ВОЙНА

 

ГЕНРИХ  Багиян

Гатчина. Осень сорок первого

Памяти  ленинградских  ополченцев в год 

                                                               шестидесятилетия победы над фашизмом

                                                         

 

 

В повести рассказывается о боях ленинградских ополченцев в окрестностях Гатчины в августе — сентябре 1941 года. Эти эпизоды обороны Ленинграда долгое время замалчивались, и только недавно упоминания о них стали появляться в мемуарной литературе. Автор старается до какой-то степени восполнить пробел в наших знаниях о 26-дневных кровопролитных боях под Гатчиной и о последнем их эпизоде, когда в течение 36 часов отряд под командованием политрука Андрея Семеновича Григорина прикрывал отход наших войск на Пулково и Пушкин. Кроме того, автор исследует боевой путь 267-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона, сражавшегося в те дни в самых горячих точках обороны Ленинграда на юго-западном направлении, и старается раскрыть истоки подвига командира разведотряда 267-го батальона А. Григорина и его солдат. Имена этих защитников Ленинграда до сих пор однозначно не установлены. В дни 60-летия великой победы над фашизмом было бы не лишним выяснить, кто участвовал в том последнем бою, отдал жизнь, прикрывая отход своих товарищей. Есть все основания надеяться, что имена героев наконец могут быть увековечены на углу проспекта 25-го Октября и Соборной улицы в Гатчине, на месте их последнего боя.

Суть дела

В грозные для Ленинграда дни (август — сентябрь 1941 года) после отхода войск Ленинградского фронта с Лужского оборонительного рубежа в течение 26 суток шли изматывающие бои на опорных позициях Красногвардейского укрепрайона, в основном силами 2-й, 3-й и 5-й дивизий народного ополчения и отдельных пулеметно-артиллерийских батальонов (ОПАБ), тоже сформированных из ополченцев. В боях, происходивших всего в 30 километрах от Средней Рогатки, немецкие части были заперты вокруг шоссе Луга — Ленинград на пространстве до 100 километров по обе стороны (от Ополья до Вырицы) и на 20 в глубину (от поселка Никольское до деревни Дони).

В эти три с половиной недели жарких боев командиром разведки 267-го ОПАБ’a Андреем Григориным был предложен и осуществлен ряд серьезных операций. Так,  в начале сентября противник, нащупывая слабые места в нашей обороне, проводил передислокацию перед готовящимся наступлением. Разведгруппа 267-го ОПАБ’a, возглавляемая А. Григориным, 3 сентября проникла в расположение войск противника в районе деревни Вопша и поселка Высокоключевой и обнаружила перегруппировку немецких сил с целью удара по позициям батальона в деревнях Лядино и Киви-Ярви. В соответствии с разведданными командование батальона на этом направлении усилило огневую мощь, и с близкого расстояния противнику шквальным огнем был нанесен большой урон — в результате контрудара немцы были отброшены на прежние позиции. Далее, 6 сентября, после того как немцы заняли Малое Замостье, Григорин с 30 своими разведчиками провел молниеносную операцию по разгрому немецкого гарнизона, состоящего почти из 150 человек, захватив много трофеев. Отвага Григорина и его бойцов была отмечена благодарностью командующего укрепрайоном генерал-майора Крылова, который представил командира отряда и солдат к наградам (следует отметить, что только через 20 лет награда Григорина — орден Отечественной Войны 1-й степени — была вручена его сыну).

Однако постепенно немцы превосходящими силами по окольным грунтовым дорогам обошли Красногвардейск с трех сторон, и теперь предстояло осуществить отвод наших войск по единственным все еще свободным шоссе Красногвардейск — Ленинград и Красногвардейск — Пушкин. Чтобы не дать противнику на плечах наших отступающих частей ворваться в Ленинград через Пулково — Среднюю Рогатку, следовало как можно дольше удерживать пролегающий по Красногвардейску участок шоссе. Эта задача 13 сентября была поставлена перед Григориным и его 35-ю разведчиками, и ее выполнение стало главным подвигом их короткой жизни. Ополченцы хорошо понимали, что после ухода наших войск они оставлены стоять насмерть. Полтора дня (36 часов!) отряд держал оборону под ударами авиации, артиллерии, танков и пехоты противника, и за это время наши войска успели отойти и укрепиться на позициях вокруг Пулковских высот, которые и оказались непреодолимым для немцев заслоном на пути в Ленинград. Тяжело раненного и контуженного Григорина и нескольких его бойцов взяли в плен, и через несколько дней на центральной площади Красногвардейска командир разведки 267-го ОПАБ’a был казнен. Подвиг отряда Григорина не был отмечен никакими воинскими наградами.

* * *

Чтобы понять масштабы боев на юго-западе от Ленинграда, следует упомянуть, что в целом в Красногвардейском секторе укрепрайона частям 18-й Армии, 4-й, а позже и 3-й танковым группам немцев, общей численностью до 120 тысяч человек, противостояли дивизии народного ополчения, ОПАБ’ы и кадровые части численностью до 90 тысяч. То есть наступающая под Красногвардейском немецкая группировка была больше, чем под Эль-Аламейном в Северной Африке (а эта битва считалась на Западе самой важной на театрах военных действий наших англо-американских союзников в период до июня 1944 года), и в полтора раза превосходила по численности наши обороняющиеся войска при серьезном превосходстве в танках и особенно в авиации.

Как действующая боевая единица Красной Армии ОПАБ имел следующую структуру:

 

1. Штатный состав батальона (1052 человека) подвергался колебаниям от 600 (после тяжелых боев) до 2300 человек. Основные подразделения ОПАБ’a — 4 пулеметные роты численностью по 160 — 180 человек.

2. Личный состав ОПАБ’a: командный состав — 71; начальствующий состав — 41; младший командно-начальствующий состав — 344; рядовой состав — 596 человек.

3. Лошадей верховых — 25; лошадей обозных — 101; всего — 126.

4. Материальная часть и транспорт: орудия 76 мм— 16; орудия 45 мм — 20; пулеметы станковые — 68; пулеметы ручные — 49; радиостанции — 10; прожекторные станции — 4; автомобили легковые — 1; автомобили грузовые — 13; спец. автомобили — 4; повозки парные — 33; двуколки — 12; походные кухни и кипятильники — 5.

5. Младший технический состав: старших чертежников — 1; электромехаников — 53; начальников прожекторной станции — 4; оружейных и орудийных мастеров — 20; киномехаников — 1; завскладом — 1 и др.

6. Младший административный состав: писарей старших — 5; каптенармусов — 4; поваров старших — 5; библиотекарей — 1.

7. Медицинский состав: санинструкторов — 47; санитаров — 5; ветеринаров — 1; коноводов — 2.

8. Рядовой состав: стрелков — 9; электриков — 6; радиотелеграфистов — 78; телеграфистов — 32; кабельных монтеров — 12; саперов — 6; прожектористов — 28; наводчиков — 56; номеров расчетов — 80; наблюдателей — 4; электриков-мотористов — 44; пулеметчиков — 120; шоферов — 15; повозочных — 47; слесарей — 6; столяров — 3; кузнецов — 7; поваров — 6; портных — 4; сапожников — 5 и др.

 

Если внимательно вглядеться в этот перечень, то становятся понятными слабые стороны ОПАБ’ов. В первую очередь, это плохое оснащение моторным транспортом: три грузовых автомобиля на роту и ни одного мотоцикла. Основным средством транспортировки грузов, техники и личного состава батальонов в 1941 году были конные повозки. Отсюда не только плохая мобильность наших боевых частей, но и невозможность использования в нужных масштабах таких передовых разработок того времени, как простые в изготовлении гвардейские минометы «катюша».

В штатном расписании ОПАБ’ов совершенно не были предусмотрены разведгруппы для ведения войсковой разведки в полосе действия батальонов, в связи с чем в первые дни боев в Красногвардейском укрепрайоне (КУР) командование было в полном неведении относительно намерений противника. Только по прошествии недели такие разведгруппы стали создаваться отдельными приказами. Что же касается оснащения батальонов противотанковыми орудиями, станковыми и ручными пулеметами, а также средствами связи, то его следует признать вполне на уровне тех дней.

Таковы статистические данные. А что же представлял собой личный состав батальонов, каков был уровень его боевой подготовки в дни, предшествующие первым столкновениям с противником, как была поставлена учеба рядового состава? Так как ОПАБ’ы были оснащены технически более сложными средствами, чем обычная стрелковая часть, то в военкоматах из контингента народного ополчения в ОПАБ’ы в первую очередь отбирали людей, имевших опыт службы по призыву. Однако их не хватало. В результате 267-й ОПАБ был сформирован примерно поровну из опытных рядовых 1900 — 1918 годов рождения и из необстрелянных ребят 1919 — 1924 годов рождения. Среди солдат по возрасту самым старшим в 267-м ОПАБ’е был Кулеватский Н. Ф., который в свои 63 года годился многим другим ополченцам в деды. Совсем плохи были дела с формированием командного состава батальонов. По большей части командирами и начальниками штабов ОПАБ’ов назначались люди, ранее не имевшие никакого армейского опыта. Так, командиром 267-го ОПАБ’а был назначен Н. И. Демьянов — 30-летний научный сотрудник Арктического института, незадолго до этого закончивший ЛГУ, а начальником штаба к нему был определен работник Куйбышевского РОНО Г. А. Бохман. Всем им, и командирам и рядовым, нужно было за какие-нибудь пять недель (до первой встречи с немцами на поле боя) проделать путь от мирных граждан до боеспособного батальона. И путь этот был коротким по времени, но тем более трудным по затратам физических и духовных сил. Предстояло не только до автоматизма отработать все необходимые боевые приемы, но и перестроиться психологически — ведь только вчера они ходили на работу в свои проектные институты, научные лаборатории, на заводы, проводили вечера в кино, читали газеты или играли по дворам в домино, а теперь совсем скоро надо будет холодно целиться и стрелять в себе подобных. Суть стоявших в те июльские дни проблем легче понять при знакомстве, в частности, с приказом войскам Слуцко-Колпинского сектора укрепрайона от 30.07.41 г.:

«Несмотря на ясно отданное мною распоряжение командирам батальонов о порядке оборудования узлов сопротивления и опорных пунктов, до сих пор еще не только у командиров взводов, но и самого командования батальонами нет ясного представления о том, что же надо оборудовать. Проверка мною готовности огневых точек в батальонах показала, что: 1) состав батальонов почти 10 дней рыл окопы, а что рыл и для чего — никто не знает. Командиры взводов и отделений заявляют, что не было четких указаний, и когда говоришь, что мы ждем от них, то они отвечают, что первый раз слышат об этом. 2) Рыли котлованы без всяких чертежей и руководства, эта работа на отдельных точках пропала даром. 3) Начальники инженерной службы батальонов не руководят фортификационными работами. 4) Помкомбаты по артиллерии еще не понимают сути артточек в УРе, а следовательно, устанавливать точки пришлось начальнику артиллерии Сектора. 5) При посещении рот видишь красноармейцев или за обедом, или за отдыхом, или за чтением газет, но не за учебой, не за подготовкой своей точки. 6) Стрелковых карточек нет. ПРИКАЗЫВАЮ: 1. Срочно прикрепить расчеты к точкам, каждой точке дать номер и назначить комендантов. 2. Приступить к оборудованию своих огневых точек силами расчетов. 3. Срок готовности точек — 3 дня. 4. Порядок работ командир роты дает после утверждения командиром батальона места и № точки соответствующему инженеру участка, а далее они, используя расчет и придав рабочую силу, начинают строить точку. 5. Прекратить размещение расчетов  и командных пунктов рот в сараях и других помещениях. В большинстве рот имеются землянки, где и размещаться расчету, впредь до устройства ДОТов и ДЗОТов, куда сразу же перемещается расчет. 6. Командные пункты батальонов срочно вывести из населенных пунктов. 7. На каждой точке иметь стрелковые карточки. 8. Командирам батальонов произвести силами оружтехников осмотр оружия и при обнаружении недостатков виновных привлечь к ответственности. 9. Поднять выше военную дисциплину, помня, что наши товарищи проливают кровь и наша задача, пользуясь моментом, использовать все время и силы на учебу. Командирам батальонов 01.08 представить мне расписание занятий по 15.08.  10. Связь не на должной высоте, необходимо срочно наладить ее. 11. Под личную ответственность командиров батальонов и их помощников по артиллерии пополнить боевое оружие на позиции до боекомплекта, а не хранить выстрелы в складах. Предупреждаю, что при обнаружении мною беспорядка в частях, виновные будут привлекаться к суду. Комендант Сектора — Подполковник [нрзб.]».

Было от чего прийти в отчаяние начальнику штаба укрепрайона. Cотни совсем не подготовленных людей, собранных в батальон, добровольно ставших по зову сердца на защиту отечества, доверились своим командирам и комиссарам, но командиры-то эти с комиссарами тоже, за редким исключением, начинали свой военный путь с нуля. (Ох, как был бы кстати опыт 40 тысяч боевых командиров Красной Армии, накануне войны расстрелянных или посаженных НКВД по тюрьмам и лагерям.)

В деле создания из неорганизованной массы ополченцев боеспособного и сплоченного коллектива велика была роль батальонных комиссаров и ротных политруков, в задачи которых в это тяжелое время входила не проработка основ марксизма-ленинизма, а борьба с низкой исполнительской дисциплиной и, например, с таким известным пороком, как пьянство. В 267-м ОПАБ’е строгим и справедливым для солдат дядькой был комиссар батальона Ф. И. Казначеев, и, судя по приказу № 34 от 01.08.41, поработать было над чем:

Боевой приказ № 34

01.08.41 г.                                                                                                                 г. Колпино

по 267-му отдельному пулеметно-артиллерийскому батальону

1.

31.07.41. Начальник штаба, проверяя несение караульной службы на КП, обнаружил, что начальник боевого охранения, высланный от 1-й роты, — помкомвзвода Гоголев — пьян. Произведенным дознанием установлено, что Гоголев самовольно покинул боевое охранение, ушел в гор. Колпино, где и напился пьяным и тем самым совершил преступление, за которое должен нести ответственность по законам военного времени. В силу изложенного, мною возбуждено ходатайство перед Комендантом Сектора о предании Гоголева суду Военного Трибунала.

2.

Командиру 1-й роты тов. Косареву и политруку тов. Шаркову, назначившим Гоголева начальником боевого охранения, указать на всю нетерпимость подобного безответственного отношения с их стороны к несению службы боевого охранения.

3.

Целый ряд фактов нарушений устава  в несении караульной службы является следствием отсутствия инструктажа и проверки со стороны командиров и политруков рот. Случаи выпивок, нарушений дисциплины объясняю также отсутствием со стороны командиров и политруков жесткой требовательности. ПРИКАЗЫВАЮ командирам и политрукам рот использовать полностью предоставленные дисциплинарным уставом права, не оставлять ни одного проступка без соответствующего наказания.

4.

Ряд командиров и начальников используют полевую связь для никчемных переговоров, для посылки никому не нужных телефонограмм, тем самым нагружая связь работой, никакого отношения не имеющей к оперативной службе. Например: помначштаба Хованский передает шифрованную телефонограмму, что начальники обозно-вещевого довольствия и артснабжения своевременно явились из командировки. Часто по полевой связи вызывают парикмахера и т. д. ПРИКАЗЫВАЮ начальнику связи подобных разговоров по полевой почте не допускать и телефонограммы, не относящиеся к оперативной работе, боевой подготовке и хозобеспечению, не передавать.

5.

Наблюдаются случаи нарушения командирами и политруками рот распорядка дня и расписания занятий, утвержденных командованием батальона. Некоторые командиры рот допускают отсебятину в деле боевой подготовки. Например, командир 1-й роты Косарев вместо того, чтобы использовать каждую минуту для обучения бойцов владению в совершенстве оружием, правильно подавать команду и  грамотно принимать решения, вытекающие из задач роты, занимающей укрепленный участок обороны, ни с кем не согласовав, организует занятие роты в целом наступательного характера. Это говорит о том, что командир и политрук роты до сих пор не уяснили свою боевую задачу и не изучили сами основы действия пулеметно-артиллерийской роты, занимающей укрепленный участок обороны. Предупреждаю командиров и политруков рот, что буду строго наказывать за нарушение распорядка дня, невыполнение планов боевой подготовки и самовольное отклонение от расписания занятий. Начальнику штаба и помкомбату Трофимчуку обеспечить повседневный контроль за организацией и проведением боевой подготовки в ротах.

Командир батальона — Демьянов, Комиссар батальона — Казначеев, Начальник штаба — Бохман.

 

В этих и подобных документах (приказах, донесениях, сводках) конца ию­ля — начала августа 1941 года хорошо чувствуется и тревожное ожидание предстоящих боев, и все еще беспечная уверенность в быстром победоносном завершении войны, и какое-то газетно-отстраненное отношение к происходящим событиям. Так, за примерно такую же провинность, как у Гоголева, Военный трибунал приговорил рядового Белевича из 4-й роты 267-го ОПАБ’а к трем годам исправительно-трудовых работ в колонии строгого режима с исполнением приговора после наступления мирного времени, а до тех пор Белевичу предписывается для искупления вины продолжать нести службу на своем боевом посту.

* * *

Красногвардейский укрепрайон был создан 23 июля 1941 года приказом командующего Северо-Западным фронтом К. Е. Ворошилова и состоял из трех секторов: Слуцко-Колпинского, Центрального (Гатчинского) и Красносельского. Задача КУР’a заключалась в защите Ленинграда на ближних подступах к городу от наступающих с юго-западного направления немецких войск группы армий «Север». Комендантом укрепрайона был утвержден генерал-майор И. И. Швыгин, комендантом Центрального сектора со штабом в городе Красногвардей­ске — генерал-майор В. А. Крылов, куда в конце первой декады августа 1941 г. и был передислоцирован 267-й ОПАБ.

267-й ОПАБ был первой воинской частью, появившейся в Красногвардей­ском секторе укрепрайона. Несколько позже заняли по соседству отведенные им позиции 276-й, 270-й и 126-й ОПАБ’ы, а также кадровая дивизия НКВД. К середине августа с Лужского рубежа обороны отошли к Гатчине 2-я и 3-я дивизии народного ополчения, 1-я бригада морской пехоты, а к Борницам выдвинулись курсанты Петергофского училища пограничников. В решающих сентябрьских боях под Красногвардейском приняли участие также 4-я, 5-я дивизии и сильно потрепанные в прежних боях под Лугой батальоны 1-й дивизии народного ополчения.

Толпы горожан потянулись на призывные пункты уже с вечера 22 июня. Многие из них в те первые дни войны по наивности полагали, что она завершится в ближайшие две-три недели и надо успеть выполнить свой гражданский долг по защите Отечества. Когда же после первых дней приграничных катастрофических провалов всем стало ясно, что крылатый плакат «Ворошиловским залпом подавим врага на его собственной территории!» является пропаганди­стским бредом, в душе каждого питерца забил набат тревоги о судьбе родного города. В начале июля начал работать Штаб обороны Ленинграда на ближних подступах к городу под руководством динамичного и талантливого организатора — Алексея Александровича Кузнецова, секретаря горкома. Здесь решались все вопросы, от организации эвакуации населения и пополнения запасов продовольствия в городе в условиях ограниченной связи с другими регионами и до создания Лужского рубежа обороны и укрепрайона вокруг Красногвардейска. Каждый из этих вопросов был чрезвычайной важности. Так, в первые недели войны по просьбе А. А. Кузнецова распорядитель продовольствия военного времени А. И. Микоян разрешает поставить в Ленинград 120 вагонов продовольствия. Еще бы семь-восемь таких поставок, и в самую страшную первую военную зиму в Ленинграде не было бы таких больших людских потерь от голода. Однако по непонятной причине А. А. Жданов сообщает Сталину о переизбытке продовольствия в Ленинграде, и огорченному Микояну указывают на недопустимость дальнейших поставок. Неизвестно, сожалел ли Жданов об этой своей инициативе, когда 8 сентября, на третий день массированных налетов немецкой авиации на Ленинград, были сожжены Бадаевские склады. (В 1949 году в «ленинградском деле» Кузнецову перед расстрелом поставят в вину и эту самовольную продовольственную инициативу.)

И все же самая большая работа в штабе была связана с организацией эффективного отпора быстро наступающему врагу. Сложность задачи состояла в недостаточной оперативности поставок необходимого вооружения и плохой воинской выучке добровольцев. Если вторая задача могла быть решена благодаря высокому уровню образованности питерских ополченцев, то первую можно было осилить путем создания каркаса экономичных оборонительных укреплений. Такие полевые структуры были разработаны в штабе обороны и силами ленинградцев стали возводиться частично на Лужском рубеже обороны и в полной мере — в  Красногвардейском укрепрайоне. Структура представляла собой каркас, состоящий из дотов и дзотов, расположенных через каждые 75 — 100 метров. В пространствах между этими точками располагались подразделения дивизий народного ополчения, а в самих огневых точках располагались ОПАБ’ы с вооружением и бойцами. Таким образом, в Красногвардейском секторе укрепрайона к началу боевых действий было построено около 300 дотов и дзотов, прорыто более 100 километров противотанковых рвов. Глубина обороны от внешнего обвода сектора (село Никольское) до внутреннего (Пулково) составляла 35 — 40 километров, и этот последний рубеж укрепрайона, за которым в пяти километрах находилась Средняя Рогатка, немцы так и не преодолели.

Роты 267-го ОПАБ’a изготовились к встрече с врагом 19 августа 1941 года, заняв вместе с подразделениями 2-й дивизии народного ополчения позиции по линии Черницы, Химози, восточная часть Больших Колпан (3-я рота) — западная часть Больших Колпан, Малые Колпаны, Парица (2-я рота) — высота 85,5, Пижма, Пустошка (1-я рота) — Большое и Малое Замостье, п. Фрезерный (4-я рота). А вот и первые распоряжения бойцам, готовящимся к встрече с противником.

Боевой приказ № 1

19.08.41 г.                                                                                         гор. Красногвардейск

по 267-му отдельному пулеметно-артиллерийскому батальону

Командирам всех рот

Противник подтягивает войска к переднему краю обороны батальона Киви-ярви — Лядино — Большая Вопша — ст. Суйда — с. Воскресенское. В Черницах и Воскресенском обнаружено скопление танков противника.

ПРИКАЗЫВАЮ:

1.    Повысить бдительность во всех районах и огневых точках.

2.    Немедленно устранить ненужное и бесцельное хождение людей не только в одиночку, но даже группами.

3.    Установить постоянное дежурство 2/3 личного состава у орудий и пулеметов.

4.    Произвести маскировку орудий и пулеметов и все окопные работы и сделать их незамеченными.

5.    Вести беспрерывную тщательную разведку через каждые 4 — 6 часов с соответствующими результатами.

6.    Огонь открывать внезапно, губительный, большим шквалом.

7.    Проверить район обороны, если есть незаполненные места, заполнить их.

8.    Сделать окопы полного профиля.

9.    Всякие смены производить только в темноте, избегая всяких демаскировок себя.

И. о. командира батальона Заломин. И. о. военного комиссара Митьковец. Начальник штаба Бохман.

 

Документ этот пропитан тревожным, напряженным ожиданием схватки, которая и состоялась на следующий день по всей линии обороны Центрального сектора КУР’а. Первый бой 267-го ОПАБ’a приняла 3-я рота совместно с пехотными подразделениями 2-й ДНО 19 августа на южной окраине Старой Черницы.

 

В ненастный ноябрьский день 2004 года мы приехали в Черницы с Борисом Всеволодовичем Федоровым, участником того первого боя с немцами, тогда рядовым, комсоргом роты. Для него этот бой оказался первым и последним боем под Гатчиной. Ближе к вечеру 19 августа, истратив весь боекомплект, боевое охранение 3-й роты снялось со своих позиций и, рассредоточившись, небольшими группами по кюветам скрытно продвигалось вдоль шоссе, захваченного противником, к расположению основных сил роты в деревне Химози. Однако, не преодолев и двух километров, ополченцы были обнаружены и взяты в плен немецкими мотоциклистами. «Пригнувшись, мы с Пашей прошли по кюветам большую часть пути до расположения основных сил нашей роты, как вдруг из остановившегося на обочине шоссе мотоцикла высоко над нами возникла плотная фигура немца с засученными рукавами и автоматом наперевес. Видя нас безоружными, он широко улыбаясь, стал делать нам  манящие жесты, приговаривая: «Дафай, дафай, Ивань. Цурюк. Комм мит фюр эссен. Абгемахт?!».1  Ну вот, говорю, и приехали мы с тобой, Пашка. Щас нам и наваристого супчика, и каши густой поднесут, а на третье — компота и все это сготовят из брюковки. Как в воду глядел».  Дальше были концлагеря под Псковом, четыре побега, партизанские отряды в Стругокрасненском районе, а в 1944-м путь Федорова, уже вместе с действующей армией, лег на запад. Но его первый день войны запомнился во всех, даже мелких, деталях — от птичьего веселья до неуемных комаров по ночам. То погожее теплое утро предвещало жаркий день — не было обычного для августа утреннего холодка, воздух хрустально прозрачен, а прямо над головой с высоких бледно-голубых небес, не запятнанных ни одним облачком, доносились радостные трели семьи жаворонков. Спозаранку командир отправил быстроногого 17-летнего бойца Пашку с котелками к полевой кухне за харчами на всю команду, но позавтракать не довелось. Утреннюю благодать неожиданно стали с громким скрежетом прорезать самолеты, из которых с пронзительным воем сыпались бомбы. Тут же заработали артиллерия и минометы немцев, а потом по земле поползли бронированные чудовища.

По словам Федорова, план обороны на этом участке нашего переднего края был предельно прост: по обе стороны Лужского шоссе здесь были вырыты противотанковые рвы глубиной 4 и шириной 6 метров с крутыми скатами; по северной стороне рвов были устроены гнезда для пулеметов и окопы; в полотне шоссе, выложенном булыжником, несколько вперед в сторону немцев были вырыты большие ямы, куда надо было заложить фугасные снаряды, которые, как ожидалось, вот-вот подвезут со склада артснабжения. Подрыв мощных фугасов мог сделать шоссе непроходимым для техники противника, но по российскому разгильдяйству фугасы «вовремя не подвезли», и это серьезно осложнило оборону. В сумерки, когда подходили к концу боеприпасы, а тем временем немецкая мотопехота по шоссе и окольным грунтовым дорогам просочилась в тыл, командир все не осмеливался отдать приказ об организованном отступлении отряда с боем к основным силам роты, полагая, что самовольный уход с позиций будет расценен командованием батальона как дезертирство. В результате большая часть бойцов, чуть позже оказавшаяся без боеприпасов, была убита или взята в плен. И все же, несмотря на неповоротливость и неумелость командования, 3-я рота на протяжении дня успешно противостояла немецким танковым атакам и отошла только к концу дня, заняв оборону по линии Лядино — Вопша.

Справа от них в этот день нанесли большой урон противнику кадровые части Красной Армии в районе Войсковиц (легендарный батальон танков КВ капитана Шпилера) и курсанты Военно-политического училища НКВД около деревни Большие Борницы. Во всех остальных пунктах переднего края противник в этот день так и не смог прорвать внешний оборонительный обвод КУР’a. На следующий день, используя несогласованность между действиями 267-го ОПАБ’a и пехотными батальонами 2-й ДНО, немцам удалось в нескольких местах вклиниться в оборону. По ходу этих первых боев командование КУР’a вносило коррективы в действия частей, в частности, подчинив все пехотные подразделения, находящиеся в зоне КУР’a, комиссарам и командирам опорных пунктов, то есть ОПАБ’ам. Целесообразность такого шага следует из констатирующей части следующего документа:

Боевой приказ № 52

22.08.41 г.                                                                                                                  г. Красногвардейск

 

267-му отдельному пулеметно-артиллерийскому батальону УР’a

 

Проведенной 19.08.41 и 20.08.41 рекогносцировкой занятых рубежей УР и разведкой передовых авангардов противника установлено, что пехотные батальоны, роты, взводы, расположенные в опорных пунктах УР’a, при первой же бомбежке самолетов и при соприкосновении с небольшими группами танков и автоматчиками противника, не приняв боя, уходят с занимаемых рубежей и тем самым оголяют противотанковые рвы и оставляют артиллерийские расчеты без прикрытия.   Командиры этих пехотных частей не обеспечивают присущими им волевыми качествами должной стойкости для организации боя и поддержки артиллерии УР. Вместо того, чтобы принять меры к трусам и паникерам, сами поддаются панике и растворяются в общей массе. Так, например, с 19 на 20.08.41 пехота не поставила в известность командование УР’a, отошла с правого фланга и тем самым оставила без прикрытия противотанковые рвы и орудийные расчеты. В результате в бою с группой 15 фашистских танков и группой автоматчиков 30—40 человек наши расчеты, находящиеся в районе Большие Черницы, Вопша и по Лужскому шоссе до д. Лядино, после боя с противником были выбиты танками, находящимися около противотанкового рва, в то время как эти танки могли быть уничтожены истребительными частями пехоты. Один ДЗОТ, за отсутствием прикрытия пехоты был блокирован, а в районе с. Воскресенское — Суйда командир 8-й пехотной роты растерялся и оставил без прикрытия оба расчета. Враг пытается проникнуть к Ленинграду. Над Ленинградом нависла смертельная опасность.

Для организации отпора врагу ПРИКАЗЫВАЮ подчинить все пехотные части, находящиеся в зоне УР’a, комиссарам и командирам опорных пунктов УР’a. Всех отступающих одиночек, бегущих в тыл, задерживать и организовывать из них отдельные боевые группы, а при выявлении из них трусов и паникеров передавать в Военный Трибунал.

1.    В опорном пункте д. Химози назначаю командиром пехотной группы лейтенанта Хахалкина, комиссаром — политрука Степаняна. Комиссару Степаняну разрешаю для создания ядра пехотной группы отобрать из 3-й роты 267-го ОПАБ’a проверенных, смелых, способных и надежных 10 коммунистов и комсомольцев.

2.    В опорном пункте Большие Колпаны командиром группы назначаю лейтенанта Демьянова, старшим политруком — Косырева. Пехоту, расположенную в опорном пункте с. Пижма,  подчинить командиру левого фланга УР’a Косареву, а комиссаром назначается политрук Шарков.

3.    Начальнику тыла Маринову обеспечить пехотные группы средствами передвижения, питанием, необходимым инвентарем.

4.    Начальнику артснабжения заняться довооружением этих групп.

Командирам и комиссарам навести образцовый порядок в своих подразделениях и установить жесткую воинскую дисциплину.

 

Первые дни боев в Центральном секторе КУР’a были днями постижения искусства обороны на предварительно оборудованных позициях, когда в ОПАБ’ax  не было недостатка в боеприпасах, но взаимодействие с пехотными частями было не отлажено. Уроки давались большой кровью, но усваивались солдатами и командирами быстро, что видно из оперативных сводок боев в по­следующие дни.

Оперсводка № 18 к 05.00 22.08.41. Штаб КУР’a

С 12.00 21.08 авиация противника усиленно бомбардировала Красногвардейск, где были повреждены дома и шоссе, идущее в сторону Ленинграда, возникло несколько пожаров. До 20.00 этого же дня командный пункт Центрального сектора в Красногвардейске подвергался многократной и ожесточенной бомбежке, в результате которой убито 10 человек, 4 лошади, ранено 2 человека. Сгорела автомашина с прицепом со снарядами, которые взрывались. С 21.00 командование сектора перешло в новый КП к северу от Красногвардейска в лесном массиве в двух километрах по Красносельскому шоссе (бывший КП 42-й армии).

С утра 21.08.41 г. части 2-й ДНО и части Центрального сектора вели усиленную разведку и упорные бои с противником  в предполье, а также в непосредственной близости от переднего края обороны. Разведкой установлено занятие противником следующих пунктов: Келози, Волковица, Кемпелово, Вязелево, Малые Туганицы, Акколово, Мочино, Педлино, Рякелево, Черново, Малая Парица. В 21.30 21.08 противник пытался овладеть передним краем обороны к северо-западу от М. Парицы, но был отбит артогнем и отошел на прежний рубеж. Артогнем рассеяно к 21.00 значительное скопление противника и подавлен его минометный огонь в районе Акколово — Мочино. 2-й батальон 3-го полка, направленный для уничтожения зарвавшихся передовых частей противника, был окружен в лесу в районе Большие Борницы — Илькино. Отряд 1-го полка в составе одной роты и противотанковой батареи в 10.30  21.08 выступил на автомашинах в направлении Пижма — ст. Суйда для выяснения сил и группировки противника в указанном районе; до 24.00 сведений от отряда не поступало. Разведкой и боем установлено сосредоточение крупных бронетанковых соединений противника, мотопехоты с артиллерией в районах Педлино, Рякелево, Черново, Воскресенск, Суйда.

Из оперсводки № 22 ШТАРМ 42 (Пулково) к 5.00 24.08.41

42-я армия, продолжая совершенствовать район обороны, вела глубокую разведку в направлении на запад и отражала попытки противника ворваться в передний край в районе с. Пижма. Части 2-й ДНО и Центрального сектора, занимая прежний район обороны, вели бой с пехотой противника силой до батальона, поддержанного 30—40 танками, пытавшимися ворваться на передний край в окрестностях с. Пижма. Пехота противника, встреченная огнем роты автоматчиков, в беспорядке отошла в село Воскресенское. До 30 танков противника, пройдя вдоль переднего края, сосредоточились в лесу восточнее д. Пустошка. Для уничтожения танков пр<отивни>ка в 20 часов выслан б<атальо>н истребителей. Ведется минирование дорог на участках Замостье — Пижма — Пустошка и Замостье — Сусанино. Результаты боя уточняются. В Районе Красногвардейска огнем 4-й зенитно-пулеметной роты в 21.15 сбит самолет пр<отивни>ка Ю-88, самолет сгорел. Артиллерия: прибыл и становится на огневые позиции 3-й б<атальо>н 24 КАП. Прибыли и становятся на ОП, согласно плану ПТО, два зенитных дивизиона. Связь работала бесперебойно. Дороги в полосе армии проходимы для всех видов тр<анспор>та. Начальник штаба 42-й Армии, генерал-майор Беляев.

 

По излагаемым фактам, да и по тону документов видно, что после первых дней неопределенности и неразберихи в центральном секторе КУР’a спокойно, без каких-либо признаков паники налаживается эшелонированная оборона, да и натиск немцев в дни их первого штурма наших позиций 19—22 августа заметно ослаб после понесенных потерь в танках и живой силе. В перерывах между боями командиры ОПАБ’ов даже успевают выпускать приказы, в которых отмечаются особо отличившиеся воины.

Приказ № 54

23.08.41 г.                                                                                                           г. Красногвардейск

 

по 267-му отдельному пулеметно-артиллерийскому батальону УР’a

 

1.

21 августа 1941 года бойцы 4-й роты Доронкин и Белевич, будучи в окружении вражеских танков, приняв все меры предосторожности и предварительно разведав местность, сумели выгрузить из ДЗОТ’a на автомашину оставшиеся там 79 снарядов и привезти их на наши позиции. За образцовое выполнение приказа командира и проявленные при этом находчивость и храбрость объявляю благодарность бойцам Доронкину и Белевичу. Одновременно мною возбуждено ходатайство перед Трибуналом о снятии судимости с бойца Белевича и отмене вынесенного ему приговора.

2.

За образцовое выполнение приказания политрука 3-й роты об установке пулеметов у орудий объявляю благодарность бойцу 3-й роты Прокопову.

Приказ зачесть во всех ротах, службах и подразделениях батальона.

Командир 267-го ОПАБ, лейтенант Демьянов; военный комиссар — Казначеев; начальник штаба — Бохман.

 

Можно представить, какая радость переполняла душу 19-летнего Вани Белевича в связи с возможной отменой судимости: уж как только ни корил он себя за то, что поддался на уговоры своих друзей по гражданке и выпил водки в уютном колпинском садике, от чего и разморило его потом на посту в июльскую жару. А как исходил злобой на том суде особист, требуя припаять всамделишный  срок, да спасибо комбату Демьянову, «отцу» Филиппу (комиссару Казначееву) и ротному политруку Григорину — спасли от позора. С того самого приговорного дня Ивана пробирал стыд — ведь, несмотря на молодость, в роте его уважали за то, что хорошо разбирался в технике: как-никак, автослесарь с дипломом ФЗУ Кировского завода. А что скажут дома, в родной деревне под Витебском, когда прознают про его дела? Друга его, наводчика Серегу Доронкина, ставшего в свои 17 лет помкомвзвода, в конце августа, на зависть Ивану, зачи­слили в разведгруппу батальона. Сергей, правда, добился у Григорина обещания, что со снятием судимости Ивана тоже возьмут в разведгруппу. Не поспела, однако, ко времени отмена приговора — сгорел Ваня в доте от немецкого огнемета во время последней танковой атаки на Малое Замостье 9 сентября. Не поспела на выручку гарнизону дота боевая группа, в составе которой был и Серега Доронкин. Правда, тому недолго пришлось горевать по Ивану — четырьмя днями позже и Сергей сложил свою голову в бою на улицах Гатчины, прикрывая отход своих товарищей из города.

В августе и в первую неделю сентября противник пытался вести активные наступательные действия в основном в Центральном секторе КУР’a, в Красносельском и Слуцко-Колпинском секторах КУР’a ограничиваясь авианалетами и разведывательными операциями.

Хроника боевых действий в Центральном секторе КУР’a 24—31
августа 1941 года по оперативным сводкам штаба КУР’а

2-я ДНО на участке 1 СП и части Центрального сектора 24.08.41 с 15.00 вели бой в районе Пижма с противником, ведущим наступление силою до 2-х батальонов с 30 — 40 танками. Пр<отивни>к овладел двумя дотами в Пижме и развил наступление на Красный Хутор, однако вводом в бой резерва КСД был отброшен от Красного Хутора. Наступление темноты приостановило контратаку. Силами двух батальонов пр-к был вытеснен с южной окраины Красного Хутора. Попытка 15-ти танков противника прорваться на Химози была отражена артогнем. Танки противника отошли в лес южнее Химози. Потери: убитых — 300 человек, подбито 5 орудий и 1 танк. Артиллерия вела огонь по наступающему пр-ку в районе Пижмы.

Части Центрального сектора 25.08.41 вели бой в районе д. Пижма. Под сильным артминогнем пр-ка в 16.00 отошли на 700 метров севернее Немецкой Колонии и залегли у опушки рощи. Противник продолжает удерживать Пижму, Красный Хутор и сосредоточивает до 30 танков, две батареи и до батальона пехоты на рубеже Рякелево — Малые Парицы. До 30 танков сосредоточены в лесу южнее с. Пижма. С утра 26.08 2-я ДНО переходит в наступление на с. Пижма. Артиллерия с ОП в районе Онтолово вела огонь по наступающему пр-ку в районе Пижма и восточнее Пустошки.

26.08.41. Части Центрального сектора занимают прежнее положение. 2-я ДНО силами 1-го СП и одного батальона 3-го СП при поддержке 4-й ДНО вела бой за овладение д. Пижма. Встречая сильное огневое сопротивление пр-ка, наши части продвинулись вперед, овладели Красным Хутором, и вышли одной ротой на рубеж высотa 85.3 — северный берег р. Пижма.

27.08.41. Части Центрального сектора продолжают занимать прежнее положение. 1-й СП 2-й ДНО и третий батальон 3-го СП занимают исходное положение по северному берегу р. Пижма в готовности наступать на с. Пижма. Остальные части без перемен. 4-я ДНО, встреченная 26.08 в 18.00 со стороны Пижмы сильным артмин. и пулеметным огнем, понесла потери, отошла в беспорядке на север и к утру 27.08 расположилась в лесу южнее Сабры и приводит себя в порядок.

28.08.41. На участке с. Пижма части 2-й ДНО и Центрального сектора вели бой за овладение Пижмой силами третьих батальонов 1-го и 3-го полков. Атакой была захвачена силами одной роты высота 85.3, но под сильным минометным огнем пр-ка части удержать рубеж не смогли и отошли, понеся большие потери: батальон 1-го СП отошел в лес западнее Красного Хутора в 3 км севернее Пижмы, а батальон 3-го СП — к южной опушке леса западнее Пустошки. Артиллерия вела огонь по Пижме.

29.08.41. Части 2-й ДНО и Центрального сектора КУР’a продолжают занимать прежнее положение в готовности к наступлению силами двух батальонов на Пижму. В 12.00 началась артподготовка, а в 14.00 началась атака пехоты. В результате боя к 24.00 батальон 1 СП, заняв ров по северному берегу р. Пижма, овладел высотой 85.3 и силами одной роты ведет бой за овладение северной окраины Красного Хутора. Батальон 3 СП овладел рвом по северному берегу реки и продолжает занимать Пустошку.

30.08.41. Части 2-й ДНО и Центрального сектора КУР’a выполнили задание по восстановлению своего переднего края и к утру 30.08 силами двух батальонов, отбросив пр-ка,  вышли на прежний рубеж по северному берегу р. Пижма — южная окраина Пустошки. Противник силой до роты самокатчиков с двумя станковыми пулеметами и неустановленным количеством минометов занимавший Красный Хутор, отрезан нашим огнем от с. Пижма. Железнодорожная батарея вела огонь по ст. Суйда.

31.08.41. Части КУР’a в течение ночи вели разведку  в предполье, продолжая усиливать оборонительные сооружения. Противник активности пехоты перед передним краем не проявлял, вел артобстрел района южнее Красногвардейска отдельными редкими налетами. Части Центрального сектора и 2-я ДНО продолжают занимать прежний район обороны. Третьи батальоны 1-го и 3-го СП вели разведку и продолжали окопные работы. До роты самокатчиков противника продолжают занимать Красный Хутор. По дороге Красный Хутор — Пижма патрулирует 5 танков противника. Боевое охранение 2-й ДНО вступило в бой с этими танками, в результате, танки отошли в западном направлении. 4-я ДНО с 16.00 выступила из занимаемого района для выполнения задания по приказу главкома.

 

Яростные и безуспешные попытки противника 19 — 23 августа прорвать оборону Центрального сектора КУР’a с ходу 24 — 31 августа перешли в активные позиционные бои с тщательной разведкой. За эти дни противник смог вклиниться в передний край нашей обороны на разных участках Центрального сектора не более чем на 2 — 5 км. Это следует признать несомненным успехом неискушенных в боях ополченцев. Немалый вклад в успешность противостояния внесли инженерные службы фронта и десятки тысяч ленинградцев, продолжавших сооружать оборонительные укрепления в Центральном секторе даже в дни ожесточенных августовских боев.  В первую неделю боев проявились и очевидные недостатки в организации эффективной обороны, самым существенным из которых являлось отсутствие войсковой разведки с задачей выявления пунктов сосредоточения противника  для последующего нанесения ударов по нашим позициям. Отсутствие детальной информации не позволяло принимать превентивные меры по отражению атак с быстрой передислокацией своих подразделений. Разведотряды были созданы при штабах ОПАБ’ов. В частности, приказом № 50 по 267-му ОПАБ’у от 26.08.41 политрук 4-й роты Григорин назначался командиром разведки при КП штаба батальона, ему разрешалось отобрать по своему усмотрению 10 бойцов из достойных коммунистов и комсомольцев; позже численность разведотряда 267-го ОПАБ’a возросла до 35 человек. Своевременность создания разведотрядов сполна проявилась в последующие две недели, когда противник, проводя отвлекающие операции по всем участкам КУР’a и занимая небольшими группами мотопехоты мелкие населенные пункты своего переднего края, в то же время скрытно перебрасывал эшелоны с техникой и живой силой для осуществления мощного наступления, начавшегося в Красносельском и Центральном секторах 9—10 сентября. Полученные разведданные помогли частям Центрального сектора оказать упорное и эффективное противодействие наступающим немецким частям и без паники отвести остатки своих войск и техники на новые рубежи Пушкин–Павловск и Пулково.

В тяжелых, вязких оборонительных боях августа — сентября 1941 г. войск Центрального сектора почти не было места неожиданным для врага, ярким, лихим операциям, исполняемым малым числом солдат, но впечатляющим по результатам, способным поднять настроение в сражающихся частях, вдохнуть оптимизм и уверенность в своих силах. Именно такую блестящую операцию подарила Центральному сектору КУР’a, да и всей 42-й армии разведгруппа 267-го ОПАБ’a в составе 35 бойцов под командованием политрука Григорина, которая в 9 часов вечера 6 сентября яростной атакой выбила из деревни Малое Замостье противника численностью более 100 человек, захватив при этом немало трофеев.

Приказ № 63

09.09.41г.                                                                                                                 г. Красногвардейск

 

по 267-му отдельному пулуметно-артиллерийскому батальону УР’a

 

1.    6 сентября в 16 часов противник, ведя разведку, натолкнулся на огневую точку 4-й роты 267-го ОПАБ — 45 мм противотанковую пушку, находившуюся на рубеже боевого охранения в районе Мал. Замостья. Помощник командира 4 роты т. Куренков, который возглавлял боевые расчеты на этом рубеже, допустил безнаказанно противника на расстояние всего в 15—20 метров, кроме того, поддался на провокацию противника, заключавшуюся в следующем: на оклик часового со стороны противника последовал ответ: «Не стреляйте, идут свои!» — после чего по нашей огневой точке был открыт огонь из автоматов и минометов. В результате весь боевой расчет огневой точки и сам Куренков были убиты. Противник захватил орудие, автомашины, находившиеся при наших ОТ, и занял Малое Замостье. Численность противника устанавливается более 100 человек. Командование 267-го ОПАБ в район указанных действий выслало разведчиков численностью 35 человек под командованием политрука Григорина. Политрук Григорин, как и подобает мужественному большевику, быстро и правильно оценил обстановку и стремительным броском атаковал противника, занявшего Малое Замостье, не дав ему опомниться, несмотря на численное превосходство пр-ка, обратил его в паническое бегство. Противник оставил Малое Замостье, нашу пушку и две машины, захваченные им, грузовые машины пр-ка, три их миномета и другие трофеи.

Боевой подвиг политрука Григорина командование Центрального сектора КУР’a рассматривает как образец действий боевого командира, достойный подражания всеми командирами, политработниками и бойцами. Вышеприведенные факты свидетельствуют, что достаточно только смелого, дерзкого боевого порыва и противник в панике бежит.

2.    Политрука Григорина и всех находившихся под его командованием храбрецов-бойцов поздравляю с боевым успехом  и объявляю благодарность от имени командования сектора. Возбуждаю ходатайство перед командованием Армии о представлении т. Григорина к правительственной награде. Командиру 267-го ОПАБ объявить в приказе персональный список бойцов и командиров, участвовавших в этом деле под командованием т. Григорина. Командиру и комиссару батальона совместно с политруком Григориным установить достойных бойцов и командиров из группы разведчиков и представить мне на них материалы для возбуждения ходатайства о правительственной награде.

3.    Командованию батальона расследовать дело о захвате противником нашего орудия, установить личность мужественно погибшего у орудия бойца, который, как и подобает патриоту нашей Родины, вывел орудие из строя, не дав возможности использовать его против нас, при этом сам геройски пожертвовал своей жизнью. Материалы расследования представить мне.

4.    Выражаю уверенность, что бойцы, командиры и политработники наших частей достойно оценят мужество и отвагу группы разведчиков, возглавляемой т. Григориным, и будут достойно подражать этому героизму и, не щадя своей жизни, громить врага, где бы он ни появился.

5.    Приказ прочесть во всех ротах, взводах, командах, ОТ, довести до каждого бойца. Комендант Центрального сектора КУР’a генерал-майор Смирнов.

 

Ниже объявляется список бойцов и командиров группы разведки Григорина, принимавших участие в операции 06.09.41 г. под комндованием т. Григорина в деревне Малое Замостье:

 

1. Аникин Андрей Петрович — командир взвода. 

2. Доронкин Сергей Иванович — помком. взвода.

3.Макаров Федор Иванович — помком. взвода.   

4.Пальцев Иван Александр. — ком. отделения.    

5.Зебров Павел Алексеевич — ком. отделения.    

6. Смирнов Александр Георгиевич — боец.            

7. Красавин Николай Васильевич — ком. отд.     

8.Петрушев Валентин Иванович — ком. отд.    

9.Садиков Петр Михайлович — ком. отделения.

10.Бабурин Владимир Моисеевич — боец.            

11.Овчинников Петр Сергеевич — боец.              

12.Кузнецов Петр Дмитриевич — боец.              

13. Ивков Михаил Федорович — боец.                  

14. Комаров Клавдий Полиенович — боец.          

15. Карпушев Иван Алексеевич — боец.               

16.Шепеткин Иван Николаевич — боец.             

17. Шарыпов Василий Петрович — боец.

18. Горбанев Григорий Ив. — ком. взвода.

19. Артемьев Николай Евлампиевич — боец.

20. Коньков Герман Алексеевич — боец.

21. Углов Никита Иванович — боец.

22. Чигарев Василий Егорович — боец.

23. Усов Аркадий Егорович — боец.

24.Сверчков Василий Николаевич — боец.

25. Демидов Михаил Игнатьевич — боец.

26. Силин Николай Гаврилович — боец.

27. Соколов Степан Антонович — боец.

28. Ануфриев Яков Андреевич — боец.

29. Шестаков Макар Петрович — боец.

30.Гнедичев Евгений Артемьевич — боец.

31. Жеребцов Ал-др Ал-дрович — боец.

32. Хребтов Алексей Иванович — боец.

33. Смелов Василий Александрович — боец.

34. Призов Иван Дмитриевич — боец.

35. Хайтаков Раджаб — боец.       

                                         

 

Командир батальона — Демьянов. Военный комиссар — Казначеев. Нач. штаба — Бохман.

 

Список разведгруппы 267-го ОПАБ’a интересен еще и тем, что именно разведгруппа, скорее всего, в том же составе 13 сентября 1941 года была оставлена прикрывать отход наших войск из Гатчины. Значит, именно эти бойцы и отдали свои жизни в том последнем бою Центрального сектора обороны КУР’a.

Хроника боевых действий в Центральном секторе КУР’a
с 1 по 13 сентября 1941 г. по оперативным сводкам штаба КУР’a

01.09.41. Части КУР’a в течение ночи вели разведку в предполье и с утра подготовились для перегруппировки в соответствии с директивой  0010 от 01.09.41. Боевое охранение в районе Педлино после повторной атаки противника силой до двух рот и автоматчиков с 4-мя танками отошло на основной рубеж. Продвижение противника в 18.00 31.08 было остановлено артогнем. Подбит 1 танк противника. В районе Пустошка противник мелкими группами  из 50 — 60 человек с 2 — 4 танками пытался атаковать Пустошку, но был отбит. С 16.00 части 2-й ДНО производят частичную перегруппировку. Противник вел беспокоящий огонь по району Корпиково, Малые и Большие Парицы, Большие Колпаны и Химози. Артиллерия вела огонь по скоплению пехоты и танков в с. Никольское.

02.09.41. Части 42-й Армии закончили перегруппировку, вели разведку предполья, где противник продолжает подтягивать силы в направлении с. Пижма, закрепляясь и в других занятых им районах. Севернее ст. Суйда в 13.30 противник выгружал два эшелона. В 17.00 наблюдалось движение до 26 автомашин по дороге из Воскресенского на Пижму. В 19.00 колонна автомашин прошла с артиллерией на конной тяге в направлении дороги Лядино — Салузи. К исходу дня замечено накапливание пехоты противника южнее Химози и Пижмы. Артиллерия на прежних ОП вела огонь с корректировкой с воздуха по эшелонам, разгружавшимся севернее ст. Суйда. Эшелон подожжен. Слышны были взрывы снарядов.

03.09.41. Части 42-й Армии продолжали усиливать оборонительные сооружения, вели разведку противника, накапливающегося южнее с. Пижма. На протяжении дня противник вел редкий артобстрел по боевым порядкам 1-го и 3-го СП 2-й ДНО в районе Корпиково, Малые Парицы, Большие Колпаны. В 15.00 и в 16.00 зенитные подразделения вели борьбу с бомбардировщиками противника, производившими бомбежку ст. Гатчина, Покровка, Большая Загвоздка и обоза на южной окраине Красногвардейска. Артиллерия на прежних ОП вела огонь по заявкам пехоты. Разведкой установлено сосредоточение противника в районе Педлино до двух рот автоматчиков, три танка в районе Черново, минбатарея и батарея 75 мм пушек в районе Илькино, которое занято пехотой неустановленной численности. В лесу в 2 км юго-восточнее Пижмы обнаружено до 90 танков и до батальона пехоты. На участке Валасенки — Воскресенское фронтом на юго-восток противник ведет оборонительные работы. Подан запрос в штаб фронта на бомбардировку обнаруженных районов скопления живой силы и техники противника.

04.09.41. Части КУР’a продолжают занимать прежний район обороны. Соприкосновения с противником не имели. Потерь нет. Артиллерия на прежних ОП вела огонь по заявкам пехоты. За 03.04 артогнем рассеяна автоколонна противника, шедшая из Суйды в Воскресенское, и колонна мотоциклистов в Вакколово. Подожжено и разбито 28 машин, одна цистерна, около 45 повозок. Подавлена минометная батарея в районе Киви-Ярви. В первой половине дня противник незначительной группой после артминналета овладел Пустошкой. Не выдержав артминогня пр-ка взвод 1-го СП 2-й ДНО, оборонявший Пустошку, отошел на северную окраину деревни. Решением командира батальона была организована контратака и в 16.20 противник был выбит из Пустошки и отошел во Валасенки, которые продолжает оборонять. Пустошка, подожженная зажигательными минами противника, горит.

05.09.41. Части 42-й Армии, продолжая занимать прежний район обороны, вели разведку в предполье. Части 2-й ДНО овладели в 06.30 Пижмой. 2-я ДНО (10293 чел. при 99 станковых пулеметах, 43 орудиях и 31 миномете, а также 45 орудиях приданной артиллерии) и части Центрального сектора (9602 человека при 115 станковых пулеметах, 97 орудиях и 84 минометах, а также 23 танках) продолжают занимать прежний район обороны за исключением 1-го СП, который с боем к 06.30 05.09.41 занял Пижму. Артиллерия на прежних ОП вела огонь по заявкам пехоты. Рассеяна пехота противника, производившая окопные работы в районе Салузи. Окопные работы сорваны. В 13.00 противник, открыв сильный артминогонь по Пижме, перешел в контрнаступление. Подразделения 1-го СП, не выдержав артминогня, оставили Пижму и к 14.00 отошли на старый оборонительный рубеж.

06.09.41. Части КУР’a и 2-й ДНО продолжают занимать прежний район обороны. Противник в течение ночи вел беспокоящий огонь по районам Корпиково, Химози и вел разведку переднего края мелкими группами. С 12.00 06.09.41 противник предпринял артобстрел Красногвардейска из района 5 — 7 км южнее Пижмы снарядами калибра 150 — 230 мм. В 12.30 после короткого артминналета противник силой свыше батальона пехоты с шестью танками перешел в наступление на Пустошку и в направлении на Красный Хутор. Под давлением превосходящих сил противника наши части оставили Пустошку и отошли к  северу. Артогнем противник был в 13.30 выбит из Пустошки, и наши части восстановили положение к 14.00. В направлении на Красный Хутор артогнем наступление пр-ка было приостановлено. Подбит один танк  противника. Бой продолжается, принимаются меры к уничтожению противника путем ввода в бой дивизионного резерва. С 16.00 до 20.00 06.09 пр-к вел артминогонь по рубежу южная окраина Красногвардейска — колхоз Новый Свет и к 20.00 передовыми частями занял Малое Замостье, что в 2 км юго-восточнее Большого Замостья.

07.09.41. Противник в течение ночи продолжал разведку боем левого фланга 2-й ДНО, занимая Пижму, Красный Хутор, Пустошку и вел минометный огонь по району Лукаши и восточнее. Подразделения 3-го и 2-го СП, действовавшие  из района Большого Замостья, выбили пр-ка с южных окраин Малого Замостья. Подразделения 3-го СП вели бой на участке Пижма — Пустошка и к 13.00 вышли на северный берег р. Пижма. Бой за Пустошку продолжается.

08.09.41. Противник в течение ночи под прикрытием артминогня пытался настроить переправу у Пелля через противотанковый ров, сосредоточив до 60 танков перед Пелля. В результате неоднократных налетов нашей бомбардировочной авиации и артогня танки пр-ка отошли в лес юго-западнее Кипени. Положение остальных частей без перемен за исключением 1-го б-на 3-го  СП, который отошел под воздействием артминогня пр-ка с южной опушки леса, что западнее Пустошки, на северную. Диверсионная группа пр-ка проникла в район Большой Загвоздки и обстреляла КП 3-го СП. Выслан взвод для ее поимки. Противник вел в течение дня минометный обстрел района Корпиково.

09.09.41. Противник с 10.00 начал разведку боем в направлении Пелля — Рахмози и Скворицы, действуя пехотой силою до двух рот с танками. Одновременно пр-к производит группами по 40 — 60 самолетов бомбежку переднего края на участке Корпиково — Пижма. Подразделения 1-го СП ведут бой, сдерживая наступление до батальона пехоты и 15 танков пр-ка от Красного Хутора на Малое Замостье. Части центрального сектора отразили атаки пр-ка у Салузи. 1-й батальон 2-го СП был потеснен противником и, оставив Корпиково, отошел на западную опушку леса восточнее Корпикова. Подразделения 1-го СП под давлением противника к 18.00 оставили Красный Хутор и отошли на рубеж Химози — Большая Загвоздка. 3-й СП с северной опушки леса западнее Пустошки под давлением пр-ка отошел на рубеж южная окраина Красногвардейска — Большое Замостье.

10.09.41. Части 42-й Армии оказывают упорное сопротивление дальнейшему распространению вклинившегося в передний край обороны противника. Вели контрнаступление на Высоцкое и оборонялись на остальных рубежах. Части все время находятся под воздействием авиации и артиллерии пр-ка, самолеты которого числом до 45 бомбили передний край у Телези и Красное Село. Противник, развивая прорыв на участке Высоцкое — Мулдия силою до дивизии, продолжает наступление с направления Кайнелайзи на северо-восток. В 15.00 наблюдалось движение до 100 танков по дороге Кипень — Высоцкое. Части центрального сектора и 2-й ДНО занимают прежний район обороны. 2-й СП, оставив под натиском противника Репузи, Салузи, Корпиково, занимают рубеж обороны в 500 — 800 метрах от этих пунктов. Передний край обороны 1-го СП проходит по Малым Парицам, 1/2 км северо-западней Вакколово, 1/2 км южнее Химози и далее по линии ж. д. — Большая Загвоздка. 3-й СП совершал перегруппировку и занял к утру 10.09 41 рубеж обороны южнее Малого Замостья — Коргози.

11.09.41. Части 42-й Армии с 02.00 отражают атаки и ведут бой с противником, перешедшим в наступление на участках Михайловка — Малая Ивановка (с 05.00) и Новая Пудость — Большое Рейзино (с 02.00). Красносельский сектор и части 3-й ДНО отражают атаки пр-ка в направлении на Дудергоф — Большая Ивановка. Район Красного Села все время находится под воздействием авиации и артиллерии пр-ка. В 12.30 противник занял Дудергоф и Кайнелайзи. Части Центрального сектора и 2-й ДНО под натиском пр-ка оставили Мюлякюля, Пудость, Большое и Малое Рейзино, Сокколово. Противник с 12.00 ведет наступление одним батальоном на Большое Замостье. Части 3-го СП ведут бой. Связь с частями дивизии прервана бомбежкой и артобстрелом. Противник усиливает наступление на Большое Замостье. В целом противник развивал наступление в направлении Красное Село силой до двух пехотных дивизий с танками и на Красногвардейск силой до двух ПД и одной дивизии СС со 100 — 150 танками. После занятия Дудургофа, Николаевки противник повернул к югу от Дудергофа по ж. д. на Красногвардейск.

12.09.41. Части Красносельского сектора и 3-й ДНО, произведя частичную перегруппировку, к 13.00 удерживают рубеж Рахия — высота 107.3 — Роутеля — северная окраина Красного Села и ведут бой с пр-ком, пытающимся наступать на Куттузи. Части 2-ой ДНО заняли новый рубеж обороны: Вайялово — пос. Ильича — Малые Колпаны — северная окраина Химози — Гатчинское кладбище и 3-й полк по северному берегу р. Ижора — Романовка — Горки. К 19 часам противник ударом на рубеж Романовка — Горки силой до пехотного полка с 15 танками прорвал оборону 3-го СП и, развивая наступление, перерезал огнем дорогу Красногвардейск — Пушкин, а ударом справа к 19.20 крупными танковыми подразделениями (не менее полка) занял Кямеря, Большое Верево и перерезал дорогу Красногвардейск — Ленинград, отрезав 2-ю ДНО от баз снабжения. С вечера пр-к силами одной дивизии начал наступление на Мариенбург и на Солодуха.1 2-я ДНО несет очень большие потери. Во второй половине дня под давлением прорвавшихся превосходящих сил пр-ка подразделения 500-го СП и 2-го СП 1-й ДНО отошли на рубеж Новые Сузи — Синда. 2-я ДНО и части Центрального сектора ведут бой в окружении, имея всего до 500 штыков, и несут большие потери. 3-й СП, фронт которого был прорван в 16.00, отходит по дороге на Пушкин.

 

Последней частью Центрального сектора КУР’a, 13.09.41 покидавшей Красногвардейск ближе к полудню, был 267-й ОПАБ. Батальон по дороге Гатчина — Павловск с боями прорывался к позициям Слуцко-Колпинского сектора. Командованием батальона было решено для прикрытия отхода наших войск из Красногвардейска оставить разведотряд Григорина на пересечении Соборной улицы и проспекта 25 Октября. Батальону удалось с боями прорваться к Пушкину, а позже занять оборону в районе Петрославянки, где 267-й ОПАБ защищал Ленинград вплоть до прорыва блокады.

Наиболее полные данные потерь 267-го ОПАБ’a в боях под Красногвардейском имеются по пропавшим без вести, которых, с учетом разведгруппы, оказалось более 800 человек.

Приказ № 75

<…> октября 1941 года                                                                                            дер. Петрославянка

 

по 267-му отдельному пулементно-артиллерийскому батальону

 

Ниже объявляется именной список личного состава батальона из числа лиц, не возвратившихся в расположение батальона, согласно прилагаемым спискам, после боев под Красногвардейском, и о местонахождении которых не имеется никаких сведений, а именно:

По 1-й роте         — 175 человек.   Взвод боепитания            — 3 человека.

По 2-й роте         — 179 человек.   Мастерская боепитания   — 4 человека.

По 3-й роте         — 149 человек.   Походная мастерская     — 4 человека.

По 4-й роте         — 177 человек.   Наблюдатели                  — 4 человека.

По штабу б-на     — 8 человек.       Сандружина                      — 5 человек.

Коменд. взвод     — 13 человек.     О. В. С.                              — 1 человек.

Взвод связи         — 15 человек.     Хозяйственный взвод      — 4 человека.

Саперный взвод  — 38 человек.     ИТОГО ПОТЕРЬ              — 784 человека.

Указанных выше лиц исключить из списков личного состава с 15 октября 1941-го года. Начальнику финчасти технику-интенданту 2-го ранга тов. Шумакову немедленно приступить к рассылке уведомлений по месту гражданской службы о прекращении выплат среднего заработка с 16 октября сего года и отзыве денежных аттестатов, выданных семьям начкомсостава.

 

ПРИЛОЖЕНИЕ: списки на 7 листах.

Командир батальона:  подпись —  Русанов.              Военком: Казначеев.

 

Имеются разрозненные данные по потерям батальона убитыми и ранеными, которые можно оценить примерно в 500 человек. Анализ потерь показывает, что наибольшими они были в самые первые и самые последние дни сражений, то есть 20 — 24 августа и 9 — 10 сентября 1941 года. Каких-либо донесений и отчетов по боям 11 — 13 сентября не имеется — видимо, резкое ухудшение обстановки не располагало к написанию подробных отчетов. Нельзя исключить и того, что часть неотправленных в вышестоящие штабы оперативных документов могла попасть в руки противника при нашем отступлении с позиций Центрального сектора КУР’a. Таким образом, за три с половиной недели боев 267-й ОПАБ с исходной штатной численностью в 1050 штыков потерял не менее 1300 человек. Эти солдаты шли в бой с возгласами «За Родину, за Сталина!», что не мешало Верховному Главнокомандующему считать предателями пропавших без вести и попавших в немецкий плен. Это и отражено в последних строках приведенного приказа, обрекающего семьи «изменников» на дополнительные голодные муки  в блокадном  тылу, лишая их денежного довольствия.

* * *    

Сегодня я обхожу по периметру этот угловой дом на стыке проспекта 25 Октября и Соборной и пытаюсь перенестись в сентябрьские дни 41-го. Да, да. С этого места, как и из цокольного этажа Сиротского института на противоположной стороне проспекта, хорошо простреливался и участок шоссе до Коннетабля, и вся улица до Павловского собора, а с помощью установленных во дворе дома минометов было удобно сдерживать немецкую пехоту. И здесь, и при посещении других мест обороны в Гатчине и вокруг нее не раз приходилось убеждаться в умении наших штабистов выбирать места для узловых очагов обороны, будь то доты 267-го ОПАБ’а в Больших и Малых Колпанах, или в окрестностях Пижмы и Суйды, и особенно дот в деревне Химози. Из последнего прекрасно простреливался большой участок шоссе Луга — Ленинград, к самому же доту было не подступиться, так как пространство между ним и шоссе было занято небольшим озерцом, а с других сторон дот окружало топкое болото. Успеху наших обороняющихся войск на Борницком рубеже и разгрому немецкой танковой колонны в Войсковицах, наряду с героизмом советских солдат, способствовало грамотное использование рельефа местности. Косвенным подтверждением успешности действий наших полевых войск и штабов явилось паническое признание, 10 сентября сделанное одним из лучших генералов вермахта Манштейном: «Еще несколько дней ужасных боев вокруг Пижмы и можно будет забыть о наступлении на Ленинград и переходить к обороне».

Манштейн знал цену продвижения немецких войск к Шлиссельбургу, Колпину, Пушкину, Пулково, Красному Селу, Урицку и Красногвардейску: когда в конце сентября вокруг Ленинграда немцы перешли к стратегической обороне, при которой нет необходимости в танках, группе армий «Центр» было передано всего 120–150 танков, тогда как в начале наступления на Ленинград противник располагал на этом направлении 1500 танками, не считая временно приданной 3-й танковой группы.

С 1 по 8 сентября с подходом соединений из состава 3-й танковой группы генерала Гота, которая была переброшена с московского направления из-под Смоленска, немцы предприняли основательную перегруппировку своих сил. Для решающего наступления на Красногвардейск они сосредоточили здесь 8 дивизий, по одной дивизии на каждые 5 километров фронта при обычной норме — одна дивизия на полосу в 25 — 30 километров. В эти дни разведка 267-го ОПАБ’а добывала разведданные чрезвычайной важности для оптимального распределения наших частей на особо опасных направлениях. Часто Григорин и его бойцы, переодетые в немецкую форму, по вечерам проникали в расположение противника. Наступление немцев началось 9 сентября, и вплоть до 12 сентября наши войска успешно справлялись с яростными атаками. Однако в этот день наша оборона на правом фланге фронта вдоль Кингисеппского шоссе просела и рухнула, нарушив устойчивое равновесие прежних дней. После захвата немцами Красного Села, на следующее утро по дороге Красное Село — Гатчина они вышли к северным окраинам Красногвардейска, где  у Романовки перерезали шоссе Красногвардейск — Ленинград, создав угрозу окружения. 13 сентября нашим войскам было приказано покинуть город и с боями прорываться на Пулково, Павловск и Пушкин.

* * *

С середины дня 13 сентября 1941 года в оставленном войсками городе окапывался отряд Григорина, прикрывая отход наших войск. Впереди и слева от позиций отряда догорал Покровский собор: за два дня до этого немцы узнали, что в его подвалах располагается Штаб обороны Гатчинского сектора укрепрайона, и забросали собор фугасными бомбами. Из деревни Химози еще доносилась канонада боя — это молодежный гарнизон В. В. Горстина из неприступного для немцев дота продолжал сдерживать продвижение танков противника, и только утром 14 сентября, израсходовав весь боекомплект, они по болотам стали  подаваться к своим.  На шоссе за Коннетаблем всю вторую половину дня слышались частые разрывы снарядов — это от деревни Дони била по немцам батарея морских орудий, снятых с крейсера «Аврора», — вечером и они отошли к Пулковским высотам. По Соборной, двигаясь к шоссе, время от времени пробегали небольшие группы ополченцев, которых легко было отличить от немцев по обмоткам на ногах, серо-зеленым ватникам и пилоткам. Некоторые были вооружены трофейными автоматами. После долгого сдерживания немцев, наступающих с двух сторон, от Химози и Малого Замостья, они покидали позиции на кладбище вокруг бывшего штаба 267-го ОПАБ’а, размещавшегося в часовне, что слева от входа, а также внутри кладбищенской церкви с разрушенным накануне немцами куполом. Со своей полосы обороны Мариенбург — Егерская слобода — Аэродром — Балтийский вокзал через Дворцовый парк отошли соседи из 276-го ОПАБ’а, и до сумерек немцы прочесывали парк, срезая кустарник очередями из своих «шмайсеров».

Тем временем отряд Григорина готовился отражать атаки немцев и прощался со своими однополчанами. Потом были 36 часов огня, свиста пуль, воя бомб, разрывов снарядов и мин, осколков кирпичей вперемешку с удушливой кирпично-рыжей пылью, крови и стонов раненых, непроходящий столбняк от напряжения боя, и в перерывах между атаками немцев сверлящая мысль: «Успели ли наши отойти к Пушкину, Пулково?» Павших товарищей хоронили тут же, во дворе Сиротского института. О дальнейшей судьбе остатков группы прикрытия имеется лишь одно свидетельство очевидца, пока не подтвержденное никакими документальными сведениями. Санинструктор 267-го ОПАБ’а Клава Федорова входила в группу, и, по ее словам, к вечеру 14 сентября, когда Григорин отдал приказ отходить, в живых оставалось шесть человек. По плану отхода, пользуясь темнотой, группа задворками, мимо Госпитального переулка, завода «Металлист», пересекая Ингенбургскую улицу, двигалась дальше вдоль Солдатской cлободы к спасительному лесному массиву — Орловой роще. Здесь, в землянке на опушке леса, они расположились на короткий отдых, чтобы дальше по лесам и перелескам пробиваться к своим в общем направлении на Дудергоф — Урицк. Однако тут разведчики были выслежены и окружены немцами, а после короткого неравного боя их пленили. В ходе боя большинство бойцов было ранено. Командир группы Григорин был ранен и контужен. Дальше были подвалы «Айнзацгруппы А» с допросами и последовавшей через несколько дней казнью Григорина. Остальные члены группы содержались в одном из гатчинских концлагерей, из которого Клавдии Федоровой удалось бежать и через полгода с помощью партизан перейти линию фронта. В 1942 году из ее письма бывшим однополчанам 267-го ОПАБ’а стало широко известно о подвиге отряда.

ПОСЛЕСЛОВИЕ

По сути, подвиг Григорина и его бойцов стоит в одном ряду с подвигом
28 панфиловцев, стоявших насмерть в течение 4 часов под Малоярославцем в бою с танками противника. Все они посмертно стали Героями Советского Союза. Разница между гатчинскими героями и панфиловцами состоит в том, что командир первых провел 2—3 дня в немецком плену.

После опубликования письма Федоровой во фронтовой газете «Удар по врагу» в газете «Ленинградская правда» появился очерк «Сын Ленинграда» с описанием последнего боя отряда Григорина. В 1943 году секретарь Ленинградского горкома А. А. Кузнецов попросил секретаря Куйбышевского райкома партии Н. Лизунова представить данные о Григорине Военному Совету фронта для посмертного присвоения ему звания Героя Советского Союза. Однако нелепая случайность помешала принятию этого решения: в кадрах института «Союзникельоловопроект», где работал Андрей, не нашли фамилии «Григорин»: там он числился под фамилией Григорян.

Впоследствии офицеры 267-го ОПАБ’a неоднократно обращались в наградной отдел Президиума Верховного Совета СССР с ходатайством о присвоении Григорину посмертно звания Героя Советского Союза, но из военного ведомства либо приходил отдающий чиновным смрадом бездушный ответ, либо следовало гробовое молчание.

* * *

В период повального большевистского переименования городов Гатчине выпала тяжелая доля стать сперва Троцком, а потом Красногвардейском. Второму названию придавалось особое значение, так как в свое время в Гатчинском уезде была сформирована первая дивизия только что созданной РККА, давшая свой первый бой Юденичу под Ямбургом. Когда в первые недели Великой Отечественной войны на подступах к Ленинграду было решено создать Лужский рубеж обороны и более основательный Красногвардейский укрепрайон, вокруг Гатчины были возведены мощные защитные сооружения, в целом неплохо оснащенные противотанковым и другим оружием. При общей повсеместной нехватке вооружения столь полнокровное оснащение могло быть разрешено только на самых верхах власти, и решение это было политическим — город с таким славным, героическим, звучным, почти как Сталинград, названием должен быть неприступен, и об уходе наших войск из Красногвардейска не могло быть и речи. Когда это все же произошло, Сталин, в раздражении от «трусости» защищавших Красногвардейск дивизий ополчения, не хотел и слышать о каких-то там геройских подвигах. (А ведь именно здесь 19 августа 1941 года был установлен абсолютный  рекорд танковых сражений Второй мировой войны, когда экипаж танка КВ-1 Зиновия Колобанова уничтожил в одном бою 22 немецких танка К-III и К-IV. Было и многое другое.)

После прорыва блокады и освобождения Гатчины от оккупантов Сталин категорически запретил оставить городу прежнее название Красногвардейск (с другой стороны, и слава Богу!). И еще один след далеко не трепетного отношения Сталина к Гатчине: заслуги городов Ленинградской области Волхова, Тихвина, Кингисеппа и Луги в деле защиты Ленинграда были отмечены боевыми орденами, а Гатчина ни в каких наградных списках не числилась. В мемуарной и исторической литературе уже постсталинского периода (конец 1950-х — начало 1960-х годов) при подробном описании военных действий на Лужском рубеже о кровопролитных боях вокруг Красногвардейска не говорится ни слова.

Может быть, причина не в инерции военных мемуаристов, а в том, что при разбирательстве по «ленинградскому делу» 1949 года многие архивные материалы первых месяцев войны были намеренно уничтожены, так как свидетельствовали о заслугах Штаба обороны Ленинграда под руководством А. А. Кузнецова.

И только сравнительно недавно стало медленно размывать плотину молчания о ратных подвигах ленинградцев на Красногвардейском рубеже обороны.

 

 

Глубокоуважаемые и дорогие читатели и подписчики «Звезды»! Рады сообщить вам, что журнал вошел в график выпуска номеров: июньский номер распространяется, 23-24 июля поступит в редакцию и начнется рассылка подписчикам июльского. Сердечно благодарим вас за понимание сложившейся ситуации.
Редакция «Звезды».
30 января
В редакции «Звезды» вручение премий журнала за 2019 год.
Начало в 18-30.
31 октября
В редакции «Звезды» презентация книги: Борис Рогинский. «Будь спок. Шестидесятые и мы».
Начало в 18-30.
Смотреть все новости

Всем читателям!

Чтобы получить журнал с доставкой в любой адрес, надо оформить подписку в почтовом отделении по
«Объединенному каталогу ПРЕССА РОССИИ «Подписка – 2021»
Полугодовая подписка по индексу: 42215
Годовая подписка по индексу: 71767
Группа компаний «Урал-пресс»
ural-press.ru
Подписное агентство "Прессинформ"
ООО "Прессинформ"

В Москве свежие номера "Звезды" можно приобрести в книжном магазине "Фаланстер" по адресу Малый Гнездниковский переулок, 12/27


Мириам Гамбурд - Гаргулья


Мириам Гамбурд - известный израильский скульптор и рисовальщик, эссеист, доцент Академии искусств Бецалель в Иерусалиме, автор первого в истории книгопечатания альбома иллюстраций к эротическим отрывкам из Талмуда "Грех прекрасен содержанием. Любовь и "мерзость" в Талмуде Мидрашах и других священных еврейских книгах".
"Гаргулья" - собрание прозы художника, чей глаз точен, образы ярки, композиция крепка, суждения неожиданны и парадоксальны. Книга обладает всеми качествами, привлекающими непраздного читателя.
Цена: 400 руб.

Калле Каспер - Ночь - мой божественный анклав


Калле Каспер (род. в 1952 г.) — эстонский поэт, прозаик, драматург, автор пяти стихотворных книг и нескольких романов, в том числе эпопеи «Буриданы» в восьми томах и романа «Чудо», написанного на русском. В переводе на русский язык вышла книга стихов «Песни Орфея» (СПб., 2017).
Алексей Пурин (род. в 1955 г.) — русский поэт, эссеист, переводчик, автор семи стихотворных книг, трех книг эссеистики и шести книг переводов.
Цена: 130 руб.

Евгений Каинский - Порядок вещей


Евгений Каминский — автор почти двадцати прозаических произведений, в том числе рассказов «Гитара и Саксофон», «Тихий», повестей «Нюшина тыща», «Простая вещь», «Неподъемная тяжесть жизни», «Чужая игра», романов «Раба огня», «Князь Долгоруков» (премия им. Н. В. Гоголя), «Легче крыла мухи», «Свобода». В каждом своем очередном произведении Каминский открывает читателю новую грань своего таланта, подчас поражая его неожиданной силой слова и глубиной образа.
Цена: 200 руб.
Алексей Пурин - Незначащие речи


Алексей Арнольдович Пурин (1955, Ленинград) — поэт, эссеист, переводчик. С 1989 г. заведует отделом поэзии, а с 2002 г. также и отделом критики петербургского журнала «Звезда». В 1995–2009 гг. соредактор литературного альманаха «Urbi» (Нижний Новгород — Прага — С.-Петербург; вышли в свет шестьдесят два выпуска). Автор двух десятков стихотворных сборников (включая переиздания) и трех книг эссеистики. Переводит голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой) и немецких поэтов, вышли в свет шесть книг переводов. Лауреат премий «Северная Пальмира» (1996, 2002), «Честь и свобода» (1999), журналов «Новый мир» (2014) и «Нева» (2014). Участник 32-го ежегодного Международного поэтического фестиваля в Роттердаме (2001) и др. форумов. Произведения печатались в переводах на английский, голландский, итальянский, литовский, немецкий, польский, румынский, украинский, французский и чешский, в т. ч. в представительных антологиях.
В книге впервые публикуются ранние стихотворения автора.
Цена: 130 руб.
Моя жизнь - театр. Воспоминания о Николае Евреинове


Эта книга посвящена одному из творцов «серебряного века», авангардному преобразователю отечественной сцены, режиссеру, драматургу, теоретику и историку театра Николаю Николаевичу Евреинову (1879-1953). Она написана его братом, доктором технических наук, профессором Владимиром Николаевичем Евреиновым (1880-1962), известным ученым в области гидравлики и гидротехники. После смерти брата в Париже он принялся за его жизнеописание, над которым работал практически до своей кончины. Воспоминания посвящены доэмигрантскому периоду жизни Николая Евреинова, навсегда покинувшего Россию в 1925 году. До этого времени общение братьев было постоянным и часто происходило именно у Владимира, так как он из всех четверых братьев и сестер Евреиновых оставался жить с матерью, и его дом являлся притягательным центром близким к семье людей, в том числе друзей Николая Николаевича - Ю. Анненкова, Д. Бурлюка, В.Каменского, Н. Кульбина, В. Корчагиной-Алексан-дровской, Л. Андреева, М. Бабенчикова и многих других. В семье Евреиновых бережно сохранились документы, фотографии, письма того времени. Они нашли органичное место в качестве иллюстраций, украшающих настоящую книгу. Все они взяты из домашнего архива Евреиновых-Никитиных в С.-Петербурге. Большая их часть публикуется впервые.
Цена: 2000 руб.


Калле Каспер - Песни Орфея


Калле Каспер (род. в 1952 г.) – эстонский поэт, прозаик, драматург, автор шести стихотворных книг и нескольких романов, в том числе эпопеи «Буриданы» в восьми томах и романа «Чудо», написанного на русском. «Песни Орфея» (2017) посвящены памяти жены поэта, писательницы Гоар Маркосян-Каспер.
Алексей Пурин (род. в 1955 г.) – русский поэт, эссеист, переводчик, автор семи стихотворных книг, трех книг эссеистики и шести книг переводов.
Цена: 130 руб.


Пасынки поздней империи


Книга Леонида Штакельберга «Пасынки поздней империи» состоит из одной большой повести под таким же названием и нескольких документальных в основе рассказов-очерков «Призывный гул стадиона», «Камчатка», «Че», «Отец». Проза Штакельберга столь же своеобразна, сколь своеобразным и незабываемым был сам автор, замечательный рассказчик. Повесть «пасынки поздней империи» рассказывает о трудной работе ленинградских шоферов такси, о их пассажирах, о городе, увиденном из окна машины.
«Призывный гул стадиона» - рассказ-очерк-воспоминание о ленинградских спортсменах, с которыми Штакельбергу довелось встречаться. Очерк «Отец» - подробный и любовный рассказ об отце, научном сотруднике Института имени Лесгафта, получившем смертельное ранение на Ленинградском фронте.
Цена: 350 руб.

Власть слова и слово власти


Круглый стол «Власть слова и слово власти» посвящен одному из самых драматических социокультурных событий послевоенного времени – Постановлению Оргбюро ЦК ВКП(б) о журналах «Звезда» и «Ленинград» 1946 г.
Цена: 100 руб.



Елена Кумпан «Ближний подступ к легенде»


Книга Елены Андреевны Кумпан (1938-2013) рассказывает об уходящей культуре 1950 – 1960-х годов. Автор – геолог, поэт, экскурсовод – была дружна со многими выдающимися людьми той бурной эпохи. Герои ее воспоминаний – поэты и писатели Андрей Битов, Иосиф Бродский, Александр Городницкий, Рид Грачев, Александр Кушнер, Глеб Семенов, замечательные ученые, литераторы, переводчики: Л.Я. Гтнзбург, Э.Л. Линецкая, Т.Ю. Хмельницкая, О.Г. Савич, Е.Г. Эткинд, Н.Я. Берковский, Д.Е. Максимов, Ю.М. Лотман и многие другие
Книга написана увлекательно и содержит большой документальный материал, воссоздающий многообразную и сложную картину столь важной, но во многом забытой эпохи. Издание дополнено стихами из единственного поэтического сборника Елены Кумпан «Горсти» (1968).
Цена: 350 руб.


Елена Шевалдышева «Мы давно поменялись ролями»


Книга тематически разнообразна: истории из пионервожатской жизни автора, повесть об отце, расследование жизни и судьбы лейтенанта Шмидта, события финской войны, история поисков и открытий времен Великой Отечественной войны.
Цена: 250 руб.


Нелла Камышинская «Кто вас любил»


В сборнике представлены рассказы, написанные в 1970-1990-ж годах. То чему они посвящены, не утратило своей актуальности, хотя в чем-то они, безусловно, являются замечательным свидетельством настроений того времени.
Нелла Камышинская родилась в Одессе, жила в Киеве и Ленинграде, в настоящее время живет в Германии.
Цена: 250 руб.


Александр Кушнер «Избранные стихи»


В 1962 году, более полувека назад, вышла в свет первая книга стихов Александра Кушнера. С тех пор им написано еще восемнадцать книг - и составить «избранное» из них – непростая задача, приходится жертвовать многим ради того, что автору кажется сегодня лучшим. Читатель найдет в этом избранном немало знакомых ему стихов 1960-1990-х годов, сможет прочесть и оценить то, что было написано уже в новом XXI веке.
Александра Кушнера привлекает не поверхностная, формальная, а скрытая в глубине текста новизна. В одном из стихотворений он пишет, что надеется получить поэтическую премию из рук самого Аполлона: «За то, что ракурс свой я в этот мир принес / И непохожие ни на кого мотивы…»
И действительно, читая Кушнера, поражаешься разнообразию тем, мотивов, лирических сюжетов – и в то же время в каждом стихотворении безошибочно узнается его голос, который не спутать ни с чьим другим. Наверное, это свойство, присущее лишь подлинному поэту, и привлекает к его стихам широкое читательское внимание и любовь знатоков.
Цена: 400 руб.


Л. С. Разумовский - Нас время учило...


Аннотация - "Нас время учило..." - сборник документальной автобиографической прозы петербургского скульптора и фронтовика Льва Самсоновича Разумовского. В сборник вошли две документальные повести "Дети блокады" (воспоминания автора о семье и первой блокадной зиме и рассказы о блокаде и эвакуации педагогов и воспитанников детского дома 55/61) и "Нас время учило..." (фронтовые воспоминания автора 1943-1944 гг.), а также избранные письма из семейного архива и иллюстрации.
Цена: 400 руб.


Алексей Пурин. Почтовый голубь


Алексей Арнольдович Пурин (род. в 1955 г. в Ленинграде) — поэт, эссеист, переводчик. Автор пятнадцати (включая переиздания) стихотворных сборников и трех книг эссеистики. Переводит немецких и голландских (в соавторстве с И. М. Михайловой ) поэтов, опубликовал пять книг переводов. Лауреат Санкт-Петербургской литературной премии «Северная Пальмира» (1996, 2002) и др.
В настоящем издании представлены лучшие стихи автора за четыре десятилетия литературной работы, включая новую, седьмую, книгу «Почтовый голубь» и полный перевод «Сонетов к Орфею» Р.-М. Рильке.
Цена: 350 руб.


Национальный книжный дистрибьютор
"Книжный Клуб 36.6"

Офис: Москва, Бакунинская ул., дом 71, строение 10
Проезд: метро "Бауманская", "Электрозаводская"
Почтовый адрес: 107078, Москва, а/я 245
Многоканальный телефон: +7 (495) 926- 45- 44
e-mail: club366@club366.ru
сайт: www.club366.ru