ПОЭЗИЯ И ПРОЗА

АСЯ УМАРОВА

«Бегом с пакетом на голове»

 

— Этот человек не сделал мне ничего ни плохого, ни хорошего, но я его… не люблю.

После такого заключения вслух, хотя о нем никто и не просил, папа щурил глаза, скептически осматривал незнакомца на экране телевизора и энергично нажимал на кнопку пульта, переключая канал. Под папин бан попадали в хаотичном порядке все: и певцы, и политики, и правозащитники, и спортсмены… Это походило на безразличную к цели русскую рулетку. Только пули в ней никого не поражали. А еще папа часто вставлял в разговор слово «категорически», причем первую половину слова произносил по слогам. В разные периоды жизни им овладевало пристрастие к определенным словам. К примеру, речь могла идти о выборе места в огороде для посадки моркови: «Я ка-те-го-рически против! Выберем место рядом с кукурузой». Однажды в жаркой дискуссии с односельчанами, решая вопрос продажи пастбищных земель, после которой уже негде было бы пасти скот, он в сердцах бросил незнакомому покупателю: «Вот бы тебя ударить по лицу, так… слегка… тыльной стороной ладони…» По дороге домой, еле успевая обегать дождевые лужи, я не упустила возможности и поинтересовалась:

— Почему же все-таки именно так, а не иначе ударить?

— Потому что это было бы за честь принять правильный удар, такое еще надо заслужить, — получила я ответ.

Однажды папа заменял проржавевшие водопроводные трубы и по этому случаю перерыл вдоль и поперек всю землю вокруг дома в селе Садовое, так что эти его каналы напоминали маленькие окопы. Я свалилась в один из них, но вовсе не из-за иллюзорной войны, а из-за привычки мечтательно рассматривать закаты, рассветы, звезды, солнце и луну, не замечая, что происходит под ногами. Папа демонстративно не обращал внимания на то, что я ушиблась. Он так увлекся процессом ремонта, что не заметил, как в спешке после завтрака натянул на голову мою желтую шапку с двумя бубенчиками. Я крикнула:

— Папа! Я упала!

А он стоял рядом и, не отрываясь от бумаги, с неподдельным любопытством изучал карту с трубами и планом дома.

— Подойди ко мне, я тебя подниму.

Я запнулась:

— Это как? Но если я к тебе подойду, то… получается, что я уже больше не буду лежать. И мне не потребуется твоя помощь?

— Логично. Получается, что так, — улыбнулся папа. Наверное, после этого случая я научилась думать.

Папа познакомился с мамой еще в школе. Она поразила его хитростью. Зимой папа увидел ее у сугроба, с аппетитом уплетающую мокрый снег, как будто это была ореховая халва.

— Ты что, дура? Заболеешь, — крикнул он, делая вид, что ему все равно, но на самом деле пораженный настолько, что не мог оторваться от этого зрелища и от его участницы.

— А я хочу заболеть, придурок. Буду лежать в больнице, и родители, тети и дяди будут навещать с мандаринами и печеньями. Ты посчитай, сколько пакетов получается. Представь, лежу в больнице и ем конфеты — нужно постараться хорошо заболеть.

С тех пор они не расставались.

С папой никогда не соскучишься. Например, он может зайти после работы домой и, снимая обувь, неожиданно крикнуть:

— Куда вы это дели?!

— Папа, что?

— Как что? Это…

И не может вспомнить название. Мы с мамой носимся за ним и ищем что-то, чего до конца понять не можем, но спросить побаиваемся. Ищем это что-то среди фасолевых грядок, на чердаке, под сосной, в подвале и даже под колючими кустами роз. Читая газету, папа неожиданно вспоминает о наших поисках:

— Куда это все-таки подевалось?! Вы что, еще не нашли?!

И мы, хихикая, бегаем за «этим» по всем комнатам, словно бесцельный поезд, заглядываем под ковры или выходим из курятника в перьях.

Я с детства думала, что это такая игра у родителей, чтобы меня развеселить. Лишь однажды папа вспомнил, чтó искал, когда праздновали его тридцатипятилетие. Собрались в тот день только самые близкие. Развели два порошка «Юпи» в графинах с водой, мама спекла торт «День и ночь», а на ужин мы с огорода собрали картошку, болгарский перец и капусту и сделали голубцы. И когда подняли тост за именинника, то папа вдруг вспомнил, чтó искал. Это был ремень от его белой машины Nissan Sunny. А я искала среди серии томов «Анжелика и король», «Анжелика в Квебеке», «Бунтующая Анжелика», «Анжелика в мятеже», «Анжелика в Новом свете» и прочих «Анжелик».

Папа работал бухгалтером в коптильном цехе, хотя в детстве грезил о космосе. В садике он поднимался высоко на турник и смотрел на всех через круг из арматуры. Он громко считал: «Пять, четыре, три, два, один… Все! Мы в космосе!»

Иногда папа брал меня к себе на работу. Он просил постоять у двери кабинета, пока не приберется. Поспешно очищал рабочий стол от двух-трех бусинок оранжевой икры, собирал остатки сушеной рыбы в газету. Скомкав смачно бумагу, выбрасывал ее в мусорное ведро. Брал в руки прозрачное стекло со стола и протирал мокрой салфеткой. Убедившись, что стекло высохло, клал на стол. Из-под стекла на папу смотрели с утра до вечера фотографии — со мной и мамой. Под стеклом разместились фотография его любимой рок-группы «Зама»* с автографом и картинка, где лягушка душит цаплю, желающую ее проглотить. Под ней надпись: «Никогда не сдавайся». Папа выравнивал деревянные счеты, калькулятор, папки, печатную машинку и бумаги.

— Вот так… все должно быть в порядке. Порядок на столе — порядок в мыслях.

Это означало, что настала пора слову «ка-те-го-рически» исчезнуть ради слова «порядок». Папа выравнивал грядки в огороде, выставил на полке книги по цветовой гамме и даже выкопал розы из клумбы и посадил их заново, чтобы соблюсти линию ряда. Так во время войны он установил режим с банкой сгущенного молока. Ножиком он делал две дырки на крышке сгущенки и просил держать струйку над чаем не больше пяти секунд — для экономии. И мы с мамой должны были вести отсчет точно так же, как он когда-то в детстве на турнике, увлеченный космосом. Только тогда отсчет был обратный, а теперь — обычный: «Один, два, три, четыре, пять!» И после этих слов нужно было передавать баночку другому.

Больше всего на свете он любил эту машину Nissan Sunny.

— Я впервые так доволен покупкой автомобиля, — услышала я однажды ночью из спальни разговор папы с мамой.

Он ходил кругами вокруг своего белого автомобиля и никак не мог наглядеться. Хотя нет. Несколько раньше папа так радовался новым итальянским сапогам. Под скрип деревянных полов он шагал в них по комнатам до вечера, разглядывая отражение в каждом зеркале в доме, смотрел на себя в профиль или анфас… Он щелкал пальцами, передавая тем праздничное настроение, напевал песню «Фа-фа-фа-да, фа-фа-фа-да…» этой своей группы «Зама». Именно в его Nissan Sunny мы спасались от войны зимой, и он продолжал любить эту машину, до тех пор пока она однажды ночью на юге Чечни не застряла в сугробе. Тогда помимо снега нас окружил густой туман. Мы пытались сдвинуть машину с места, но все было тщетно, и мы сдались. Пришлось ее оставить и на ощупь идти, проваливаясь в глубокий снег, держась друг за другом, как вагоны за поездом, до тех пор пока не увидели свет керосиновой лампы в каком-то окне. Незнакомые люди приютили нас. А рано утром, вернувшись к машине, мы поняли, что нас ограбили. Заднее стекло машины разбито, сиденья разорваны, словно кто-то что-то искал. Украли теплую одежду, шампуни, мыло, порошок, продукты и даже мамин миксер. И вдруг папа из супермена, которым я его считала, превратился в потерянного и понурого старичка с растерянными глазами, совсем как дядя Юсуп. Месяц назад его не стало. Папа не разрешал мне заходить в комнату дяди, когда мы его навещали. Голова дяди опустилась на грудь, мощные плечи поникли, он похудел и дышал тяжело…

Папа психанул:

— Тьфу, елки…

Толком мы как-то и не успели «побеженствовать». Папа развернул машину, и мы вернулись домой. Через разбитое стекло залетал снег, но мы не чувствовали ни холода, ни снега. Папа включал дворники, не понимая, что снег не только за стеклом, но и внутри салона. У нас атрофировались все рефлексы. Папа столкнул машину в овраг, да… Так как разочаровался в людях. Кажется, всю серьезность военного времени и происходящего он понял только тогда, когда увидел варварское «прикосновение» последнего к его Nissan Sunny.

А еще он не давал нам нормально съесть мед, который однажды привезла подруга мамы Наташа — бывшая спортсменка. Из-за войны ей пришлось забыть о спортивной карьере. В нашем доме Наташа часто показывала упражнение на выносливость и гибкость. Сидя на стуле и держась руками только за спинку, нужно было как бы «обогнуть» туловищем стул. Несмотря на лишний вес, Наташа всегда справлялась с этим упражнением. А папа раза два ломал стулья, после чего пришлось оставить эти упражнения, потому что сидеть уже было не на чем.

Несмотря на то что были слышны далекие разрывы снарядов, мы с мамой накинулись на мед.

— Ты неправильно ешь мед, — сказал папа, внимательно разглядывая цвет меда в лучах солнца.

— Что?

— Нужно есть мед красиво. Вот так. — И ложечкой аккуратно взял небольшую порцию меда и съел, блаженно улыбнувшись.

Это был период «красиво», как прежде были периоды «порядок» или «ка-те-го-рически». «Надо выигрывать красиво», — повторял он, болея за российских спортсменов на Олимпийских играх. Для него никогда не была важна сама победа, зато интересовало, насколько красиво спортсмен выигрывает. Да и в жизни все должны были побеждать или есть красиво.

Играя в дурака, папа никогда не отбивал шестерки, если у него их не было, а принимал их, чтобы в конце проигравшему оппоненту торжественно класть их на плечи как «погоны» и заявлять: «О-о-о! Генералиссимус?!» А в шашки поначалу играл в поддавки и лишь после того, как соперник начинал испытывать эйфорию от близкой победы, давал настоящий бой.

— Всегда надо побеждать красиво! — словно мантру, повторял папа, прогуливаясь по комнатам. Для него было очень важно, чтобы люди полагали его глупым, пока в нем не вызревал план победы.

Он дружил со всеми с их улицы, кроме бабушки Эсилы. Как раз тогда наступил у него период «оптимистично», и нам с мамой приходилось врать родственникам, что у нас много продуктов и мы не голодаем. Но Эсила никак не проходила по новоявленному «дресс-коду» папы, поскольку всегда жаловалась на нехватку еды, воды, одежды, на бессонницу и страхи. Все ее истории в период войны начинались: «А потом надели на голову мешок и как дубинками сверху…» И не упускала ни единой возможности, чтобы не пересказать эту услышанную где-то историю.

— Тьфу, елки… — топал ногами папа и закрывал синие ворота во дворе на ключ.

Но стоило высунуть ему голову на улицу, как появлялась опять эта Эсила: «На голову мешок и дубинками, дубинками сверху». Ему снились из-за нее кошмары. Но в какой-то момент эта бабушка помогла ему. Спустя много лет он снял на камеру фильм «Бегом с пакетом на голове»… Просто для себя. В первой сцене девочка с развевающимся зеленым шлейфом бегала по зеленому лугу за птицами и кричала: «Птицы, вы куда?» Как будто она подражала птицам и пыталась взлететь. Отрез зеленой ткани, лежавший десятилетиями в сундуке, одолжила бабушка Эсила. От него разило нафталином. Потом по сценарию девочка увидела вдалеке марширующих мужчин, а на головах у них черные пакеты. Она окликнула их: «Люди, вы куда?» И побежала за ними вслед, разглядывая их, но они ничего не замечали, чеканно маршировали и уходили далеко-далеко. А девочка возвратилась к себе домой. Она поняла, что ее собственный невидимый «пакет», то есть ее внутренний мир, гораздо интереснее того, что ей довелось только что увидеть.

Во время съемок мимо проходил бывший одноклассник папы с торчащими из ушей аппаратами для усиления звука.

— Чем вы это тут занимаетесь? Съемки? Делать вам нечего…

И, продолжая что-то говорить себе под нос, он двинулся вслед за барашками к пастбищу.

Тогда папа посмотрел на меня и сказал:

— Этот человек не сделал мне ничего ни плохого, ни хорошего, но я его…

— …не люблю, — завершила я его фразу.

Мы засмеялись и побежали домой.

 

 


* «Время» (чечен.).

Всем читателям!

Чтобы получить журнал с доставкой в любой адрес, надо оформить подписку в почтовом отделении по
«Объединенному каталогу ПРЕССА РОССИИ «Подписка – 2021»
Полугодовая подписка по индексу: 42215
Годовая подписка по индексу: 71767
Группа компаний «Урал-пресс»
ural-press.ru
Подписное агентство "Прессинформ"
ООО "Прессинформ"

В Москве свежие номера "Звезды" можно приобрести в книжном магазине "Фаланстер" по адресу Малый Гнездниковский переулок, 12/27


Алексей Пурин - Незначащие речи


В книге впервые публикуются стихотворения Алексея Пурина 1976-1989 годов.
Алексей Арнольдович Пурин (1955, Ленинград) — поэт, эссеист, переводчик. С 1989 г. заведует отделом поэзии, а с 2002 г. также и отделом критики петербургского журнала «Звезда». В 1995–2009 гг. соредактор литературного альманаха «Urbi» (Нижний Новгород — Прага — С.-Петербург; вышли в свет шестьдесят два выпуска). Автор двух десятков стихотворных сборников (включая переиздания) и трех книг эссеистики. Переводит голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой) и немецких поэтов, вышли в свет шесть книг переводов. Лауреат премий «Северная Пальмира» (1996, 2002), «Честь и свобода» (1999), журналов «Новый мир» (2014) и «Нева» (2014). Участник 32-го ежегодного Международного поэтического фестиваля в Роттердаме (2001) и др. форумов. Произведения печатались в переводах на английский, голландский, итальянский, литовский, немецкий, польский, румынский, украинский, французский и чешский, в т. ч. в представительных антологиях.
Цена: 130 руб.

Михаил Петров - Огонь небесный


Михаил Петрович Петров, доктор физико-математических наук, профессор, занимается исследованиями в области управляемого термоядерного синтеза, главный научный сотрудник Физико-технического института им. А.Ф. Иоффе. Лауреат двух Государственных премий СССР. В 1990 – 2000 работал приглашенным профессором в лабораториях по исследованию управляемого термоядерного синтеза в Мюнхене (ФРГ), Оксфорде (Великобритания) и Принстоне (США), Научный руководитель работ по участию ФТИ в создании Международного термоядерного реактора.
В книге «Огонь небесный» отражен незаурядный опыт не только крупного ученого, но и писателя, начинавшего литературный путь еще в начале шестидесятых. В нее вошли рассказы тех лет, воспоминания о научной работе в Англии и США, о дружбе с Иосифом Бродским, кинорежиссером Ильей Авербахом и другими незаурядными людьми ленинградской культуры.
Цена: 500 руб.

Мириам Гамбурд - Гаргулья


Мириам Гамбурд - известный израильский скульптор и рисовальщик, эссеист, доцент Академии искусств Бецалель в Иерусалиме, автор первого в истории книгопечатания альбома иллюстраций к эротическим отрывкам из Талмуда "Грех прекрасен содержанием. Любовь и "мерзость" в Талмуде Мидрашах и других священных еврейских книгах".
"Гаргулья" - собрание прозы художника, чей глаз точен, образы ярки, композиция крепка, суждения неожиданны и парадоксальны. Книга обладает всеми качествами, привлекающими непраздного читателя.
Цена: 400 руб.

Калле Каспер - Ночь - мой божественный анклав


Калле Каспер (род. в 1952 г.) — эстонский поэт, прозаик, драматург, автор пяти стихотворных книг и нескольких романов, в том числе эпопеи «Буриданы» в восьми томах и романа «Чудо», написанного на русском. В переводе на русский язык вышла книга стихов «Песни Орфея» (СПб., 2017).
Алексей Пурин (род. в 1955 г.) — русский поэт, эссеист, переводчик, автор семи стихотворных книг, трех книг эссеистики и шести книг переводов.
Цена: 130 руб.

Алексей Пурин - Незначащие речи


Алексей Арнольдович Пурин (1955, Ленинград) — поэт, эссеист, переводчик. С 1989 г. заведует отделом поэзии, а с 2002 г. также и отделом критики петербургского журнала «Звезда». В 1995–2009 гг. соредактор литературного альманаха «Urbi» (Нижний Новгород — Прага — С.-Петербург; вышли в свет шестьдесят два выпуска). Автор двух десятков стихотворных сборников (включая переиздания) и трех книг эссеистики. Переводит голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой) и немецких поэтов, вышли в свет шесть книг переводов. Лауреат премий «Северная Пальмира» (1996, 2002), «Честь и свобода» (1999), журналов «Новый мир» (2014) и «Нева» (2014). Участник 32-го ежегодного Международного поэтического фестиваля в Роттердаме (2001) и др. форумов. Произведения печатались в переводах на английский, голландский, итальянский, литовский, немецкий, польский, румынский, украинский, французский и чешский, в т. ч. в представительных антологиях.
В книге впервые публикуются ранние стихотворения автора.
Цена: 130 руб.
Моя жизнь - театр. Воспоминания о Николае Евреинове


Эта книга посвящена одному из творцов «серебряного века», авангардному преобразователю отечественной сцены, режиссеру, драматургу, теоретику и историку театра Николаю Николаевичу Евреинову (1879-1953). Она написана его братом, доктором технических наук, профессором Владимиром Николаевичем Евреиновым (1880-1962), известным ученым в области гидравлики и гидротехники. После смерти брата в Париже он принялся за его жизнеописание, над которым работал практически до своей кончины. Воспоминания посвящены доэмигрантскому периоду жизни Николая Евреинова, навсегда покинувшего Россию в 1925 году. До этого времени общение братьев было постоянным и часто происходило именно у Владимира, так как он из всех четверых братьев и сестер Евреиновых оставался жить с матерью, и его дом являлся притягательным центром близким к семье людей, в том числе друзей Николая Николаевича - Ю. Анненкова, Д. Бурлюка, В.Каменского, Н. Кульбина, В. Корчагиной-Алексан-дровской, Л. Андреева, М. Бабенчикова и многих других. В семье Евреиновых бережно сохранились документы, фотографии, письма того времени. Они нашли органичное место в качестве иллюстраций, украшающих настоящую книгу. Все они взяты из домашнего архива Евреиновых-Никитиных в С.-Петербурге. Большая их часть публикуется впервые.
Цена: 2000 руб.

Пасынки поздней империи


Книга Леонида Штакельберга «Пасынки поздней империи» состоит из одной большой повести под таким же названием и нескольких документальных в основе рассказов-очерков «Призывный гул стадиона», «Камчатка», «Че», «Отец». Проза Штакельберга столь же своеобразна, сколь своеобразным и незабываемым был сам автор, замечательный рассказчик. Повесть «пасынки поздней империи» рассказывает о трудной работе ленинградских шоферов такси, о их пассажирах, о городе, увиденном из окна машины.
«Призывный гул стадиона» - рассказ-очерк-воспоминание о ленинградских спортсменах, с которыми Штакельбергу довелось встречаться. Очерк «Отец» - подробный и любовный рассказ об отце, научном сотруднике Института имени Лесгафта, получившем смертельное ранение на Ленинградском фронте.
Цена: 350 руб.

Власть слова и слово власти


Круглый стол «Власть слова и слово власти» посвящен одному из самых драматических социокультурных событий послевоенного времени – Постановлению Оргбюро ЦК ВКП(б) о журналах «Звезда» и «Ленинград» 1946 г.
Цена: 100 руб.



Елена Кумпан «Ближний подступ к легенде»


Книга Елены Андреевны Кумпан (1938-2013) рассказывает об уходящей культуре 1950 – 1960-х годов. Автор – геолог, поэт, экскурсовод – была дружна со многими выдающимися людьми той бурной эпохи. Герои ее воспоминаний – поэты и писатели Андрей Битов, Иосиф Бродский, Александр Городницкий, Рид Грачев, Александр Кушнер, Глеб Семенов, замечательные ученые, литераторы, переводчики: Л.Я. Гтнзбург, Э.Л. Линецкая, Т.Ю. Хмельницкая, О.Г. Савич, Е.Г. Эткинд, Н.Я. Берковский, Д.Е. Максимов, Ю.М. Лотман и многие другие
Книга написана увлекательно и содержит большой документальный материал, воссоздающий многообразную и сложную картину столь важной, но во многом забытой эпохи. Издание дополнено стихами из единственного поэтического сборника Елены Кумпан «Горсти» (1968).
Цена: 350 руб.


Елена Шевалдышева «Мы давно поменялись ролями»


Книга тематически разнообразна: истории из пионервожатской жизни автора, повесть об отце, расследование жизни и судьбы лейтенанта Шмидта, события финской войны, история поисков и открытий времен Великой Отечественной войны.
Цена: 250 руб.


Нелла Камышинская «Кто вас любил»


В сборнике представлены рассказы, написанные в 1970-1990-ж годах. То чему они посвящены, не утратило своей актуальности, хотя в чем-то они, безусловно, являются замечательным свидетельством настроений того времени.
Нелла Камышинская родилась в Одессе, жила в Киеве и Ленинграде, в настоящее время живет в Германии.
Цена: 250 руб.


Александр Кушнер «Избранные стихи»


В 1962 году, более полувека назад, вышла в свет первая книга стихов Александра Кушнера. С тех пор им написано еще восемнадцать книг - и составить «избранное» из них – непростая задача, приходится жертвовать многим ради того, что автору кажется сегодня лучшим. Читатель найдет в этом избранном немало знакомых ему стихов 1960-1990-х годов, сможет прочесть и оценить то, что было написано уже в новом XXI веке.
Александра Кушнера привлекает не поверхностная, формальная, а скрытая в глубине текста новизна. В одном из стихотворений он пишет, что надеется получить поэтическую премию из рук самого Аполлона: «За то, что ракурс свой я в этот мир принес / И непохожие ни на кого мотивы…»
И действительно, читая Кушнера, поражаешься разнообразию тем, мотивов, лирических сюжетов – и в то же время в каждом стихотворении безошибочно узнается его голос, который не спутать ни с чьим другим. Наверное, это свойство, присущее лишь подлинному поэту, и привлекает к его стихам широкое читательское внимание и любовь знатоков.
Цена: 400 руб.


Л. С. Разумовский - Нас время учило...


Аннотация - "Нас время учило..." - сборник документальной автобиографической прозы петербургского скульптора и фронтовика Льва Самсоновича Разумовского. В сборник вошли две документальные повести "Дети блокады" (воспоминания автора о семье и первой блокадной зиме и рассказы о блокаде и эвакуации педагогов и воспитанников детского дома 55/61) и "Нас время учило..." (фронтовые воспоминания автора 1943-1944 гг.), а также избранные письма из семейного архива и иллюстрации.
Цена: 400 руб.


Алексей Пурин. Почтовый голубь


Алексей Арнольдович Пурин (род. в 1955 г. в Ленинграде) — поэт, эссеист, переводчик. Автор пятнадцати (включая переиздания) стихотворных сборников и трех книг эссеистики. Переводит немецких и голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой ) поэтов, опубликовал пять книг переводов. Лауреат Санкт-Петербургской литературной премии «Северная Пальмира» (1996, 2002) и др.
В настоящем издании представлены лучшие стихи автора за четыре десятилетия литературной работы, включая новую, седьмую, книгу «Почтовый голубь» и полный перевод «Сонетов к Орфею» Р.-М. Рильке.
Цена: 350 руб.


Национальный книжный дистрибьютор
"Книжный Клуб 36.6"

Офис: Москва, Бакунинская ул., дом 71, строение 10
Проезд: метро "Бауманская", "Электрозаводская"
Почтовый адрес: 107078, Москва, а/я 245
Многоканальный телефон: +7 (495) 926- 45- 44
e-mail: club366@club366.ru
сайт: www.club366.ru