АЛЕКСАНДР ЛЕОНТЬЕВ

ФИНСКИЙ ЗАЛИВ

Я скинул рюкзак и присел на валун —
Под задницей холод прожег мешковину:
Привет почечую. Что делать, не юн.
Когда я все прочее с остова скину,
Сосновую рощу в оазисе дюн
В
июне том — вспомню хоть наполовину?


Консервная жесть, арматура на дне,
Но хруст ледяной позабыть я не вправе —
Светлела ручная вода в глубине
И
в каждом ломалась хрустальном суставе:
Дробился о камни ручей, но во мне
Б
ыл целым, во всем своем хрупком составе.


Звало эти промельки хвойных теней
И
лаковых бликов пространство залива,
Хотелось им стать и вольней и сильней,
Но гасли, мутнели в безумстве порыва,
К большой припадая воде, чтобы в ней
Пропасть, красоту растеряв торопливо.


Английский романтик во мне умирал
Бесславно от пpиxoти правды позорной:
Коротким, увы, оказался привал.
И что оставалось oт «школы озерной»?
Балтийского моря приплюснутый вал
Д
а приступы боли вполне непритворной.


Я, собственно, вот что хотел объяснить:
Все низкие истины сдохнут со мною,
Но эта водичка, которую пить
Накладно, в душе обернется волною,
Прозрачность которой нельзя отменить,
И в землю уйдет, чтобы стать неземною.

 

* * *

В стакане выпуклой воды
С
кривился тополь, став растеньем,
Стена, окно, — не жди беды
Вот с эдаким преуменьшеньем.


Но я подумал вот о чем:
Когда вокруг ломают кости
И
кто-то слезы льет ручьем —
Конец кошмару — на погосте.


Господь беспомощен, а смерть,
Которую придумал дьявол,
Таким позволила сгореть,
Чтоб я решил, что Ты оставил.


Все это выглядит общо,
А в частностях — одно расстройство:
Того гляди, кого еще
З
аставят проявить геройство.


Где жало, измышленный ад?
И без того мой ум расстроен…
Я выпил воду — и назад
В
ернулся мiр: огромен, строен.

ЗВЕЗДЫ

He говорите мне про звезды.
А свет в окне — от фонаря.
Они же, в сущности, прохвосты,
Трансцендентально говоря.


Вещицы мелкие, осколки,
Так холодны, так далеки,
Игрушки с выброшенной елки,
Вместилище ее тоски.


Но, разрастаясь непомерно
В
моих мозгах, а не в глазах,
Я должен чувствовать, наверно,
То восхищение, то страх.


На что вы мне, и вам на что я?
Вам перемыли все лучи.
А мне бы что-нибудь простое
П
роизнести в сырой ночи.


Хотя бы то, что спящий возле
Родной, любимый человек
П
роснется — ну а после, после,
О звезды, не уснет навек.

МЕДВЕЖЬЕ ОЗЕРО

Двухъярусные облака
Т
ворили Парфенон,
Лепили, покривив слегка,
Ряды своих колонн,
Рассчитанных не на века —
На лень, июль и сон.


Ты говорила: Погляди,
Как здорово! — Ну да.
До боли у меня в груди
С
жималась красота,
Что отражала впереди
Всей кожицей вода.


Она валила наповал
Еловую дугу,
Ловила тот полуовал
Н
а дальнем берегу,
Что клином в озере всплывал,
Углом в резном кругу.


Мы провели примерно час
П
од глубью голубой,
На дне клубящихся террас,
У камышей, с тобой…
И, заплывая, всякий раз
Я делал гладь рябой.


На середине этих вод,
Оборотясь к лесным
Угодьям неба, думал: вот
Т
от Иерусалим,
Где все, что умерло, — живет…
Но что мне делать с ним?


И выходил я, и рвалась
Н
а мне вода, как та
Плацента, в коей родилась
От плоти плоть, когда
Лишь начиналась эта связь
Со смертью, красота.

ОПЫТ

Детский опыт печатанья фото
В
совмещенном, увы, санузле —
Кропотливая эта работа —
Речь, конечно, о заднем числе —
Мне давала понять: хоть измерьте
По секундам, а все же на глаз
Очертания жизни и смерти
Проступают в кювете у нас.


Полумрак полон красного света,
О котором узнаю потом,
Что соблазна он был и запрета
Фонарем; что он воду вином,
Розовея в ней, делал, возможно...
Негатив, проявитель, фиксаж:
Постепенно, дождись, осторожно
Черно-белый возникнет пейзаж.


Недодержишь — проявится слабо,
Передержишь — все станет черно,
Словно тоника жизни силлабо
С
горним дольником тут заодно:
Это мама в Таврическом, горка,
Санки, дед мой, что умер уже, —
Как мне весело там! Как мне горько
П
ередерживать память в душе…

ARS POETICA

                                                                                                             Все прочее — макулатура...

       
Что поделать, приснилось. Борис, Леонид —
незнакомцы при жизни — со мною сидели
С
реди ящиков, сбитых из досок на вид:
Раньше тара такою была, в самом деле.


Мы в какой-то каптерке. Конечно же, пьем.
Неужели опять «охраняем объемы»?
Говорим — я не помню о чем. О своем.
На газете бутылки, бокалы (!), объедки.


Подавались когда-то и мы в сторожа,
Наплевав на дипломы, зарплату, карьеру.
Нам была интересна, простите, душа.
Стыдно молвить. Ну, это я так, для примеру.


В общем, кто-то из нас, поднимая бокал,
Пошутил без особого блеска и толка:
«Мы последние, кто относился, — сказал, —
К ars poetica русской всерьез и надолго».


Всякий сон, так и быть, пошловат как прием.
И «последними» кто только не был на свете.
Только я все живу, все держу на примете
Т
у каптерку ночную, мы все еще пьем.

* * *

Покрыта лунным пеплом ночь:
Укладываешься в кровать, —
Но, чтоб заснуть, так долго надо
Г
нать мысли всяческие прочь,
А главное — не вспоминать
Ни жеста милого, ни взгляда.


Вина утихнет как-нибудь —
Какого свинства не простишь
Себе, стремясь в провал зазорный…
Подушку бы перевернуть.
Друзей покойных нужно лишь
Н
е вызывать из глуби черной.


Сереет за окошком снег,
Продленный мятым тюлем здесь;
Меж них стекло — и слава богу.
Ворочается человек,
Он тоже в комнате — не весь,
А там, где все мы понемногу.


Заполнить паузу молчком,
Звездой, чей глаз, кошачий ромб,
Слегка прищурен, одеялом,
В котором прячешься ничком:
Ни сном ни духом. Стол и комп.
Зажмурься: тьмы и там навалом.


И там, где все они совсем,
Куда не пробежит и мышь
Н
е рви мне душу, было — было.
Хотя ты, может быть, затем
Воспоминания бежишь,
Что все, боишься, в нем остыло…

НОЧЬ

Из ночи в ночь — и нет пути мне
К
уда-то вбок или назад,
Сознанье как на паутине
Лежит — и это ли не ад?
Вниз провисает, вверх пружинит,
И лучшей жизни — грош цена.
Кто знает, может, и души нет,
А лишь иллюзия одна,
Самовлюбленность и защита
О
т боли и от пустоты:
Все просто, а не шито-крыто,
Как часто полагаешь ты…


Но рядом спит, сопит, в проточный
Свет окуная пол-лица,
На зубчик месяца чесночный
В
о сне не отвлекаемся —
Та, о которой нету силы
Подумать так…  Душа ее
Избегнет боли и могилы...
И сквозь ночное забытье
П
редставлю мысленно, что если
Нас Кто-то полюбил всерьез,
Желанье, чтобы мы воскресли,
Не сил Ему прибавит — слез.

 

 

Анастасия Скорикова

Цикл стихотворений (№ 6)

ЗА ЛУЧШИЙ ДЕБЮТ В "ЗВЕЗДЕ"

Павел Суслов

Деревянная ворона. Роман (№ 9—10)

ПРЕМИЯ ИМЕНИ
ГЕННАДИЯ ФЕДОРОВИЧА КОМАРОВА

Владимир Дроздов

Цикл стихотворений (№ 3),

книга избранных стихов «Рукописи» (СПб., 2023)

Подписка на журнал «Звезда» оформляется на территории РФ
по каталогам:

«Подписное агентство ПОЧТА РОССИИ»,
Полугодовой индекс — ПП686
«Объединенный каталог ПРЕССА РОССИИ. Подписка–2024»
Полугодовой индекс — 42215
ИНТЕРНЕТ-каталог «ПРЕССА ПО ПОДПИСКЕ» 2024/1
Полугодовой индекс — Э42215
«ГАЗЕТЫ И ЖУРНАЛЫ» группы компаний «Урал-Пресс»
Полугодовой индекс — 70327
ПРЕССИНФОРМ» Периодические издания в Санкт-Петербурге
Полугодовой индекс — 70327
Для всех каталогов подписной индекс на год — 71767

В Москве свежие номера "Звезды" можно приобрести в книжном магазине "Фаланстер" по адресу Малый Гнездниковский переулок, 12/27

Владимир Дроздов - Рукописи. Избранное
Владимир Георгиевич Дроздов (род. в 1940 г.) – поэт, автор книг «Листва календаря» (Л., 1978), «День земного бытия» (Л., 1989), «Стихотворения» (СПб., 1995), «Обратная перспектива» (СПб., 2000) и «Варианты» (СПб., 2015). Лауреат премии «Северная Пальмира» (1995).
Цена: 200 руб.
Сергей Вольф - Некоторые основания для горя
Это третий поэтический сборник Сергея Вольфа – одного из лучших санкт-петербургских поэтов конца ХХ – начала XXI века. Основной корпус сборника, в который вошли стихи последних лет и избранные стихи из «Розовощекого павлина» подготовлен самим поэтом. Вторая часть, составленная по заметкам автора, - это в основном ранние стихи и экспромты, или, как называл их сам поэт, «трепливые стихи», но они придают творчеству Сергея Вольфа дополнительную окраску и подчеркивают трагизм его более поздних стихов. Предисловие Андрея Арьева.
Цена: 350 руб.
Ася Векслер - Что-нибудь на память
В восьмой книге Аси Векслер стихам и маленьким поэмам сопутствуют миниатюры к «Свитку Эстер» - у них один и тот же автор и общее время появления на свет: 2013-2022 годы.
Цена: 300 руб.
Вячеслав Вербин - Стихи
Вячеслав Вербин (Вячеслав Михайлович Дреер) – драматург, поэт, сценарист. Окончил Ленинградский государственный институт театра, музыки и кинематографии по специальности «театроведение». Работал заведующим литературной частью Ленинградского Малого театра оперы и балета, Ленинградской областной филармонии, заведующим редакционно-издательским отделом Ленинградского областного управления культуры, преподавал в Ленинградском государственном институте культуры и Музыкальном училище при Ленинградской государственной консерватории. Автор многочисленных пьес, кино-и телесценариев, либретто для опер и оперетт, произведений для детей, песен для театральных постановок и кинофильмов.
Цена: 500 руб.
Калле Каспер  - Да, я люблю, но не людей
В издательстве журнала «Звезда» вышел третий сборник стихов эстонского поэта Калле Каспера «Да, я люблю, но не людей» в переводе Алексея Пурина. Ранее в нашем издательстве выходили книги Каспера «Песни Орфея» (2018) и «Ночь – мой божественный анклав» (2019). Сотрудничество двух авторов из недружественных стран показывает, что поэзия хоть и не начинает, но всегда выигрывает у политики.
Цена: 150 руб.
Лев Друскин  - У неба на виду
Жизнь и творчество Льва Друскина (1921-1990), одного из наиболее значительных поэтов второй половины ХХ века, неразрывно связанные с его родным городом, стали органически необходимым звеном между поэтами Серебряного века и новым поколением питерских поэтов шестидесятых годов. Унаследовав от Маршака (своего первого учителя) и дружившей с ним Анны Андреевны Ахматовой привязанность к традиционной силлабо-тонической русской поэзии, он, по существу, является предтечей ленинградской школы поэтов, с которой связаны имена Иосифа Бродского, Александра Кушнера и Виктора Сосноры.
Цена: 250 руб.
Арсений Березин - Старый барабанщик
А.Б. Березин – физик, сотрудник Физико-технического института им. А.Ф. Иоффе в 1952-1987 гг., занимался исследованиями в области физики плазмы по программе управляемого термоядерного синтеза. Занимал пост ученого секретаря Комиссии ФТИ по международным научным связям. Был представителем Союза советских физиков в Европейском физическом обществе, инициатором проведения конференции «Ядерная зима». В 1989-1991 гг. работал в Стэнфордском университете по проблеме конверсии военных технологий в гражданские.
Автор сборников рассказов «Пики-козыри (2007) и «Самоорганизация материи (2011), опубликованных издательством «Пушкинский фонд».
Цена: 250 руб.
Игорь Кузьмичев - Те, кого знал. Ленинградские силуэты
Литературный критик Игорь Сергеевич Кузьмичев – автор десятка книг, в их числе: «Писатель Арсеньев. Личность и книги», «Мечтатели и странники. Литературные портреты», «А.А. Ухтомский и В.А. Платонова. Эпистолярная хроника», «Жизнь Юрия Казакова. Документальное повествование». br> В новый сборник Игоря Кузьмичева включены статьи о ленинградских авторах, заявивших о себе во второй половине ХХ века, с которыми Игорь Кузьмичев сотрудничал и был хорошо знаком: об Олеге Базунове, Викторе Конецком, Андрее Битове, Викторе Голявкине, Александре Володине, Вадиме Шефнере, Александре Кушнере и Александре Панченко.
Цена: 300 руб.
На сайте «Издательство "Пушкинского фонда"»


Национальный книжный дистрибьютор
"Книжный Клуб 36.6"

Офис: Москва, Бакунинская ул., дом 71, строение 10
Проезд: метро "Бауманская", "Электрозаводская"
Почтовый адрес: 107078, Москва, а/я 245
Многоканальный телефон: +7 (495) 926- 45- 44
e-mail: club366@club366.ru
сайт: www.club366.ru

Почта России