К 80-летию ИОСИФА БРОДСКОГО

ИОСИФ БРОДСКИЙ

Ручей

Г. Н.[1]

 

1

Зная, что ты захочешь
в этой стране отдохнуть,
ручей под кустом бормочет,
тебе преграждая путь.
И вместо того, чтоб прыгнуть
или пуститься вброд,
ты предпочел приникнуть
губами к прохладе вод.

 

 

2

Нe стоило делать это.
Но кто же мог упредить.
Каждый в разгаре лета
в полдень захочет пить.
Никто и не просит прощенья,
тем болеe что для ума
он вовсе не искушенье,
а лишь Природа сама.

 

 

3

Вот и разрыв в сознаньи,

первый — в ровном досель.
Трещина в светлом зданьи,
или, вернее, щель.               

Но — никакой угрозы.     
Тихо течет туда
теплый июльский воздух,
словно в горло вода.

 

 

4

Или, верней (и лучше):
чуть-чуть от дыма грязна,
словно в прореху в тучах,
льется голубизна.
Теснит, теснит, проникает
в сердце и в ум, и вот
она наконец заливает
собою весь небосвод.

 

 

5

Так, как той синевою

занят ручей в траве,

зáлит бугор с травою,

теперь в твоей голове,

в сердце — на время сжалась

эта почти что высь

— в формах, где размещалась

прежде другая мысль.

 

 

6

Немного всё чуждо. Правда,    
и в этом вина — ничья.
Ни глаз, ни губ. И подавно               

здесь не вина ручья.
И это почти не бремя,
если вспомнить притом:
это жилец на время,
дом не пустует. Дом.

 

 

7

Взгляд против солнца нимбом
опять наделил листву.
Вода прибавляет к лимфам
прохладу, ток — синеву.
И если в этом молчаньи              
возле ручья прилечь
и долго внимать журчанью,
можно услышать речь.

 

 

8

Рожденные в разных странах
двое, не зная слов,

друг к другу прильнув устами,
рождают слово «любовь».
Нельзя же не дать ответа
на возглас любви, беды,
когда языка человека
коснется язык воды.

 

 

9

И вот мне стало понятно,
о чем здесь ручей поет.
И ты не хочешь обратно
и не глядишь вперед.
Но и лежать подавно
в этой траве не рад.
Взгляд устремился вправо,
вверх по теченью взгляд.

 

 

10

Ручей твердит неумолчно,
что он течет из страны,
в которой намного больше
холмов, травы, тишины.
«Тебя он с радостью примет,
тот край и тот небосвод.
Там неподвижный климат», —
снова ручей поет.

 

 

11

Здесь он почти что илист,

тина на дне дрожит,

к тому же он так извилист,

а там он прямо бежит.

Здесь он шумлив и мрачен,

подобно больным умам,

но там он совсем прозрачен.

И я пошел по холмам.

 

 

12

Меня поля окружают,
деревьям потерян счет.
Ручей меня провожает,
вернее, рядом течет.        
Ястребы в небе реют,
тихо шуршат кусты.
На склонах вдали белеют
церкви, блестят кресты.

 

 

13  

Тихой черной мишенью
пугало вдруг торчит.
Возле стоит священник,
руки сложив, молчит.
Слышится запах хлеба,
вьется тонким листом
облако дыма в небе,
птица под ним — крестом.

 

 

14

Вьется птица лесная
(облик ее нелеп),                     
будто, толком не зная,

кому достанется хлеб,

только труды лелея,
Природа, склонясь к ручью,
здесь, писать не умея,

ставит подпись свою.

 

 

15

Крестик. Кусты толкуют,
как небосвод высок.
Чистый ручей ликует,
сверкает на дне песок.
Сёла, холмы мелькают,     
смотрят из-за плеча.
Вдаль меня увлекает
песня и вид ручья.

 

 

16

Псиный лай там не слышен,
свет течет по устам.
Климат там неподвижен,
век непрерывен там.
Холода нет и зноя,
жизнь вдвоем создают
только осень с весною,

стоя рядом, поют.

 

 

17

Становится всё безлюдней.
Слышу пение вод.
Ворот поднял. Уютней
так мне идти вперед.
Солнце в сосновых кронах
держится краткий миг,
тонет в холмах зеленых,
красными сделав их.

 

 

18

Звезды, всплыв, повисают
в темной воде ручья.
Он холмы разделяет
лентой небытия.
Слишком много жемчужин.[2]
В кустах поет коростель.
Стоя в воде, на ужин
руками ловлю форель.

 

 

19

Здесь, над ручьем согбенный,
глядя в ночной простор,
светило своей вселенной
я разожгу — костер.
Чтобы мой дух согрелся.
Вот уж, сверкнув у ног,
огонь в ручье разгорелся              

и гаснет в уме намек.

 

           

20

Утром мне дом приснился
в детстве, третий этаж.[3]
Я встал. Чуть-чуть изменился
давешний мой пейзаж.
Да, изменился, впрочем,
так же был одинок.
Сюда я приплелся ночью,
видеть всего не мог.

 

 

21

Какой-то гул раздавался.

Я долго ему внимал,
пока над ручьем одевался,
но смысла не понимал.
Потом я к нему спустился
и в нем себя разглядел.
Воды зачерпнул, напился,
и тотчас ручей запел.

 

 

22

«Ну вот, ты почти добрался
к моей прекрасной стране.
Так спешил и старался,
столько прошел во сне.
Еще верста, не печалься,
увидишь там, за скалой,
место, где путь начался
мой, где кончится твой».

 

 

23

Ручей, проводник мой странный,
бегущий навстречу мне.
Стало быть, в край туманный
пришел я во сне, во сне.
Что ж, пойду за тобою,
куда ты зовешь, — туда                           
веди меня за собою,
навстречу скользя, вода.

 

 

24

Надеюсь увидеть склоны,
вечно лежащий снег,
отсвет светло-зеленый

или спокойный брег,

несколько сосен старых
или блестящий лед
в центре о`зера в скалах,
откуда ручей течет.

 

 

25

Ну вот и гул нарастает,

ну вот и тает туман,

ветер тучи листает,

руку кладу в карман.

Ель в небосвод пятнистый

смотрит своей иглой.

Ручей сквозь гранит зернистый

белой летит стрелой.

 

 

26

И вот предо мной раскрылся,
раскрылся шумный простор.
С чистым ручьем простился
мой напряженный взор.
Света и мрака полны,
порой сливаясь в пятно,
вздымались тучи и волны,
и это было одно.

 

 

27

Голос ручья чуть слышен,
не опустить мне век.
Климат здесь неподвижен,
но непрерывен век.
По этой славной причине
смело взгляни туда:
как ты хотел — в пучине          

— видишь — облако льда.

 

       

28

А этот гомон невнятный
водно-небесных встреч,
этот гул непонятный
тоже — ты слышишь — речь.
Чтобы и к ней привыкнуть,
чтобы проникнуть в суть,
чтобы ее постигнуть,
нужно здесь зачерпнуть.

 

 

29

Ты, я вижу, встревожен.
Но будь всегда терпелив.
Всякое озеро, может, —       

дальних морей залив.

И, заглушенный гулом,                 

ныряя в этот туман:

«ОЗЕРО», — мне шепнул он.
Но я-то знал: Океан.

 

 

30

Верь иль не верь потоку,
ты бы пришел сюда.
Устье равно истоку,
ибо свой путь вода,
на Север, Юг направляя,
на Запад и на Восток,
снова туда впадает,
откуда берет исток.

 

 

31

Ибо в общем молчаньи 
это не лучшая весть;
ибо это печально,           
но это правда и есть;                
в этом и сила роста,
в этом — сны забытья,   
ибо Природа — остров          
в океане небытия.

 

 

32

Ручей несется, петляет,
ее пополам давно                                             
своей струей разделяет,
но существует дно,
которое каждой травкой,
тиною, вьющей нить,
берег левый и правый
каждый миг единит.

 

 

33

Остров мраком обложен.
Чтобы его защитить,
каждый хоть как-то должен,
должен отождествить
голод, жажду свободы[4],
всё, что движет людьми,
с ее временами года,
с другими ее детьми. 

 

         

34

Помыслы сердца, крови, 
среди вопиющей тьмы
их чистоту уподобить       
снегу ее зимы.                          
Или, пускай как средство
против злобных умов,                     
всю независимость сердца —           
деревьям ее холмов.

 

 

35

А может — самым достойным —

покинув свое жилье,

с чистым сердцем спокойным

сойти к берегам ее

и, взглядом вперясь усталым

в грозящий бедой туман,

здесь уподобиться скалам,

в которые бьет океан.

 

 

36

Тьма живет в человеке.
И это — не мрачность дум.

Ты закрываешь веки,

и тьма застилает ум.
Прожекторы слева, справа,
сзади и впереди.
Тьма под кожей в суставах,
больше всего — в груди.

 

 

37

Не так уж страшно, очнувшись
в сей борьбе с темнотой,
вспять от скал оглянувшись
к месту прогулки той,
к цели ее неясной,
желаньем вернуться полн,
вместо страны прекрасной
увидеть ДВИЖЕНЬЕ ВОЛН.

 

 

38

На свете живут угрозы
страшнее движенья тьмы.
Всегда существуют позы,
когда беззащитны мы.
Особенно те мгновенья
(которые в сумме — дни),
когда мы стоим на коленях
возле ручья одни.

 

 

39

Ручей отраженья мелет,

чувства, сердца, умы,

слишком видимо делит

на` две страны холмы

не только звездной слюдою,          

светом ночных огней,

не только своей водою,

но тем, что сверкает в ней.

 

 

40

Кровь чуть слышно толкает
жар и тепло в висок.
Где-то звезда сверкает,
где-то шуршит песок.
Всюду это шуршанье.
Всюду: в шкафу, в столе.      

Это шумит Познанье,
словно ручей во мгле.

 

 

41

Ручей — удобство, уютность
зеркала, но и питья.
Ручей — сама обоюдность
жизни и небытия.             

Вся — что озером мнилась[5]
смерть, которую мчит,
смерть, что в нем отразилась, —    
ночью и днем журчит.[6]

 

 

 


В основу примечаний о вариантах текста положены сведения, зафиксированные в 1972 году В. Марамзиным.

 

1. С высокой степенью вероятности посвящено Галине Михайловне Наринской, с которой Бродский с начала 1960-х и до конца жизни был в дружеских отношениях, любил и ценил. Людмила Штерн в воспоминаниях приводит надпись на экземпляре «Шествия», подаренном 16 мая 1962: «Гале в день рождения в память об этих годах, когда все было прекрасно… Галя, тебе — более, чем кому-либо, — принадлежит это» (Людмила Штерн. Бродский: Ося, Иосиф, Joseph. СПб., 2005. С. 70). Известно, что Бродский был поражен созвучием фамилии близкого ему человека с названием деревни, в которую он был направлен — Норинская. Тот факт, что «Ручей» был посвящен ей, свидетельствует о степени серьезности, с которой поэт относился к этому сочинению.

2. В первом варианте было: «лентой небытия, / полной ярких жемчужин».

3. Бродский вспоминает здесь не «полторы комнаты» в доме Мурузи, на втором этаже, а шестнадцатиметровую комнату на третьем этаже (ул. Рылеева, д. 2, кв.10), где он жил с матерью до 1955 г. Вряд ли случайно Бродский ввел в условный текст настойчиво конкретную автобиографическую деталь.

4. В первом варианте было:  «голод, любовь, свободу».   

5. В первом варианте было: «Все, что уму приснилось».   

6. Сохранился изначальный незаконченный вариант стихотворения: герой уже находится в стране, где «покою... ничто не грозит». (Затем Бродский, отбросив его, развернул первоначальную идею в «большое стихотворение» о путешествии в «блаженную страну».)

 

Зная, что ты захочешь

в этой стране отдохнуть,

ручей под кустом бормочет,

тебе преграждая путь.

И вместо того чтоб прыгнуть

или пуститься вброд,

ты предпочел приникнуть

губами к прохладе вод.

 

И вот ты пьешь отраженье,

совсем не зная беды,

и видишь его движенье

внутри движенья воды,

и ты в ней рукой болтаешь.

И вот краснеет рука.

И часть облаков глотаешь.

И в кровь бегут облака.

 

Сердце трепещет наспех,

но прекращает враз.

Ум поднимает на` смех

страхи его тотчас.

Даже быстрые воды

слышат голос ума:

это сама Природа,

да, Природа сама.

 

_______________

Немного всё чуждо. Правда,

в этом вина — ничья.

Ни глаз, ни губ. И подавно

здесь не вина ручья.

Нет никакой угрозы.

Кто нам готовит месть<?>

От непривычной позы

все неудобства здесь.

 

Чьей прописан рукою

в эту страну транзит<?>

Слава богу, покою

здесь ничто не грозит.

Слышен лишь шелест кленов.

Солнце в ручье блестит.

С дальних лесистых склонов

стая ворон летит.

 

Нужно только привыкнуть,

чтобы всегда, везде

мог без труда приникнуть

к теплой земле, к воде.

Часть страданий вернется,

часть уйдет навсегда.

Сердцем твоим займется

тот, кто привел сюда.

 

_________________

Эти чувства не ясны.

Нужно помнить о них.

Эти мысли прекрасны.

Много лучше других.

Публикация и примечания Якова Гордина

Глубокоуважаемые и дорогие читатели и подписчики «Звезды»! Рады сообщить вам, что журнал вошел в график выпуска номеров: июньский номер распространяется, 23-24 июля поступит в редакцию и начнется рассылка подписчикам июльского. Сердечно благодарим вас за понимание сложившейся ситуации.
Редакция «Звезды».
30 января
В редакции «Звезды» вручение премий журнала за 2019 год.
Начало в 18-30.
31 октября
В редакции «Звезды» презентация книги: Борис Рогинский. «Будь спок. Шестидесятые и мы».
Начало в 18-30.
Смотреть все новости

Всем читателям!

Чтобы получить журнал с доставкой в любой адрес, надо оформить подписку в почтовом отделении по
«Объединенному каталогу ПРЕССА РОССИИ «Подписка – 2021»
Полугодовая подписка по индексу: 42215
Годовая подписка по индексу: 71767

Так же можно оформить подписку через ИНТЕРНЕТ- КАТАЛОГ
«ПРЕССА ПО ПОДПИСКЕ» 2021/1
индексы те же.

Группа компаний «Урал-пресс»
ural-press.ru
Подписное агентство "Прессинформ"
ООО "Прессинформ"

В Москве свежие номера "Звезды" можно приобрести в книжном магазине "Фаланстер" по адресу Малый Гнездниковский переулок, 12/27


Мириам Гамбурд - Гаргулья


Мириам Гамбурд - известный израильский скульптор и рисовальщик, эссеист, доцент Академии искусств Бецалель в Иерусалиме, автор первого в истории книгопечатания альбома иллюстраций к эротическим отрывкам из Талмуда "Грех прекрасен содержанием. Любовь и "мерзость" в Талмуде Мидрашах и других священных еврейских книгах".
"Гаргулья" - собрание прозы художника, чей глаз точен, образы ярки, композиция крепка, суждения неожиданны и парадоксальны. Книга обладает всеми качествами, привлекающими непраздного читателя.
Цена: 400 руб.

Калле Каспер - Ночь - мой божественный анклав


Калле Каспер (род. в 1952 г.) — эстонский поэт, прозаик, драматург, автор пяти стихотворных книг и нескольких романов, в том числе эпопеи «Буриданы» в восьми томах и романа «Чудо», написанного на русском. В переводе на русский язык вышла книга стихов «Песни Орфея» (СПб., 2017).
Алексей Пурин (род. в 1955 г.) — русский поэт, эссеист, переводчик, автор семи стихотворных книг, трех книг эссеистики и шести книг переводов.
Цена: 130 руб.

Евгений Каинский - Порядок вещей


Евгений Каминский — автор почти двадцати прозаических произведений, в том числе рассказов «Гитара и Саксофон», «Тихий», повестей «Нюшина тыща», «Простая вещь», «Неподъемная тяжесть жизни», «Чужая игра», романов «Раба огня», «Князь Долгоруков» (премия им. Н. В. Гоголя), «Легче крыла мухи», «Свобода». В каждом своем очередном произведении Каминский открывает читателю новую грань своего таланта, подчас поражая его неожиданной силой слова и глубиной образа.
Цена: 200 руб.
Алексей Пурин - Незначащие речи


Алексей Арнольдович Пурин (1955, Ленинград) — поэт, эссеист, переводчик. С 1989 г. заведует отделом поэзии, а с 2002 г. также и отделом критики петербургского журнала «Звезда». В 1995–2009 гг. соредактор литературного альманаха «Urbi» (Нижний Новгород — Прага — С.-Петербург; вышли в свет шестьдесят два выпуска). Автор двух десятков стихотворных сборников (включая переиздания) и трех книг эссеистики. Переводит голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой) и немецких поэтов, вышли в свет шесть книг переводов. Лауреат премий «Северная Пальмира» (1996, 2002), «Честь и свобода» (1999), журналов «Новый мир» (2014) и «Нева» (2014). Участник 32-го ежегодного Международного поэтического фестиваля в Роттердаме (2001) и др. форумов. Произведения печатались в переводах на английский, голландский, итальянский, литовский, немецкий, польский, румынский, украинский, французский и чешский, в т. ч. в представительных антологиях.
В книге впервые публикуются ранние стихотворения автора.
Цена: 130 руб.
Моя жизнь - театр. Воспоминания о Николае Евреинове


Эта книга посвящена одному из творцов «серебряного века», авангардному преобразователю отечественной сцены, режиссеру, драматургу, теоретику и историку театра Николаю Николаевичу Евреинову (1879-1953). Она написана его братом, доктором технических наук, профессором Владимиром Николаевичем Евреиновым (1880-1962), известным ученым в области гидравлики и гидротехники. После смерти брата в Париже он принялся за его жизнеописание, над которым работал практически до своей кончины. Воспоминания посвящены доэмигрантскому периоду жизни Николая Евреинова, навсегда покинувшего Россию в 1925 году. До этого времени общение братьев было постоянным и часто происходило именно у Владимира, так как он из всех четверых братьев и сестер Евреиновых оставался жить с матерью, и его дом являлся притягательным центром близким к семье людей, в том числе друзей Николая Николаевича - Ю. Анненкова, Д. Бурлюка, В.Каменского, Н. Кульбина, В. Корчагиной-Алексан-дровской, Л. Андреева, М. Бабенчикова и многих других. В семье Евреиновых бережно сохранились документы, фотографии, письма того времени. Они нашли органичное место в качестве иллюстраций, украшающих настоящую книгу. Все они взяты из домашнего архива Евреиновых-Никитиных в С.-Петербурге. Большая их часть публикуется впервые.
Цена: 2000 руб.


Калле Каспер - Песни Орфея


Калле Каспер (род. в 1952 г.) – эстонский поэт, прозаик, драматург, автор шести стихотворных книг и нескольких романов, в том числе эпопеи «Буриданы» в восьми томах и романа «Чудо», написанного на русском. «Песни Орфея» (2017) посвящены памяти жены поэта, писательницы Гоар Маркосян-Каспер.
Алексей Пурин (род. в 1955 г.) – русский поэт, эссеист, переводчик, автор семи стихотворных книг, трех книг эссеистики и шести книг переводов.
Цена: 130 руб.


Пасынки поздней империи


Книга Леонида Штакельберга «Пасынки поздней империи» состоит из одной большой повести под таким же названием и нескольких документальных в основе рассказов-очерков «Призывный гул стадиона», «Камчатка», «Че», «Отец». Проза Штакельберга столь же своеобразна, сколь своеобразным и незабываемым был сам автор, замечательный рассказчик. Повесть «пасынки поздней империи» рассказывает о трудной работе ленинградских шоферов такси, о их пассажирах, о городе, увиденном из окна машины.
«Призывный гул стадиона» - рассказ-очерк-воспоминание о ленинградских спортсменах, с которыми Штакельбергу довелось встречаться. Очерк «Отец» - подробный и любовный рассказ об отце, научном сотруднике Института имени Лесгафта, получившем смертельное ранение на Ленинградском фронте.
Цена: 350 руб.

Власть слова и слово власти


Круглый стол «Власть слова и слово власти» посвящен одному из самых драматических социокультурных событий послевоенного времени – Постановлению Оргбюро ЦК ВКП(б) о журналах «Звезда» и «Ленинград» 1946 г.
Цена: 100 руб.



Елена Кумпан «Ближний подступ к легенде»


Книга Елены Андреевны Кумпан (1938-2013) рассказывает об уходящей культуре 1950 – 1960-х годов. Автор – геолог, поэт, экскурсовод – была дружна со многими выдающимися людьми той бурной эпохи. Герои ее воспоминаний – поэты и писатели Андрей Битов, Иосиф Бродский, Александр Городницкий, Рид Грачев, Александр Кушнер, Глеб Семенов, замечательные ученые, литераторы, переводчики: Л.Я. Гтнзбург, Э.Л. Линецкая, Т.Ю. Хмельницкая, О.Г. Савич, Е.Г. Эткинд, Н.Я. Берковский, Д.Е. Максимов, Ю.М. Лотман и многие другие
Книга написана увлекательно и содержит большой документальный материал, воссоздающий многообразную и сложную картину столь важной, но во многом забытой эпохи. Издание дополнено стихами из единственного поэтического сборника Елены Кумпан «Горсти» (1968).
Цена: 350 руб.


Елена Шевалдышева «Мы давно поменялись ролями»


Книга тематически разнообразна: истории из пионервожатской жизни автора, повесть об отце, расследование жизни и судьбы лейтенанта Шмидта, события финской войны, история поисков и открытий времен Великой Отечественной войны.
Цена: 250 руб.


Нелла Камышинская «Кто вас любил»


В сборнике представлены рассказы, написанные в 1970-1990-ж годах. То чему они посвящены, не утратило своей актуальности, хотя в чем-то они, безусловно, являются замечательным свидетельством настроений того времени.
Нелла Камышинская родилась в Одессе, жила в Киеве и Ленинграде, в настоящее время живет в Германии.
Цена: 250 руб.


Александр Кушнер «Избранные стихи»


В 1962 году, более полувека назад, вышла в свет первая книга стихов Александра Кушнера. С тех пор им написано еще восемнадцать книг - и составить «избранное» из них – непростая задача, приходится жертвовать многим ради того, что автору кажется сегодня лучшим. Читатель найдет в этом избранном немало знакомых ему стихов 1960-1990-х годов, сможет прочесть и оценить то, что было написано уже в новом XXI веке.
Александра Кушнера привлекает не поверхностная, формальная, а скрытая в глубине текста новизна. В одном из стихотворений он пишет, что надеется получить поэтическую премию из рук самого Аполлона: «За то, что ракурс свой я в этот мир принес / И непохожие ни на кого мотивы…»
И действительно, читая Кушнера, поражаешься разнообразию тем, мотивов, лирических сюжетов – и в то же время в каждом стихотворении безошибочно узнается его голос, который не спутать ни с чьим другим. Наверное, это свойство, присущее лишь подлинному поэту, и привлекает к его стихам широкое читательское внимание и любовь знатоков.
Цена: 400 руб.


Л. С. Разумовский - Нас время учило...


Аннотация - "Нас время учило..." - сборник документальной автобиографической прозы петербургского скульптора и фронтовика Льва Самсоновича Разумовского. В сборник вошли две документальные повести "Дети блокады" (воспоминания автора о семье и первой блокадной зиме и рассказы о блокаде и эвакуации педагогов и воспитанников детского дома 55/61) и "Нас время учило..." (фронтовые воспоминания автора 1943-1944 гг.), а также избранные письма из семейного архива и иллюстрации.
Цена: 400 руб.


Алексей Пурин. Почтовый голубь


Алексей Арнольдович Пурин (род. в 1955 г. в Ленинграде) — поэт, эссеист, переводчик. Автор пятнадцати (включая переиздания) стихотворных сборников и трех книг эссеистики. Переводит немецких и голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой ) поэтов, опубликовал пять книг переводов. Лауреат Санкт-Петербургской литературной премии «Северная Пальмира» (1996, 2002) и др.
В настоящем издании представлены лучшие стихи автора за четыре десятилетия литературной работы, включая новую, седьмую, книгу «Почтовый голубь» и полный перевод «Сонетов к Орфею» Р.-М. Рильке.
Цена: 350 руб.


Национальный книжный дистрибьютор
"Книжный Клуб 36.6"

Офис: Москва, Бакунинская ул., дом 71, строение 10
Проезд: метро "Бауманская", "Электрозаводская"
Почтовый адрес: 107078, Москва, а/я 245
Многоканальный телефон: +7 (495) 926- 45- 44
e-mail: club366@club366.ru
сайт: www.club366.ru