ЭССЕИСТИКА И КРИТИКА

 

ИОСИФ НЕЛИН

НЕЗАМУТНЕННАЯ ИСКРЕННОСТЬ ВОСПРИЯТИЯ

Невозможно листвы не услышать подсказку,

не пойти у окрестности на поводу…

Владимир Дроздов

 

Владимир Дроздов в русскую поэзию не «врывался». Она как бы подразумевала его существование. Ничего иного ему и не оставалось как просто написать одну за другой три книги лирических стихов. И уже в первой («Листва календаря», 1978) были превосходные вещи, сильные по мысли, афористичные по способу выражения, музыкальные по звучанию.

 

И тень от дерева весь день

на землю падает без стука…

 

Сырой гранит. Волны зеркальный блеск.

Магнит залива. Невское теченье.

В сосудах кровь — как времени движенье.

Тяжелый воздух падает с небес.

 

А вторая («День земного бытия», 1989) и третья («Стихи», 1998) книги — сборники произведений настоящего мастера. То есть человека, который вроде бы никогда и не был мастеровым.

 

Воскресли фрески облаков

на куполе небес.

 

У облака тень падает с плеча.

Птиц вековых крылатое ученье.

И медленно плывет вечерний чад,

показывая воздуха движенье.

 

Затяжные осенние дожди на городских улицах, на размытых деревенских проселках, в лесах и полях — это не только признаки погоды, не только элементы пейзажа. В стихах поэта Владимира Дроздова они — активные участники жизни. Они рисуют всегда разные, но навеваемые дождями картины, создают всегда несходные, но навеваемые дождями настроения.

 

Деревенских рощ неясный шум,

где дождь ночной расквартирован…

 

Легчайший дождь спускается с небес…

 

Недельный дождь выходит из запоя,

остатком жизни попусту звеня…

 

Дождь под собою рубит сук…

 

И дождь, как деревенский говорун,

пешком стоит у каждого забора.

 

И дождь с небес точнее, чем отвес,

постройки проверяет вертикальность.

 

И еще десятки оттенков. Дождь, облака, убывающие «в мир без гравитаций», и воздух — то «крепкий», то «изогнутый», а то и «дикий». Облетающие с деревьев листья, и озеро, «не прекращающее стирку».

О чем пишет поэт? Чем взволнована, чем околдована его душа? Коротко говоря, он пишет о России. Не в глобальном смысле, поэт — приверженец многих и многих дорогих ему частностей.

 

Гайки покрепче мороз норовит завернуть.

Голову в плечи снегирь убирает румяный.

Дым из трубы, перед тем как отправиться в путь,

долго в испуге стоит над землей безымянной.

 

Будь то город или деревня, глазу поэта в любом уголке открывается умиротворяющая красота. О цветах на уличной клумбе говорится с той же сопричастностью, что и о постоянных его собеседниках — осенних лесах («Миф. Амур…»).

Немало в стихах и понятной — сегодня и всегда — горечи. Выражена она как-то очень по-дроздовски: вроде бы косвенно, но навеки.

 

Лес гудит, словно близкая драка.

Нет у местных поселков имен,

и приткнулся заржавленный трактор,

как чудовище диких времен.

 

Владимир Дроздов — поэт классического стиха, пусть и не в самом строгом смысле. Его ямбы в пределах одной строки иногда нагружаются элементами трехсложных размеров, а привычные трех- и четырехсложные «некрасовские» анапесты и дактили удлиняются подчас до пяти- и шестистопных.

 

Снегопад у порога блестит пустым сумасшедшим халатом…

 

Уже в первой книге проявились главные черты творческой индивидуальности: лапидарный стиль, тяготение к жанру, который можно назвать зарисовками с настроением, и оригинальное сочетание традиционного лирического мышления с современной лексикой.

Об этих особенностях стоит сказать отдельно.

Экспозиция стихов Дроздова чаще всего отличается номинативной беглостью, его излюбленный знак препинания — точка.

 

Запах стружек. Стук. Стрижи.

Сруб горяч на ощупь.

Слово жилистое — жизнь —

древней дышит мощью…

 

Такой синтаксис как нельзя лучше подходит к лаконичной живописи стихов, как бы втягивающих читателя внутрь изображаемой картины, внутрь настроения.

 

Тут клен домашний. Там живая верба.

Задворки и забор. А выше крыш —

ветхозаветной тверди стратосфера,

на ангелов рассчитанная тишь…

 

Использование новейшей лексики, включая техническую терминологию, в сугубо лирическом контексте осуществляется Дроздовым с большой последовательностью и ощутимым эстетическим эффектом.

 

Снег созидал пейзаж с нуля.

Он делал мир предметом тайны.

И переулки изумлял

размахом межконтинентальным.

Летал всю ночь. Был негасим.

И освещал мосты и скверы.

Как винтокрылый серафим

воздухоплавательной эры.

 

Рощи, накрытые радиоактивным облаком, названы «некомпетентными». Воистину так! Какая уж тут компетентность. И нужно обладать очень хорошим чувством языка, чтобы извлечь из его арсенала такой точный и емкий эпитет. Дроздов пишет:

 

…и облако использует свою

способность к автономному полету.

 

Слегка безумен город на рассвете,

где допоздна резвились во дворах

его долгоиграющие дети.

 

На этом пути есть и издержки («отбойный дятел», «крепости булыжник площадной»). Но они редки. Важнее другое — чисто фонетическая естественность строки, сочетающей, казалось бы, несовместимое.

В годы становления у Дроздова встречались и не вполне умелые, недостаточно внятные строки («Овец уводит жаркую отару / степного ветра жадный печенег»). И в стихах второй книги он говорил порой не своим голосом («Провожайте облака. / О, провожайте»). Но эти, очень немногочисленные, сбои — утрированное порождение  достоинств. Сегодня Владимир Дроздов — легко узнаваемый лирический мастер, опирающийся на лучшие традиции русской классической поэзии. Читая его, вспоминаешь хотя бы и Пушкина: «По берегам отлогим / Рассеяны деревни — там за ними / Скривилась мельница, насилу крылья / Ворочая при ветре…» Или Блока: «Все жду призыва, ищу ответа. / Немеет небо, земля в молчанье».

В 2000 году «Пушкинский фонд» издал книгу стихов Дроздова «Обратная перспектива». И в этой «перспективе» видна не утраченная, но развитая способность воспринимать мир в его обыденной странности, не искаженной рефлексией «профессионала пера». Название сборника отсылает к законам и канонам иконописи, к «обратной» или «обращенной» перспективе, к «допрофессиональной» поре русской культуры. Удаленное от человека, божественное иконописцами укрупнялось до масштабов переднего плана, а вовсе невидимое глазу в обычной перспективе разворачивалось в целостном композиционном пространстве.

Дроздов, подобно иконописцам, всюду видит и пишет «варианты». «Варианты», подразумевающие наличие «целого», изначально данного.

В поэзии такого устремления жизнь предстает скорее фрагментарной, чем единой. Фрагменты сопрягаются галлюцинаторно, явь выплывает из сна и сон — из яви. «Градус вина» меняется в ней «параллельно прогнозу погоды». Единое здесь можно уловить не в самой по себе «реальности», но, как сказал бы о. Павел Флоренский, в «сверхличной метафизике», хорошо внятной анонимным мастерам «обратной перспективы».

Мы не найдем у Дроздова специфических ухищрений стилиста или педалированных идей неофита. Естественность, органичность отзыва на увиденное, услышанное, воображаемое — удивительным образом сочетаются у него с «безличной», но филигранной, обработкой стиха.

 

И зренью равен слух. И, разумеется,

сады владеют русским языком!

 

Принадлежа братству так называемых «тихих» поэтов, Владимир Дроздов способен порождать образы, глубже и сильнее затрагивающие душу читателя, нежели «громокипящие» строки иных темпераментных витий.

Но что говорить! Прочитайте сами:

 

Томясь тревогой, в полночь вышел я.

Ни тяжести, ни крыльев за спиною.

Непостижимый свет небытия —

Звезда к звезде разверзнут надо мною.

В руке держу неяркую свечу.

И взором разуметь не в силах чудо

небесной бездны, в страхе не кричу.

Но эхо возвращается оттуда…

 

Владимиру Дроздову повезло — против всех «правил». Он замечен и отмечен (премия «Северная Пальмира»). Читающая публика от его творчества не отключена.

Но истинное признание — впереди. Только, вот, сколько у нас — и сколько нас — впереди осталось? Сам автор заявляет, что у него оснований «заниматься земными делами» не имеется.

Анастасия Скорикова

Цикл стихотворений (№ 6)

ЗА ЛУЧШИЙ ДЕБЮТ В "ЗВЕЗДЕ"

Павел Суслов

Деревянная ворона. Роман (№ 9—10)

ПРЕМИЯ ИМЕНИ
ГЕННАДИЯ ФЕДОРОВИЧА КОМАРОВА

Владимир Дроздов

Цикл стихотворений (№ 3),

книга избранных стихов «Рукописи» (СПб., 2023)

Подписка на журнал «Звезда» оформляется на территории РФ
по каталогам:

«Подписное агентство ПОЧТА РОССИИ»,
Полугодовой индекс — ПП686
«Объединенный каталог ПРЕССА РОССИИ. Подписка–2024»
Полугодовой индекс — 42215
ИНТЕРНЕТ-каталог «ПРЕССА ПО ПОДПИСКЕ» 2024/1
Полугодовой индекс — Э42215
«ГАЗЕТЫ И ЖУРНАЛЫ» группы компаний «Урал-Пресс»
Полугодовой индекс — 70327
ПРЕССИНФОРМ» Периодические издания в Санкт-Петербурге
Полугодовой индекс — 70327
Для всех каталогов подписной индекс на год — 71767

В Москве свежие номера "Звезды" можно приобрести в книжном магазине "Фаланстер" по адресу Малый Гнездниковский переулок, 12/27

Владимир Дроздов - Рукописи. Избранное
Владимир Георгиевич Дроздов (род. в 1940 г.) – поэт, автор книг «Листва календаря» (Л., 1978), «День земного бытия» (Л., 1989), «Стихотворения» (СПб., 1995), «Обратная перспектива» (СПб., 2000) и «Варианты» (СПб., 2015). Лауреат премии «Северная Пальмира» (1995).
Цена: 200 руб.
Сергей Вольф - Некоторые основания для горя
Это третий поэтический сборник Сергея Вольфа – одного из лучших санкт-петербургских поэтов конца ХХ – начала XXI века. Основной корпус сборника, в который вошли стихи последних лет и избранные стихи из «Розовощекого павлина» подготовлен самим поэтом. Вторая часть, составленная по заметкам автора, - это в основном ранние стихи и экспромты, или, как называл их сам поэт, «трепливые стихи», но они придают творчеству Сергея Вольфа дополнительную окраску и подчеркивают трагизм его более поздних стихов. Предисловие Андрея Арьева.
Цена: 350 руб.
Ася Векслер - Что-нибудь на память
В восьмой книге Аси Векслер стихам и маленьким поэмам сопутствуют миниатюры к «Свитку Эстер» - у них один и тот же автор и общее время появления на свет: 2013-2022 годы.
Цена: 300 руб.
Вячеслав Вербин - Стихи
Вячеслав Вербин (Вячеслав Михайлович Дреер) – драматург, поэт, сценарист. Окончил Ленинградский государственный институт театра, музыки и кинематографии по специальности «театроведение». Работал заведующим литературной частью Ленинградского Малого театра оперы и балета, Ленинградской областной филармонии, заведующим редакционно-издательским отделом Ленинградского областного управления культуры, преподавал в Ленинградском государственном институте культуры и Музыкальном училище при Ленинградской государственной консерватории. Автор многочисленных пьес, кино-и телесценариев, либретто для опер и оперетт, произведений для детей, песен для театральных постановок и кинофильмов.
Цена: 500 руб.
Калле Каспер  - Да, я люблю, но не людей
В издательстве журнала «Звезда» вышел третий сборник стихов эстонского поэта Калле Каспера «Да, я люблю, но не людей» в переводе Алексея Пурина. Ранее в нашем издательстве выходили книги Каспера «Песни Орфея» (2018) и «Ночь – мой божественный анклав» (2019). Сотрудничество двух авторов из недружественных стран показывает, что поэзия хоть и не начинает, но всегда выигрывает у политики.
Цена: 150 руб.
Лев Друскин  - У неба на виду
Жизнь и творчество Льва Друскина (1921-1990), одного из наиболее значительных поэтов второй половины ХХ века, неразрывно связанные с его родным городом, стали органически необходимым звеном между поэтами Серебряного века и новым поколением питерских поэтов шестидесятых годов. Унаследовав от Маршака (своего первого учителя) и дружившей с ним Анны Андреевны Ахматовой привязанность к традиционной силлабо-тонической русской поэзии, он, по существу, является предтечей ленинградской школы поэтов, с которой связаны имена Иосифа Бродского, Александра Кушнера и Виктора Сосноры.
Цена: 250 руб.
Арсений Березин - Старый барабанщик
А.Б. Березин – физик, сотрудник Физико-технического института им. А.Ф. Иоффе в 1952-1987 гг., занимался исследованиями в области физики плазмы по программе управляемого термоядерного синтеза. Занимал пост ученого секретаря Комиссии ФТИ по международным научным связям. Был представителем Союза советских физиков в Европейском физическом обществе, инициатором проведения конференции «Ядерная зима». В 1989-1991 гг. работал в Стэнфордском университете по проблеме конверсии военных технологий в гражданские.
Автор сборников рассказов «Пики-козыри (2007) и «Самоорганизация материи (2011), опубликованных издательством «Пушкинский фонд».
Цена: 250 руб.
Игорь Кузьмичев - Те, кого знал. Ленинградские силуэты
Литературный критик Игорь Сергеевич Кузьмичев – автор десятка книг, в их числе: «Писатель Арсеньев. Личность и книги», «Мечтатели и странники. Литературные портреты», «А.А. Ухтомский и В.А. Платонова. Эпистолярная хроника», «Жизнь Юрия Казакова. Документальное повествование». br> В новый сборник Игоря Кузьмичева включены статьи о ленинградских авторах, заявивших о себе во второй половине ХХ века, с которыми Игорь Кузьмичев сотрудничал и был хорошо знаком: об Олеге Базунове, Викторе Конецком, Андрее Битове, Викторе Голявкине, Александре Володине, Вадиме Шефнере, Александре Кушнере и Александре Панченко.
Цена: 300 руб.
На сайте «Издательство "Пушкинского фонда"»


Национальный книжный дистрибьютор
"Книжный Клуб 36.6"

Офис: Москва, Бакунинская ул., дом 71, строение 10
Проезд: метро "Бауманская", "Электрозаводская"
Почтовый адрес: 107078, Москва, а/я 245
Многоканальный телефон: +7 (495) 926- 45- 44
e-mail: club366@club366.ru
сайт: www.club366.ru

Почта России