. Они неподвижно стояли, крепко обнявшись, в облаках дыма и тумана.

 


Марлен Хаусхофер (1920—1970) — одна из ведущих писательниц послевоенной Австрии. Автор романов «Дверь-невидимка» (1957), «Мансарда» (1969), нескольких сборников рассказов, детских книг. Самое знаменитое произведение Хаусхофер — роман-антиутопия «Стена» (1963) — переведено на русский язык (1994).
Перевод выполнен по изданию: Marlen Haushofer. Begegnung mit dem Fremden. Dussel­dorf, 1985.

 

Перевод Елены Крепак

 

 

Глубокоуважаемые и дорогие читатели и подписчики «Звезды»! Рады сообщить вам, что журнал вошел в график выпуска номеров: июньский номер распространяется, 23-24 июля поступит в редакцию и начнется рассылка подписчикам июльского. Сердечно благодарим вас за понимание сложившейся ситуации.
Редакция «Звезды».
30 января
В редакции «Звезды» вручение премий журнала за 2019 год.
Начало в 18-30.
31 октября
В редакции «Звезды» презентация книги: Борис Рогинский. «Будь спок. Шестидесятые и мы».
Начало в 18-30.
Смотреть все новости

Всем читателям!

Чтобы получить журнал с доставкой в любой адрес, надо оформить подписку в почтовом отделении по
«Объединенному каталогу ПРЕССА РОССИИ «Подписка – 2021»
Полугодовая подписка по индексу: 42215
Годовая подписка по индексу: 71767
Группа компаний «Урал-пресс»
ural-press.ru
Подписное агентство "Прессинформ"
ООО "Прессинформ"

В Москве свежие номера "Звезды" можно приобрести в книжном магазине "Фаланстер" по адресу Малый Гнездниковский переулок, 12/27


Мириам Гамбурд - Гаргулья


Мириам Гамбурд - известный израильский скульптор и рисовальщик, эссеист, доцент Академии искусств Бецалель в Иерусалиме, автор первого в истории книгопечатания альбома иллюстраций к эротическим отрывкам из Талмуда "Грех прекрасен содержанием. Любовь и "мерзость" в Талмуде Мидрашах и других священных еврейских книгах".
"Гаргулья" - собрание прозы художника, чей глаз точен, образы ярки, композиция крепка, суждения неожиданны и парадоксальны. Книга обладает всеми качествами, привлекающими непраздного читателя.
Цена: 400 руб.

Калле Каспер - Ночь - мой божественный анклав


Калле Каспер (род. в 1952 г.) — эстонский поэт, прозаик, драматург, автор пяти стихотворных книг и нескольких романов, в том числе эпопеи «Буриданы» в восьми томах и романа «Чудо», написанного на русском. В переводе на русский язык вышла книга стихов «Песни Орфея» (СПб., 2017).
Алексей Пурин (род. в 1955 г.) — русский поэт, эссеист, переводчик, автор семи стихотворных книг, трех книг эссеистики и шести книг переводов.
Цена: 130 руб.

Евгений Каинский - Порядок вещей


Евгений Каминский — автор почти двадцати прозаических произведений, в том числе рассказов «Гитара и Саксофон», «Тихий», повестей «Нюшина тыща», «Простая вещь», «Неподъемная тяжесть жизни», «Чужая игра», романов «Раба огня», «Князь Долгоруков» (премия им. Н. В. Гоголя), «Легче крыла мухи», «Свобода». В каждом своем очередном произведении Каминский открывает читателю новую грань своего таланта, подчас поражая его неожиданной силой слова и глубиной образа.
Цена: 200 руб.
Алексей Пурин - Незначащие речи


Алексей Арнольдович Пурин (1955, Ленинград) — поэт, эссеист, переводчик. С 1989 г. заведует отделом поэзии, а с 2002 г. также и отделом критики петербургского журнала «Звезда». В 1995–2009 гг. соредактор литературного альманаха «Urbi» (Нижний Новгород — Прага — С.-Петербург; вышли в свет шестьдесят два выпуска). Автор двух десятков стихотворных сборников (включая переиздания) и трех книг эссеистики. Переводит голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой) и немецких поэтов, вышли в свет шесть книг переводов. Лауреат премий «Северная Пальмира» (1996, 2002), «Честь и свобода» (1999), журналов «Новый мир» (2014) и «Нева» (2014). Участник 32-го ежегодного Международного поэтического фестиваля в Роттердаме (2001) и др. форумов. Произведения печатались в переводах на английский, голландский, итальянский, литовский, немецкий, польский, румынский, украинский, французский и чешский, в т. ч. в представительных антологиях.
В книге впервые публикуются ранние стихотворения автора.
Цена: 130 руб.
Моя жизнь - театр. Воспоминания о Николае Евреинове


Эта книга посвящена одному из творцов «серебряного века», авангардному преобразователю отечественной сцены, режиссеру, драматургу, теоретику и историку театра Николаю Николаевичу Евреинову (1879-1953). Она написана его братом, доктором технических наук, профессором Владимиром Николаевичем Евреиновым (1880-1962), известным ученым в области гидравлики и гидротехники. После смерти брата в Париже он принялся за его жизнеописание, над которым работал практически до своей кончины. Воспоминания посвящены доэмигрантскому периоду жизни Николая Евреинова, навсегда покинувшего Россию в 1925 году. До этого времени общение братьев было постоянным и часто происходило именно у Владимира, так как он из всех четверых братьев и сестер Евреиновых оставался жить с матерью, и его дом являлся притягательным центром близким к семье людей, в том числе друзей Николая Николаевича - Ю. Анненкова, Д. Бурлюка, В.Каменского, Н. Кульбина, В. Корчагиной-Алексан-дровской, Л. Андреева, М. Бабенчикова и многих других. В семье Евреиновых бережно сохранились документы, фотографии, письма того времени. Они нашли органичное место в качестве иллюстраций, украшающих настоящую книгу. Все они взяты из домашнего архива Евреиновых-Никитиных в С.-Петербурге. Большая их часть публикуется впервые.
Цена: 2000 руб.


Калле Каспер - Песни Орфея


Калле Каспер (род. в 1952 г.) – эстонский поэт, прозаик, драматург, автор шести стихотворных книг и нескольких романов, в том числе эпопеи «Буриданы» в восьми томах и романа «Чудо», написанного на русском. «Песни Орфея» (2017) посвящены памяти жены поэта, писательницы Гоар Маркосян-Каспер.
Алексей Пурин (род. в 1955 г.) – русский поэт, эссеист, переводчик, автор семи стихотворных книг, трех книг эссеистики и шести книг переводов.
Цена: 130 руб.


Пасынки поздней империи


Книга Леонида Штакельберга «Пасынки поздней империи» состоит из одной большой повести под таким же названием и нескольких документальных в основе рассказов-очерков «Призывный гул стадиона», «Камчатка», «Че», «Отец». Проза Штакельберга столь же своеобразна, сколь своеобразным и незабываемым был сам автор, замечательный рассказчик. Повесть «пасынки поздней империи» рассказывает о трудной работе ленинградских шоферов такси, о их пассажирах, о городе, увиденном из окна машины.
«Призывный гул стадиона» - рассказ-очерк-воспоминание о ленинградских спортсменах, с которыми Штакельбергу довелось встречаться. Очерк «Отец» - подробный и любовный рассказ об отце, научном сотруднике Института имени Лесгафта, получившем смертельное ранение на Ленинградском фронте.
Цена: 350 руб.

Власть слова и слово власти


Круглый стол «Власть слова и слово власти» посвящен одному из самых драматических социокультурных событий послевоенного времени – Постановлению Оргбюро ЦК ВКП(б) о журналах «Звезда» и «Ленинград» 1946 г.
Цена: 100 руб.



Елена Кумпан «Ближний подступ к легенде»


Книга Елены Андреевны Кумпан (1938-2013) рассказывает об уходящей культуре 1950 – 1960-х годов. Автор – геолог, поэт, экскурсовод – была дружна со многими выдающимися людьми той бурной эпохи. Герои ее воспоминаний – поэты и писатели Андрей Битов, Иосиф Бродский, Александр Городницкий, Рид Грачев, Александр Кушнер, Глеб Семенов, замечательные ученые, литераторы, переводчики: Л.Я. Гтнзбург, Э.Л. Линецкая, Т.Ю. Хмельницкая, О.Г. Савич, Е.Г. Эткинд, Н.Я. Берковский, Д.Е. Максимов, Ю.М. Лотман и многие другие
Книга написана увлекательно и содержит большой документальный материал, воссоздающий многообразную и сложную картину столь важной, но во многом забытой эпохи. Издание дополнено стихами из единственного поэтического сборника Елены Кумпан «Горсти» (1968).
Цена: 350 руб.


Елена Шевалдышева «Мы давно поменялись ролями»


Книга тематически разнообразна: истории из пионервожатской жизни автора, повесть об отце, расследование жизни и судьбы лейтенанта Шмидта, события финской войны, история поисков и открытий времен Великой Отечественной войны.
Цена: 250 руб.


Нелла Камышинская «Кто вас любил»


В сборнике представлены рассказы, написанные в 1970-1990-ж годах. То чему они посвящены, не утратило своей актуальности, хотя в чем-то они, безусловно, являются замечательным свидетельством настроений того времени.
Нелла Камышинская родилась в Одессе, жила в Киеве и Ленинграде, в настоящее время живет в Германии.
Цена: 250 руб.


Александр Кушнер «Избранные стихи»


В 1962 году, более полувека назад, вышла в свет первая книга стихов Александра Кушнера. С тех пор им написано еще восемнадцать книг - и составить «избранное» из них – непростая задача, приходится жертвовать многим ради того, что автору кажется сегодня лучшим. Читатель найдет в этом избранном немало знакомых ему стихов 1960-1990-х годов, сможет прочесть и оценить то, что было написано уже в новом XXI веке.
Александра Кушнера привлекает не поверхностная, формальная, а скрытая в глубине текста новизна. В одном из стихотворений он пишет, что надеется получить поэтическую премию из рук самого Аполлона: «За то, что ракурс свой я в этот мир принес / И непохожие ни на кого мотивы…»
И действительно, читая Кушнера, поражаешься разнообразию тем, мотивов, лирических сюжетов – и в то же время в каждом стихотворении безошибочно узнается его голос, который не спутать ни с чьим другим. Наверное, это свойство, присущее лишь подлинному поэту, и привлекает к его стихам широкое читательское внимание и любовь знатоков.
Цена: 400 руб.


Л. С. Разумовский - Нас время учило...


Аннотация - "Нас время учило..." - сборник документальной автобиографической прозы петербургского скульптора и фронтовика Льва Самсоновича Разумовского. В сборник вошли две документальные повести "Дети блокады" (воспоминания автора о семье и первой блокадной зиме и рассказы о блокаде и эвакуации педагогов и воспитанников детского дома 55/61) и "Нас время учило..." (фронтовые воспоминания автора 1943-1944 гг.), а также избранные письма из семейного архива и иллюстрации.
Цена: 400 руб.


Алексей Пурин. Почтовый голубь


Алексей Арнольдович Пурин (род. в 1955 г. в Ленинграде) — поэт, эссеист, переводчик. Автор пятнадцати (включая переиздания) стихотворных сборников и трех книг эссеистики. Переводит немецких и голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой ) поэтов, опубликовал пять книг переводов. Лауреат Санкт-Петербургской литературной премии «Северная Пальмира» (1996, 2002) и др.
В настоящем издании представлены лучшие стихи автора за четыре десятилетия литературной работы, включая новую, седьмую, книгу «Почтовый голубь» и полный перевод «Сонетов к Орфею» Р.-М. Рильке.
Цена: 350 руб.


Национальный книжный дистрибьютор
"Книжный Клуб 36.6"

Офис: Москва, Бакунинская ул., дом 71, строение 10
Проезд: метро "Бауманская", "Электрозаводская"
Почтовый адрес: 107078, Москва, а/я 245
Многоканальный телефон: +7 (495) 926- 45- 44
e-mail: club366@club366.ru
сайт: www.club366.ru