НОВЫЕ ПЕРЕВОДЫ

АЛЬБЕР КАМЮ

Обращение к чумным врачам

 

Роман Альбера Камю «Чума» был опубликован во Франции в июне 1947 года в издательстве «Галлимар». Тогда же в журнале «Ле Кайе де ля Плеяд» «Галлимар» напечатал под общим названием «Архивы Чумы» два текста Камю: «Обращение к чумным врачам» («Exhortations aux médecins de la peste») и «Речь Чумы к ее подданным» («Discours de la Peste à ses administrés»). Оба были написаны еще в 1941 году; первый явно предвосхищал роман «Чума», второй — ​пьесу «Осадное положение», поставленную в октябре 1948 года.

В 1941 году Камю двадцать восемь лет. Год тому назад он был вынужден оставить родной Алжир — ​после закрытия местной администрацией левой газеты «Альже репюбликен» и ее вечернего выпуска «Суар репюбликен», в которых он публиковал репортажи, обличающие колониальный режим и злоупотребления местной администрации. Оставшись без работы, в марте 1940 года Камю перебрался в Париж, где был принят в газету «Пари-суар» на должность технического редактора.

10 мая во Францию ворвались немцы, и накануне их вступления в Париж вся редакция газеты была эвакуирована в Клермон-Ферран и затем в Лион, в так называемую «свободную зону». Несколько попыток Камю попасть на фронт («из солидарности») закончились отказом при прохождении медицинской комиссии (уже семь лет он был болен туберкулезом). Убежденный, что правительство марионеточного «Французского государства» со столицей в городке Виши, возглавляемое маршалом Петеном, предало интересы родины, он отказывается от публикаций в коллаборантской прессе.

В декабре 1940 года в связи с сокращением штатов в «Пари-суар» Камю был уволен и вернулся в Алжир, а в феврале 1941-го поселился в Оране, родном городе жены Франсин, где он остается до августа 1942-го. Город управлялся коллаборантской администрацией, проводившей расовую политику. Камю удалось найти работу учителем в частной школе (ее могли посещать и дети из еврейских семей, лишенных по «новому порядку» возможности учиться в государственных). В Оране он включается в разрозненные еще ряды участников Сопротивления, занятые подготовкой к высадке западных союзников на побережье Северной Африки.

В феврале 1941 года Камю заканчивает эссе «Миф о Сизифе». Вместе с пьесой «Калигула» (первая редакция — ​апрель 1939-го), романом «Посторонний» (май 1940-го)
и пьесой «Недоразумение» (1944) все четыре сочинения составляют «Цикл абсурда».

Первые наброски к роману «Чума» появляются в записных книжках Камю с декабря 1938 года (также в «Калигуле» римский император, разя людей подобно бичу божьему, провозглашает себя «Чумой»). В апреле 1941 года появляется дневниковая запись, озаглавленная «Чума-освободительница» («La peste libératrice»): повествование о чуме, вторгшейся в некий счастливый город. Руша в нем всю привычную жизнь, она оставляет за собой ужасающие картины заваленного трупами города. Их уже не хоронят, а сбрасывают в море, где от них остается на поверхности лишь отвратительная пена. В этом замысле заметны следы знакомства Камю с Антоненом Арто и его «театром жестокости», где несущая смерть чума — ​образ высшего зла, предвещающего грядущие катастрофы; но она же, подобно катарсису, ведет к возрождению, заставляет перестроить сознание человека и его отношение к жизни.

К началу работы над романом Камю удается собрать обширную документацию о чуме — ​историческую, литературную и сугубо медицинскую, о чем свидетельствуют многочисленные записи в его дневниках. Так, эпиграфом к «Обращению к чумным врачам» он выбирает «оракул» Фукидида: «Грянет дорийская брань, и мор воспоследствует с нею» (пер. Г. А. Стратановского). Но и сама жизнь преподносила свои уроки. Весной 1941 года в соседнем с Ораном городе Тюренне вспыхнула эпидемия тифа. Камю интересуется подробностями карантина, условиями осадного положения, в котором оказались жители. Вакцины не хватало, люди умирали, а в тех, кто пытался спастись из Тюренна бегством, стреляли охранники-сенегальцы. Непосредственным свидетелем эпидемии был близкий друг Камю Эмманюэль Роблес, он рассказывал о происходящих в его городе событиях, описав их позже в романе «На городских холмах» (1947; рус. пер. 1963). Еще до публикации романа Камю признался ему, что и сам работает над книгой об эпидемии, над романом-хроникой о чуме как символе абсурда и о людях, противостоящих ей.

Медицинские советы Камю соответствуют правилам его собственной жизни. Десять лет он следовал предписаниям врачей, следящих за состоянием его легких, пораженных туберкулезом (пневмоторакс). Проблема смерти оказалась не только экзистенциальной, но и сугубо личной. «Нет ничего отвратительнее болезни, — ​пишет он. — ​Как же велик здесь соблазн все бросить». (Несмотря на лечение, недуг не оставит Камю до конца его дней.) Но болезнь способствовала и выработке духовных ориентиров, правил, как жить. Они изложены в тексте «Обращения…»: сохранять твердость духа и бесстрашие перед лицом смерти, усвоить при свете разума философский взгляд на жизнь вне религии, дабы и помня о своем неведении во всем следовать мере. И наконец, никогда не смиряться с ужасом и смертью людей, пораженных чумой. При этом кажется несколько загадочным последний совет врачам в момент пароксизма эпидемии. Когда они уже на подступе к пределу человеческих возможностей, Камю говорит: остается (дословно) «сострадание, сестра неведения». Роман «Чума» полностью раскроет смысл этого сопоставления.

Работу над романом Камю был вынужден прервать в феврале 1942 года, когда врачи нашли у него резкое обострение туберкулеза, усугубляемого жарким и влажным климатом Северной Африки. «Какой удар! — ​пишет он. — ​А я думал, что вылечился». В августе 1942-го по настоянию врачей он возвращается во Францию, где продолжает курс лечения на плоскогорьях Центрального массива, в Оверни, поселившись у родственников жены. Здесь он продолжает работу над «Чумой» и пьесой «Недоразумение», а также начинает «Эссе о бунте» («L’essai sur la révolte »), первые наброски к своему главному эссе «Человек бунтующий» («L’Homme révolté»). Публикация в июле 1943 года в подпольной прессе «Писем к немецкому другу» знаменует активное вступление Камю в Сопротивление, в организацию «Combat». Уроки Сопротивления обрели для него личный смысл, и сопутствующее истории человечества зло наполнилось очевидным содержанием.

В зачумленном Оране доктор Рье, как бы следуя «Обращению к чумным врачам», служит своему долгу, постигая и обретая вместе со своими соратниками высшую ценность — ​людскую солидарность в борьбе со злом. Он говорит: «Година бедствий дает больше оснований восхищаться людьми, чем их презирать».

И здесь, в финале «Чумы», как и в «Обращении», «сострадание» и «неведение» идут руку об руку. Два полюса, на которые, по мысли Паскаля, следует ориентироваться, касаясь их одновременно. На борьбу с чумой доктора Рье равно толкает и сострадание, и необходимость быть верным ремеслу врача. И это всё: никаких абстракций, религий или идеологий. Он признаётся в своем неведении — ​работает «в ночи» («dans la nuit ») и только «пытается в ней ясно видеть». Об этом «неведении» говорится и в конце романа, когда чума ушла и открылись ворота Орана: «…он знал: то, чего не ведала эта ликующая толпа <…> что микроб чумы никогда не умирает, никуда не исчезает, <…> лишь терпеливо ждет своего часа…»

Быть готовым сделать свой выбор.

Евгений Кушкин

 

 

Грянет дорийская брань, и мор воспоследствует с нею.

Фукидид

Хорошие авторы не знают с достоверностью, заразна ли чума. Но подозревают, что заразна. Поэтому, господа, по их мнению, вам следует открывать окна в комнате больного, к которому вы приходите. Однако не стоит забывать, что чума обитает и на улицах, так что заразиться вы можете при любом раскладе, вне зависимости от того, открыты окна или нет.

Те же авторы рекомендуют вам надевать маску с очками и прикладывать к носу кусок ткани, пропитанной уксусом. Носите также с собой мешочек с эссенциями, указанными в книгах: мелиссы, майорана, мяты, шалфея, флёрдоранжа, базилика, тимьяна, чабреца, лаванды, лаврового листа, цедры лимона, айвовой кожуры. Желательно полностью облачаться в защитный плащ. Однако тут возможны расхождения во мнениях. Что же касается условий осмотра больного, тут уж между хорошими и плохими авторами расхождений нет. Условие первое: прежде чем прощупывать у больного пульс, следует обмокнуть пальцы в уксус. Понятно почему. Однако будет лучше, если вы вообще воздержитесь от выполнения данного пункта. Ведь если у больного и правда чума, эта манипуляция ничем ему не поможет. А если чумы у него нет, то он и звать вас не станет. Во время эпидемии никто не будет обращаться к доктору из-за боли в печени, дабы не нарваться на врачебную ошибку.

Второе условие заключается в том, что нельзя стоять напротив больного, чтобы он на вас не надышал. В то же время, если вы все-таки открыли окно (несмотря на некоторые наши сомнения относительно пользы этого действия), необходимо становиться в стороне от оконного проема, чтобы дуновение ветра не донесло до вас дыхание зачумленного.

Не посещайте пациентов на голодный желудок. У вас не хватит сил для подобного испытания. Но и наедаться тоже не следует. Вы будете слишком расслаблены. И если, несмотря на все эти меры предосторожности, что-то заразное все-таки попадет вам в рот, тут уж ничего не поделать, разве что все оставшееся время визита не сглатывать слюну. Это условие наиболее трудновыполнимое.

Даже если вы соблюдаете в той или иной степени все эти предписания, не стоит полагать, что вам ничего не грозит. Ведь есть и другие условия, необходимые для сохранения вашего физического здоровья, хотя касаются они прежде всего вашего состояния духа. «Никто, — ​как говорит один старый автор, — ​не должен прикасаться к чему бы то ни было зараженному в том краю, где царит чума». Очень верно сказано. А разве в нас самих есть хоть один незачумленный уголок, разве не должны мы полностью очиститься изнутри, чтобы хоть немного повысить шансы на спасение? Это особенно верно для вас, доктора, ведь вы ежедневно сталкиваетесь лицом к лицу с болезнью и потому вызываете у людей больше всего подозрений. Так что с вас в этом отношении спрос особый.

Главное, никогда не бояться. Нам, конечно, доводилось видеть прекрасных солдат, испытывающих страх перед пушкой. Но ядру безразлично, кого убивать: смельчака или труса. На войне всегда есть место случайности, тогда как в чуме его практически нет. Страх портит кровь и распаляет дух — ​об этом говорится в каждой книге. Соответственно, он настраивает на болезненный лад, а чтобы тело восторжествовало над заразой, необходима душевная крепость. Страх ведь, по сути, у нас один: мы боимся на самом деле не боли, которая всегда преходяща, а только кончины. И вы, чумные доктора, должны быть сильными перед лицом смерти и примириться с ней, прежде чем войти в ее царство, сотворенное для нее чумой. Если вы с этим справитесь, вы навсегда останетесь победителями, и свирепствующий вокруг ужас будет вам нипочем. Пусть это станет вашей философией.

Вам также следует быть воздержанными во всем, однако не доходить при этом до аскетизма, что является другой крайностью. Взращивайте в себе умеренную веселость, чтобы печаль не смогла отравить вам кровь и приблизить разложение плоти. В этом отношении лучше всего выпить умеренное количества вина, чтобы немного смягчить душевное смятение перед зачумленным городом.

В целом во всем соблюдайте меру, ведь она является главным врагом чумы и естественным человеческим законом. Немезида была богиней не возмездия, как вам известно со школьной скамьи, а умеренности. Ее кара настигала лишь тех, кто попадал в пучину хаоса и разнузданности. Чума вырастает из излишеств. Она и сама, по сути, является излишеством, неспособным себя сдерживать. Не забывайте об этом, если хотите побороть ее в прозорливости. Не соглашайтесь с Фукидидом, который, говоря о чуме в Афинах, утверждал, что от врачей нет никакого толку, потому как, в сущности, они лечат болезнь, ничего о ней не зная. Бедствие любит людскую разобщенность. Несите свет разума и справедливости. Вы увидите, что это проще, чем не сглатывать зараженную слюну.

Наконец, вы должны стать хозяевами самим себе. И не пренебрегать установленными вами правилами, например, изоляции или карантина. Один прованский историограф говорит, что в древние времена тот, кто сбегал из изоляции, получал за это по голове. Вы ведь этого не хотите? Но не следует забывать и об общественных интересах. Соблюдайте правила, пока в этом есть необходимость, даже если это приходится делать скрепя сердце. Вам необходимо немного забыть о себе, не забывая при этом о долге перед самими собой. Таков закон спокойной совести.

Когда вы вооружитесь всеми этими средствами борьбы и добродетелями, вам останется лишь забыть про усталость и сохранять свою способность к восприимчивости. Никогда, ни в коем случае вы не должны привыкнуть к тому, что люди мрут словно мухи, как это сейчас происходит на наших улицах и как это всегда происходило с тех пор, как чума появилась в Афинах. Вас не должно покидать чувство глубокого потрясения при виде этих черных гло`ток, о которых говорил Фукидид: гло`ток, сочащихся густой кровью и извергающих хрип­лый кашель с жидкой соленой мокротой шафранового цвета. Вы никогда не должны свыкнуться с этими трупами, от которых даже хищные птицы улетают прочь. И вы обязаны постоянно восставать против этого жуткого хаоса, в котором те, кто отказывает другим в уходе, умирают в одиночестве, в то время как жертвующие собой ради других испускают дух в ужасной тесноте; когда никому уже не воздается по его заслугам; когда люди пляшут на краю могил; когда влюбленный отвергает свою избранницу, чтобы не передать ей болезнь; когда за совершённое преступление отвечает не преступник, а случайный козел отпущения, выбранный в час всеобщего замешательства.

Умиротворенный дух — ​самый стойкий. Будьте тверды перед этой непостижимой тиранией. Вы не должны служить этой давней, одной из древнейших религий. Она убила Перикла, который главной своей заслугой считал то, что ни один афинский гражданин не надел из-за него черного плаща; и со времен этого знаменитого убийства она так и не успокоилась. И вот теперь она обрушилась на наш невинный город, она истребляет жителей, она требует в жертву детей. И если эта религия пришла к нам с небес, нужно сказать, что небеса несправедливы.

Выполнение вами всех правил — ​не повод для гордости. Напротив, вам следует постоянно думать о собственном неведении — ​ради соблюдения меры, единственной управительницы всех бедствий.

Тем не менее это непросто. Несмотря на маски и мешочки с эссенциями, уксус и защитный костюм, несмотря на вашу невозмутимую храбрость и твердость духа, придет день, когда вы не сможете больше выносить этот агонизирующий город, этот бессмысленный людской круговорот на раскаленных пыльных улицах, эти крики, эту безысходную тревогу. Придет день, когда вам захочется закричать от отвращения перед всеобщими страхом и болью. И в этот день мне нечего будет вам сказать, у меня для вас останется лишь сочувствие, идущее об руку с неведением.

Перевод с французского Екатерины Ру

 


«Опубликованное наряду с другим текстом в 1947 году в журнале „Ле Кайе де ля Плеяд“ под названием „Архивы Чумы“ „Обращение к чумным врачам“, по всей вероятности, было написано Альбером Камю в 1941 году, за шесть лет до появления „Чумы“, по отношению к которой оно является своего рода предварительным очерком. В то время как роман Альбера Камю читают во всем мире и на всех языках, серия „Тракт“, с любезного разрешения наследников писателя, предлагает вашему вниманию неизвестный широкой публике, однако крайне актуальный текст, в котором автор дает рекомендации врачам для повседневной борьбы с эпидемией. Распространяется безвозмездно в период самоизоляции» (Издательство «Галлимар», 4. IV. 2020).

Редакция журнала «Звезда» благодарит издательство «Галлимар» за разрешение на эту публикацию.

Глубокоуважаемые и дорогие читатели и подписчики «Звезды»! Рады сообщить вам, что журнал вошел в график выпуска номеров: июньский номер распространяется, 23-24 июля поступит в редакцию и начнется рассылка подписчикам июльского. Сердечно благодарим вас за понимание сложившейся ситуации.
Редакция «Звезды».
30 января
В редакции «Звезды» вручение премий журнала за 2019 год.
Начало в 18-30.
31 октября
В редакции «Звезды» презентация книги: Борис Рогинский. «Будь спок. Шестидесятые и мы».
Начало в 18-30.
Смотреть все новости

Всем читателям!

Чтобы получить журнал с доставкой в любой адрес, надо оформить подписку в почтовом отделении по
«Объединенному каталогу ПРЕССА РОССИИ «Подписка – 2021»
Полугодовая подписка по индексу: 42215
Годовая подписка по индексу: 71767

Так же можно оформить подписку через ИНТЕРНЕТ- КАТАЛОГ
«ПРЕССА ПО ПОДПИСКЕ» 2021/1
индексы те же.

Группа компаний «Урал-пресс»
ural-press.ru
Подписное агентство "Прессинформ"
ООО "Прессинформ"

В Москве свежие номера "Звезды" можно приобрести в книжном магазине "Фаланстер" по адресу Малый Гнездниковский переулок, 12/27


Мириам Гамбурд - Гаргулья


Мириам Гамбурд - известный израильский скульптор и рисовальщик, эссеист, доцент Академии искусств Бецалель в Иерусалиме, автор первого в истории книгопечатания альбома иллюстраций к эротическим отрывкам из Талмуда "Грех прекрасен содержанием. Любовь и "мерзость" в Талмуде Мидрашах и других священных еврейских книгах".
"Гаргулья" - собрание прозы художника, чей глаз точен, образы ярки, композиция крепка, суждения неожиданны и парадоксальны. Книга обладает всеми качествами, привлекающими непраздного читателя.
Цена: 400 руб.

Калле Каспер - Ночь - мой божественный анклав


Калле Каспер (род. в 1952 г.) — эстонский поэт, прозаик, драматург, автор пяти стихотворных книг и нескольких романов, в том числе эпопеи «Буриданы» в восьми томах и романа «Чудо», написанного на русском. В переводе на русский язык вышла книга стихов «Песни Орфея» (СПб., 2017).
Алексей Пурин (род. в 1955 г.) — русский поэт, эссеист, переводчик, автор семи стихотворных книг, трех книг эссеистики и шести книг переводов.
Цена: 130 руб.

Евгений Каинский - Порядок вещей


Евгений Каминский — автор почти двадцати прозаических произведений, в том числе рассказов «Гитара и Саксофон», «Тихий», повестей «Нюшина тыща», «Простая вещь», «Неподъемная тяжесть жизни», «Чужая игра», романов «Раба огня», «Князь Долгоруков» (премия им. Н. В. Гоголя), «Легче крыла мухи», «Свобода». В каждом своем очередном произведении Каминский открывает читателю новую грань своего таланта, подчас поражая его неожиданной силой слова и глубиной образа.
Цена: 200 руб.
Алексей Пурин - Незначащие речи


Алексей Арнольдович Пурин (1955, Ленинград) — поэт, эссеист, переводчик. С 1989 г. заведует отделом поэзии, а с 2002 г. также и отделом критики петербургского журнала «Звезда». В 1995–2009 гг. соредактор литературного альманаха «Urbi» (Нижний Новгород — Прага — С.-Петербург; вышли в свет шестьдесят два выпуска). Автор двух десятков стихотворных сборников (включая переиздания) и трех книг эссеистики. Переводит голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой) и немецких поэтов, вышли в свет шесть книг переводов. Лауреат премий «Северная Пальмира» (1996, 2002), «Честь и свобода» (1999), журналов «Новый мир» (2014) и «Нева» (2014). Участник 32-го ежегодного Международного поэтического фестиваля в Роттердаме (2001) и др. форумов. Произведения печатались в переводах на английский, голландский, итальянский, литовский, немецкий, польский, румынский, украинский, французский и чешский, в т. ч. в представительных антологиях.
В книге впервые публикуются ранние стихотворения автора.
Цена: 130 руб.
Моя жизнь - театр. Воспоминания о Николае Евреинове


Эта книга посвящена одному из творцов «серебряного века», авангардному преобразователю отечественной сцены, режиссеру, драматургу, теоретику и историку театра Николаю Николаевичу Евреинову (1879-1953). Она написана его братом, доктором технических наук, профессором Владимиром Николаевичем Евреиновым (1880-1962), известным ученым в области гидравлики и гидротехники. После смерти брата в Париже он принялся за его жизнеописание, над которым работал практически до своей кончины. Воспоминания посвящены доэмигрантскому периоду жизни Николая Евреинова, навсегда покинувшего Россию в 1925 году. До этого времени общение братьев было постоянным и часто происходило именно у Владимира, так как он из всех четверых братьев и сестер Евреиновых оставался жить с матерью, и его дом являлся притягательным центром близким к семье людей, в том числе друзей Николая Николаевича - Ю. Анненкова, Д. Бурлюка, В.Каменского, Н. Кульбина, В. Корчагиной-Алексан-дровской, Л. Андреева, М. Бабенчикова и многих других. В семье Евреиновых бережно сохранились документы, фотографии, письма того времени. Они нашли органичное место в качестве иллюстраций, украшающих настоящую книгу. Все они взяты из домашнего архива Евреиновых-Никитиных в С.-Петербурге. Большая их часть публикуется впервые.
Цена: 2000 руб.


Калле Каспер - Песни Орфея


Калле Каспер (род. в 1952 г.) – эстонский поэт, прозаик, драматург, автор шести стихотворных книг и нескольких романов, в том числе эпопеи «Буриданы» в восьми томах и романа «Чудо», написанного на русском. «Песни Орфея» (2017) посвящены памяти жены поэта, писательницы Гоар Маркосян-Каспер.
Алексей Пурин (род. в 1955 г.) – русский поэт, эссеист, переводчик, автор семи стихотворных книг, трех книг эссеистики и шести книг переводов.
Цена: 130 руб.


Пасынки поздней империи


Книга Леонида Штакельберга «Пасынки поздней империи» состоит из одной большой повести под таким же названием и нескольких документальных в основе рассказов-очерков «Призывный гул стадиона», «Камчатка», «Че», «Отец». Проза Штакельберга столь же своеобразна, сколь своеобразным и незабываемым был сам автор, замечательный рассказчик. Повесть «пасынки поздней империи» рассказывает о трудной работе ленинградских шоферов такси, о их пассажирах, о городе, увиденном из окна машины.
«Призывный гул стадиона» - рассказ-очерк-воспоминание о ленинградских спортсменах, с которыми Штакельбергу довелось встречаться. Очерк «Отец» - подробный и любовный рассказ об отце, научном сотруднике Института имени Лесгафта, получившем смертельное ранение на Ленинградском фронте.
Цена: 350 руб.

Власть слова и слово власти


Круглый стол «Власть слова и слово власти» посвящен одному из самых драматических социокультурных событий послевоенного времени – Постановлению Оргбюро ЦК ВКП(б) о журналах «Звезда» и «Ленинград» 1946 г.
Цена: 100 руб.



Елена Кумпан «Ближний подступ к легенде»


Книга Елены Андреевны Кумпан (1938-2013) рассказывает об уходящей культуре 1950 – 1960-х годов. Автор – геолог, поэт, экскурсовод – была дружна со многими выдающимися людьми той бурной эпохи. Герои ее воспоминаний – поэты и писатели Андрей Битов, Иосиф Бродский, Александр Городницкий, Рид Грачев, Александр Кушнер, Глеб Семенов, замечательные ученые, литераторы, переводчики: Л.Я. Гтнзбург, Э.Л. Линецкая, Т.Ю. Хмельницкая, О.Г. Савич, Е.Г. Эткинд, Н.Я. Берковский, Д.Е. Максимов, Ю.М. Лотман и многие другие
Книга написана увлекательно и содержит большой документальный материал, воссоздающий многообразную и сложную картину столь важной, но во многом забытой эпохи. Издание дополнено стихами из единственного поэтического сборника Елены Кумпан «Горсти» (1968).
Цена: 350 руб.


Елена Шевалдышева «Мы давно поменялись ролями»


Книга тематически разнообразна: истории из пионервожатской жизни автора, повесть об отце, расследование жизни и судьбы лейтенанта Шмидта, события финской войны, история поисков и открытий времен Великой Отечественной войны.
Цена: 250 руб.


Нелла Камышинская «Кто вас любил»


В сборнике представлены рассказы, написанные в 1970-1990-ж годах. То чему они посвящены, не утратило своей актуальности, хотя в чем-то они, безусловно, являются замечательным свидетельством настроений того времени.
Нелла Камышинская родилась в Одессе, жила в Киеве и Ленинграде, в настоящее время живет в Германии.
Цена: 250 руб.


Александр Кушнер «Избранные стихи»


В 1962 году, более полувека назад, вышла в свет первая книга стихов Александра Кушнера. С тех пор им написано еще восемнадцать книг - и составить «избранное» из них – непростая задача, приходится жертвовать многим ради того, что автору кажется сегодня лучшим. Читатель найдет в этом избранном немало знакомых ему стихов 1960-1990-х годов, сможет прочесть и оценить то, что было написано уже в новом XXI веке.
Александра Кушнера привлекает не поверхностная, формальная, а скрытая в глубине текста новизна. В одном из стихотворений он пишет, что надеется получить поэтическую премию из рук самого Аполлона: «За то, что ракурс свой я в этот мир принес / И непохожие ни на кого мотивы…»
И действительно, читая Кушнера, поражаешься разнообразию тем, мотивов, лирических сюжетов – и в то же время в каждом стихотворении безошибочно узнается его голос, который не спутать ни с чьим другим. Наверное, это свойство, присущее лишь подлинному поэту, и привлекает к его стихам широкое читательское внимание и любовь знатоков.
Цена: 400 руб.


Л. С. Разумовский - Нас время учило...


Аннотация - "Нас время учило..." - сборник документальной автобиографической прозы петербургского скульптора и фронтовика Льва Самсоновича Разумовского. В сборник вошли две документальные повести "Дети блокады" (воспоминания автора о семье и первой блокадной зиме и рассказы о блокаде и эвакуации педагогов и воспитанников детского дома 55/61) и "Нас время учило..." (фронтовые воспоминания автора 1943-1944 гг.), а также избранные письма из семейного архива и иллюстрации.
Цена: 400 руб.


Алексей Пурин. Почтовый голубь


Алексей Арнольдович Пурин (род. в 1955 г. в Ленинграде) — поэт, эссеист, переводчик. Автор пятнадцати (включая переиздания) стихотворных сборников и трех книг эссеистики. Переводит немецких и голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой ) поэтов, опубликовал пять книг переводов. Лауреат Санкт-Петербургской литературной премии «Северная Пальмира» (1996, 2002) и др.
В настоящем издании представлены лучшие стихи автора за четыре десятилетия литературной работы, включая новую, седьмую, книгу «Почтовый голубь» и полный перевод «Сонетов к Орфею» Р.-М. Рильке.
Цена: 350 руб.


Национальный книжный дистрибьютор
"Книжный Клуб 36.6"

Офис: Москва, Бакунинская ул., дом 71, строение 10
Проезд: метро "Бауманская", "Электрозаводская"
Почтовый адрес: 107078, Москва, а/я 245
Многоканальный телефон: +7 (495) 926- 45- 44
e-mail: club366@club366.ru
сайт: www.club366.ru